Наших бьют! Кровавый спорт, американская доктрина и водоворот тупости - Хантер С. Томпсон

Ставить на матч плей-офф НБА против «Лейкерс» — не лучшее решение для профессионального игрока, тем более в этом году, когда они отстаивают чемпионский титул и числятся в безусловных фаворитах, даже несмотря на проведенный ими бесцветный, ничем не примечательный сезон и колоссальное количество внутренних скандалов, дрязг и подлостей — побольше, чем в стае гиен в жаркий день.

Наверное, тут уместно будет заметить, что гиены — единственные животные, рождающиеся бисексуальными и остающиеся такими всю жизнь. Они также отличаются тем, что как нечего делать поедают свое потомство и вообще все вокруг, что выглядит неспособным дать отпор. Люди, знающие гиен не понаслышке, описывают их как «гнуснейших животных в природе, за исключением разве что английских коров и коррумпированных офицеров полиции в крупных американских городах в XXI веке».

Вот так. Но не это пристрастное сравнение с гиенами и продажными копами заставило меня в воскресный вечер поставить против «Лейкерс». Настоящей причиной стала разница в счете — при том, что на «Лейкерс» давали больше шести с половиной или семи против «Сакраменто Кингз», отличной скоростной команды, обладающей всем, что нужно, чтобы побить «Лос-Анджелес», за исключением разве что вакцины от Шакила О’Нила. Его появление обернулось для этих ребят настоящим кошмаром: Шак доминировал на площадке и играл так яростно, что вся передняя линия «Кингз» уходила потом с нее с таким видом, будто весь вечер их отбивали 130-килограммовым молотком для мяса.

В общей сложности О’Нил набрал 44 очка, сделал 21 подбор и поставил семь блоков в решающие моменты матча. Бедненький, маленький и богатенький Коби^[65] добавил еще 29 очков, а остальные «Лейкерс» выдали только 35. Более чем достаточно для победы, но не для того, чтобы побить разницу. Финальный счет был 108:105 — слишком скромный перевес для матча, в котором «Лейкерс» должны были выиграть с разницей в 19 или 20 очков. При этом они были на пике формы и играли против команды из Сакраменто, у которой все валилось из рук и которая провела свой худший матч в сезоне. А разница составила всего три очка.

Если к следующей игре линия не изменится, ставьте на «Кингз» и на разницу. Они умеют быстро разруливать ситуацию, а Шак в этом сезоне больше не наберет 40 очков. «Лейкерс» настолько испоганились, что это будет позором для НБА, если они снова станут чемпионами.

Но тот матч был не единственным моим игровым экспериментом в эти выходные. Я поставил на дерби в Кентукки и крупно продулся.

Несмотря на Кентуккийские корни и врожденную страсть к игре на ставках, дерби — не самое любимое мною спортивное событие. А с ипподромом «Черчилл-Даунс» у меня связаны довольно гнусные воспоминания. И я могу с уверенностью сказать, что неделя дерби в Луисвилле — это настоящая оргия, где царят бухло, секс и насилие и куда в 99 случаях из 100 затягивает любого, кто оказался в зоне действия этого урагана страха, боли и ошеломляющих бедствий, воспоминания о которых будут мучить несчастного до конца жизни.

Толпа на «Черчилл-Даунс» ведет себя, как сотня тысяч злобных гиен, которых втиснули в пространство размером с «Боинг-777» или лужайку перед Белым домом. Приехать поглазеть на скачки — это хуже, чем добровольно присоединиться к генералу Пикетту во время его знаменитой атаки на Геттисберг, да и удовольствия получишь примерно столько же. Говорю вам, парни: я проделывал это девять или десять раз, и мне до сих пор снятся кошмары, от которых я просыпаюсь потный, визжа, как свинья, заживо пожираемая летучими мышами.

Я помню все отчетливо, но это слишком непотребно, чтобы описывать здесь подробности. В этих воспоминаниях фигурируют тюрьмы, психбольницы, судебные процессы по изнасилованиям, избитые жены, полицейский беспредел и частные кладбища, битком набитые жертвами трагических медицинских экспериментов, более ужасных, чем все то, в чем обвиняли маркиза де Сада.

Я был на одной вечеринке на дерби, где пьяные богатеи замучили и подожгли двух девушек-подростков, а потом сбросили их тела со скалы в реку Огайо и очень по этому поводу веселились. Семьям девушек местные власти сообщили, что их дочери «убежали с бандой турецких игроков на скачках, которые напоили их джином и пообещали, что те станут голливудскими знаменитостями, если поедут с ними».

И подобные вещи происходят в городе каждый год. Люди просто «отправляются на скаковой круг», как любят говорить в Луисвилле, и растворяются в воздухе. Некоторые возвращаются через несколько лет с ужасными увечьями, не помня ничего из того, что с ними случилось. Другие оказываются в «больницах где-то южнее», и все те, кто их раньше знал, никогда больше о них не упоминают.

На Юге действует кодекс молчания — омерта, особенно если речь идет о преступлениях, совершенных богачами. Максимум, что доходит до сведения широкой публики, — это краткое упоминание в некрологе о лобовом столкновении с неизвестным грузовиком где-то далеко на Ривер-роуд и «частной церемонии кремации, на которой присутствовали только члены семьи, пожелавшие остаться неизвестными». Люди, которые занимаются лошадьми, очень мало интересуются человеческими жизнями.

Лучшее, что можно сказать о Кентуккийском дерби, — оно длится всего пару минут. Это самое скоротечное спортивное событие после борьбы сумо и боев Майка Тайсона. Возможно, уличные гонки еще скоротечнее, но меня они никогда не привлекали. Уж лучше заключать пари на петушиные бои где-нибудь в арканзасской глубинке.

А матч плей-офф НБА продолжается два с половиной часа, если смотреть его по телевизору, но заканчивается куда быстрей, если включить запись игры без рекламы.