Ultraмарин - Валерий Зеленогорский

Он решил встретить свое затмение в маленьком ресторане возле дома, думал выпить слегка, все-таки не каждый день такое чудо. Пошел, а потом вернулся – понял, что совсем не вооружен. Стал искать солнечные очки, не нашел, разбить стеклопакеты по двести долларов за квадратный метр не позволил себе сам – жаба задушила.

Потом подумал: «А на хера закопченное стекло, возьму пиво в темной бутылке. Бог не выдаст. Даст Бог, не ослепну, а если ослепну, то жена пожалеет и не станет репрессировать убогого».

Он зашел в ресторан торжественно и чинно, сел и стал наблюдать за другими землянами. Никакого ажиотажа не было, мамаши с колясками пили чай и ели мороженое, мудаки из жэка поедали бизнес-ланч, офицеры МВД пили на шару и закусывали, и только в глазах хозяина он увидел неполное затмение – шла контрольная закупка.

– Малый бизнес должен быть социально ответственным, – говорил майор, строго глядя на хозяина.

– Давай еще кебабчиков! И водки! – добавил старлей, достойный ученик отца-командира.

Хозяин привычно побежал на кухню, совершенно забыв, что вчера ему позвонил брат и сказал, якобы по телику объявили, что скоро перестанут кошмарить малый бизнес. Он понял, что это не о нем, у него не было бизнеса, только это мини-кафе, он привык к своим «гостям» и не хотел перемен – боялся, что после малого доберутся (в смысле доебутся) и до таких кафе.

Майор орлино смотрел в небо. Думал, надо племянницу сюда посадить – мелкий скот тоже дает навоз. Принесли кебабчики и новый графин. «Надо подумать, а то жена заколебала – помоги сестриной дочке! Что ж мы, не люди? Поможем», – решил майор и выпил за твердое решение перенаправить мелкий финансовый поток в свое русло.

На небе собрались тучи. Хариков напрягся – по расчетам выходило, что скоро светило накроется лунным тазом, а он еще не решил, кто окажется невинной жертвой его замысла.

Официантка Марийка из славного города Бельцы Молдавской ССР (ныне независимой Молдовы) принесла горячее, холодное и водку. Хариков выкушал, посмотрел на Марийку – вроде подходит – и спросил:

– Ты ждешь чуда?

Она ответила:

– Конечно, жду!..

Она ждала, что придет какой-нибудь миллионер и даст ей на чай много денег. Хариков не хотел ее расстраивать – денег он ей, понятно, не даст, но радость телесного общения решил подарить просто так, бескорыстно. Как сказал великий Лившиц, «делиться надо!».

Если бы не стринги, вылезающие из Марийкиных брюк шестидесятого размера, он бы и раньше это сделал, но когда она приседала записывать заказ, мини-трусы выстреливали на спину, как его рогатка в детстве.

Он реально боялся, что она поразит его частью своего немаленького тела, и охота сразу испарялась. Он не раз хотел ей намекнуть, что это уже немодно, но политкорректность к малым народам была у него в крови, он считал себя втайне благородных кровей, не то что жена, хабалка из Уссурийска.

Напряжение нарастало. Хариков выпил еще, залил зенки водкой, чтобы потушить в глазах пожар от предполагаемого соития двух светил.

Все испортил сосед по гаражу – приперся в самый неподходящий момент, увидел его и подсел поговорить о вечном и немного выпить.

Он работал на космос испытателем, намекал, что на его устройствах перелетало много космонавтов, из них даже три женщины. После 91-го года он по пьянке признался, что испытывает космические туалеты, многоразово гадил и в «Союзе», и на станции «Мир». Платили ему неплохо, кормили разнообразно, во время запусков он часто стоял в ЦУПе во время прямых включений с орбитой.

Однажды чуть не обосрался, когда его система дала сбой в международном полете. Какой-то космонавт сел орлом на его испытанный опытный образец и сломал его в безвоздушном пространстве. Пока его не починили, экипаж ходил в открытый космос, потом внеплановым рейсом привезли прокладку, и все встало на свои места. Полет оплатил космический турист, от которого скрыли истинную цель его полета.

Сначала Хариков соседа уважал, а потом, после развала великой страны и пьяного признания, перестал, но от стола не отогнал, разрешил как специалисту поприсутствовать – вдруг понадобится консультация, все-таки спец какой-никакой.

Налил соседу рюмку и спросил, чтобы тот недаром пил:

– Вот американцы на Марсе воду нашли, а вы?

Сосед выпил и стал объяснять тупому и пьяному Харикову нашу космическую доктрину:

– Марс – хуйня, мы на Фобос полетим, но это закрытая информация.

Хариков не знал, где находится Фобос, и спорить не стал.

Сосед увидел, что водки больше нет, продавать государственные секреты перестал и попросил у Харикова пятьдесят рублей на дорогу.

Хариков дал, но подумал: «Какой, на хуй, Фобос, если у вас на автобус даже нет?..»

Хариков посмотрел на часы и ужаснулся – сосед своей космической одиссеей сорвал ему наблюдение за затмением, он не увидел ни хера, пропустил свое последнее затмение, как последний лох.

Он поплелся домой, пьяный и расстроенный, – планов громадье рухнуло, все-таки мудак этот мэр, раз в двадцать пять лет бывает, а тучи разогнать в падлу. Вот воду отключать каждый год – это мы завсегда.

Астроном-любитель пришел домой и заснул в одежде.

Проснулся в три часа – голова горит, воды хочется. Пошел на кухню, воду дали, холодную. «Есть положительная динамика в реформе ЖКХ, скоро горячую дадут, заживем, как белые люди», – горестно подумал Хариков.

Испив воды, он вернулся в комнату и услышал, как кто-то противно пикает. Думал, жена храпит новым звуком в соседней комнате, но оказалось, пришло сообщение от коллеги.

Тот писал, что получил маляву из Гренландии, договорились, что до следующего затмения можно жить спокойно, их больше щемить не будут. Биржа в Гонконге отреагировала мгновенно, кто-то неплохо нажил денег, как всегда, а Хариков, как всегда, не оказался в нужном месте в нужное время.

Потом он долго засыпал, считал баранов, потом перешел на чебурашек и, только досчитав до 13 567-го чебурашки, заснул с улыбкой.

Его 13 567-й стал первым. Он шел по птичьему гнезду пекинского олимпийского стадиона в огненно-красном костюме, сзади плелись какие-то люди в косоворотках и белых тапочках. Он оказался талисманом.