В Линкольнвуде гаснет свет - Джефф Родки

Джен взглянула на бутылку, затем на открытый шкафчик позади себя:

— Да, она лучше подойдет. Сейчас достану.

— Погоди. Ты можешь меня сначала обнять?

— Просто… секунду…

Джен удивительно прохладно отнеслась к предложению обняться. Она отступила к шкафчику с лекарствами.

Дэн последовал за ней:

— Ты точно в порядке? День был очень тяжелый.

— Да…

— Черт возьми! — Дэн наконец-то увидел собственное отражение. Под правым глазом красовался раздувшийся синяк, увенчанный кровавым порезом сантиметра в два. — Как думаешь, нужно зашивать?

— Возможно.

Джен поставила бутылку спирта рядом с раковиной и отвернулась от мужа.

— Милая… — Дэн снова протянул к ней руки.

Джен повернулась и, сжав губы, крепко обняла мужа.

Ее сердце билось так быстро, что Дэн чувствовал его удары. Он погладил Джен спине, пытаясь успокоить:

— Сладкая моя, мне так жаль. Тебе, наверно, очень страшно.

— Да… Расскажи еще раз, что с тобой случилось.

— Я ехал… — Дэн замолчал. — Погоди. — Он отстранился. — Где дети?

— В школе, — тихо ответила Джен.

Потом она вернулась к шкафчику и достала с полки бутылочку перекиси.

— Уверена? Сколько часов здесь нет света?

— Часов, наверно, с девяти.

Джен открутила крышечку, достала новую салфетку из коробки на туалетном столике и смочила ее перекисью.

— Быть не может, что они до сих пор в школе. Я только что с Хоторн-стрит. Там повсюду гуляют подростки.

— Можешь чуть отойти?

Дэн сделал, как ему было велено. Джен поднесла руку с салфеткой к его лицу и потерла рану.

— Не переживай, — сказала она. — Макс наверняка у Дэнниса. А Хлоя с Эммой.

— Ты правда думаешь, что у детей все хорошо?

— А почему нет?

Джен взяла из коробки пластырь, выдавила на него чуть-чуть неоспорина и осторожно приклеила к щеке Дэна.

Он смотрел на жену, крайне озадаченный.

— Ты видела, что происходит?

— А что происходит?

— Самолеты разбиваются, машины не заводятся, телефоны не работают…

Джен остановила мужа жестом:

— Погоди. Давай сначала. Что происходит?

Дэн уловил дыхание жены. Оно было каким-то едким.

— Ты пила, что ли?

Джен возмущенно скривила лицо:

— Нет! Боже мой, нет! Сейчас десять утра!

— Мне кажется, уже ближе к полудню.

Джен взяла открытую бутылку спирта:

— Ты, наверно, это чуешь.

— О! Да, это логичнее.

— Ну? Так пойдем сядем в гостиной. И расскажи мне обо всем, что случилось.

Они пошли в гостиную. Джен съежилась в уголке дивана, подняв колени к подбородку и сложив руки на груди. Дэн сидел так близко, как позволяла поза жены, положив руку ей на коленку, и рассказывал о событиях этого утра.

— Черт меня дери!

— Да уж.

— Блин! Это страшно. — Джен ласково погладила ладонь мужа.

— Как ты думаешь, может, мне стоило вернуться за наушником?

— Не знаю. Может, и стоило. Их задолбаешься менять. Заказы за несколько недель вперед.

— Именно. — Дэн положил ладонь поверх руки жены. — А ты как?

— Нормально.

— Я боялся, что это все пробудит… ну, воспоминания…

— Нет. Это мило с твоей стороны, но нет. Я в порядке.

Дэн наклонился, чтобы поцеловать жену. Джен сначала немного отодвинулась, но потом позволила это сделать.

Дэн принюхался, потом выпрямился с обеспокоенным видом:

— От тебя сильно пахнет спиртом.

— Я же говорила. Это все из-за бутылки с перекисью. — Джен махнула рукой в сторону ванной.

— У тебя изо рта пахнет.

— Тогда, наверно, осталось со вчерашнего вечера.

Эта мысль пугала.

— Как много ты пила вчера?

— Не знаю. Бокала два вина…

Дэн покачал головой:

— Ерунда какая-то. И от тебя не пахнет вином. От тебя пахнет водкой.

Он внимательно наблюдал за женой.

Джен зажмурилась и вздохнула.

— Джен, ты пила?

— Я просто… у меня было очень тяжелое утро.

— Но ты сказала, что все в порядке.

— Нет. Я не в порядке.

Джен выпрямилась, ее лицо стало искажаться. Потом она обхватила голову руками и заплакала.

— Господи! Милая… — Дэн приобнял жену одной рукой.

— Прости меня! Прости… По правде говоря…

Джен повернулась к Дэну. Странный, загнанный взгляд, который он заметил на лице жены, войдя в дом, исчез. Теперь в глазах Джен читалось искреннее страдание.

— Не знаю, как тебе сказать…

— Все хорошо. — Дэн погладил жену по плечу. — Я понимаю, как тебе сейчас тяжело. То, через что ты прошла тогда… а теперь вдруг опять самолеты падают…

— Да… Да. — Джен медленно кивала, и страдание в ее глазах потихоньку отступало. — У меня, наверно, шок? От теракта…

— Все хорошо, все хорошо.

Дэн прижал жену к себе, и она положила голову ему на грудь. Он нежно гладил ее волосы. Какое-то время они молчали.

— Но серьезно, — сказал Дэн. — Сколько ты выпила?

Джен подняла голову и уставилась на него. Дэн уставился в ответ.

А потом Джен его поцеловала. Не мягко, а настойчиво.

Жадно.

Боже, она на вкус, как водка…

Джен просунула руку Дэну между ног.

— Пойдем наверх, — прошептала она ему на ухо.

— О! Ладно.

Джен повела мужа за руку к лестнице, а Дэн вспомнил статью в газете о людях, которые после одиннадцатого сентября побежали заниматься сексом с незнакомцами. Оказывается, это очень распространенная реакция на сильнейший стресс.

Но до сегодняшнего дня Дэн никогда по-настоящему не понимал свою жену.