Отпуск с папой - Дора Хельдт

* * *

– Простите…

Голос заставил меня вздрогнуть. Прежде чем я сумела ответить, Йоханн Тисс уже стоял передо мной.

– Извините, не хотел вас напугать. Здесь так мило. Можно? – Он показал на стул. И улыбнулся.

Я сглотнула.

– Конечно… Кофе?

– С удовольствием. Но только если это вас не затруднит.

Я подскочила и чуть ли не бегом рванула в дом. Нисколько не затруднит. Это спасет мою жизнь. Заправляя кофемашину, я проделала дыхательные упражнения. Я молилась о способности изъясняться членораздельно и о том, чтобы папа мылся в душе до скончания века. Слегка успокоившись, я пробалансировала с двумя чашками кофе в сад. Йоханн Тисс читал статью о нашествии туристов. Он улыбнулся мне и сложил газету.

– Вы прочли о туристах-однодневках? Так плохо написано, что даже смешно.

«Это знак», – подумала я и тут же отогнала непрошеную мысль. Надо просто быть очаровательной и сексуальной.

Йоханн Тисс добавил в кофе молока и размешал его ложкой.

– А вы живете на острове?

Он пронзил меня взглядом, мне стало жарко.

– Нет, я живу в Гамбурге. Марлен ремонтирует пивную, и я ей немного помогаю.

– И сколько еще будете помогать?

– Мы здесь два дня. Значит, еще две недели.

– Прекрасно. – Его взгляд поразил меня в самое сердце. Глаза у него и впрямь были как у оленя.

– А вы откуда?

Он на секунду замялся.

– Я… ммм… Из Бремена.

– Ага, красивый город, – опять понесла я чушь. К счастью, он не обратил на это внимания.

– Кстати… Не знаю, как вас зовут.

Мне редко приходилось видеть такие прекрасные мужские лица.

– Кристина. Кристин Шмидт.

– Кристина…

И мне редко приходилось слышать, чтобы так красиво произносили мое имя. Я покрылась гусиной кожей.

– Красивое имя.

– Йоханн мне тоже нравится.

Мы молча обменялись долгими взглядами. Потом одновременно заговорили:

– Может, мы…

– Не хочешь…

– Сначала ты.

Не могу говорить «вы» мужчине, который смотрит мне прямо в душу. Йоханн улыбнулся:

– Не хочешь со мной поужинать?

– Кристииина!

С тем же успехом мой отец мог вылить мне на голову ведро холодной воды. Я в ужасе подпрыгнула. И посчитала, что представлять мужчин друг другу рановато.

– Извини, мне нужно пойти к нему. Это мой отец. Ты будешь здесь?

Йоханн посмотрел на часы.

– Мне еще нужно кое-что сделать. Но мы наверняка увидимся позже. Спасибо за кофе.

– Кристиииинааа!

– Да здесь я!

Йоханн вздрогнул, когда я рявкнула в ответ.

– Тебе надо идти. Значит, увидимся.

Он медленно пошел к дому. Я с трудом удержалась, чтобы не побежать следом. Потом глубоко вдохнула и пошла туда, откуда отец только что умудрился испортить самый прекрасный вечер в моей жизни.

Он, в банном халате, дружелюбно смотрел на меня из окна нашей кухни. Я вскипела:

– Что ты кричишь на всю округу? Что случилось?

– Звонит твоя сестра. У мамы все хорошо. Хочешь поговорить с Инес?

Я изо всех сил старалась не испепелить его взглядом. Папа протянул мне телефон.

– Вот, поговори с сестрой, я все равно еще не закончил.

И закрыл окно.

Еще раз глубоко вдохнув, я приложила трубку к уху.

– Привет, Инес.

– Голос у тебя нервный. Папа доводит?

Я вспомнила его сияющее лицо в волнах, когда мы купались вчера днем, и успокоилась.

– С папой напряжно. В некоторых ситуациях ему не хватает такта. – Карие оленьи глаза. – Но у нас все хорошо. А как мама?

– Ну, клиника ей понравилась, у нее отдельная палата, и завтра в восемь утра ее прооперируют. Шансы хорошие, она не волнуется, я в общем-то тоже, можешь успокоить папу. Я позвоню тебе завтра утром, когда все будет позади. Не переживайте.

– Ты же знаешь папу. У него уже с утра было плохое настроение. Постараюсь как-то его отвлечь. Ну ладно, до завтра. И передай привет маме.

Я положила трубку на подоконник и вернулась в сад. Села в плетеное кресло, в котором полчаса назад жизнь виделась мне в розовом цвете, и уставилась на пустой стул. Ну почему папа не начал орать на десять минут позже? Я бы успела договориться на вечер. Но увы. Он выбрал прекрасный момент. Я бросила взгляд на окно и закурила.

«Только появись, папа, – думала я, – только попробуй мне что-нибудь сказать!»

Я еще около получаса провела в плетеном кресле, с бьющимся сердцем ожидая второго шанса. Ничего. Похоже, крики отца и впрямь лишили меня этой возможности. Разочарованно поднявшись, я увидела, как подъезжает Калли. Раз уж нет в моей жизни любви, можно и поработать.