Северная корона. По звездам - Анна Джейн

– Притормози около консерватории, – спустя полчаса велел Александр своему накачанному другу со шрамом на лице, вертя в правой руке сиреневый телефон, кажущийся ему игрушечным. Они как раз ехали по центру города в небольшом заторе, и место обучения Марты Карловой находилось неподалеку.

– Зачем? – заржал тот, крепко держа руль в своих больших пальцах. – Хочешь музыке поучиться?

– Конечно.

– Или девочку-пианисточку снять? Эх, жаль, герлы из школ и универов не ходят в форме, как японские школьницы, – посетовал на судьбы накачанный обладатель шрама на лице, которого, кстати сказать, звали Михаилом, но покорно развернул свой грозный автомобиль в сторону консерватории. – Были бы лакомыми кусочками.

– Для тебя – чересчур лакомыми, – ухмыльнулся Саша и посоветовал другу поменьше смотреть определенную разновидность видео для взрослых, на что получил вполне веское замечание, что кому-то иногда следует общаться с определенной категорией девушек в дорогих ресторанах и ВИП-барах.

– Так что ты там забыл? – еще раз поинтересовался водитель.

– Вещь одну отдать надо, Миха, – отозвался Саша, закуривая. Он хорошо запомнил, до скольких будет сегодня учиться смешная девочка Марта. Мобильник ей все же стоит отдать. Современные девочки без него как без рук. Начнет еще где-нибудь рыдать и стенать. А Ника, узнав, что сестренку обидели, может рассердиться, и тогда отношения с ней уладить будет труднее.

Совершенно не вовремя наслаждающемуся дымом Александру вспомнился и отец. Нет, на современную девочку он похож не был и даже и бровью бы не повел, узнав, что лишился мобильной игрушки. Просто долгое время он почему-то не признавал сотовую связь и никак не соглашался купить телефон, как и до этого пейджер. Все вокруг ходили с собственными мобилами: и его многочисленные студенты-физики, и аспиранты, и коллеги, и родственники; постоянно звонили друг другу, во многом упрощая жизнь, а он уперто не желал приобретать персональный телефон. Вячеслав Сергеевич Дионов, доктор физико-математических наук, был человек чересчур консервативный, и принятие чего-либо нового было для него невероятно сложным делом. Если, конечно, это дело не касалось физики – тут он был первооткрывателем, и лаборатория молекулярной спектроскопии, которой он успешно заведовал уже несколько лет, слыла поистине инновационной.

Собственным мобильником Вячеслав Сергеевич обзавелся только тогда, когда пару лет назад на собственном юбилее директор закрытого научно-исследовательского института, где он работал, лично не преподнес ему сотовый телефон. Директора Вячеслав Сергеевич уважал, а потому подарок принял и даже начал пользоваться.

Какой у отца сейчас телефон – все тот же или какой-то другой, новый, Александр не знал. С отцом они не виделись уже почти пять лет. С тех самых пор, как Саша покинул родной город. Мать, брат и даже тетка с двоюродной сестрой приезжали к нему, а вот отец вычеркнул его из собственной памяти – так же быстро, как сейчас затушил сигарету Саша.

– Почти приехали, амиго, – бросил ему Михаил, сворачивая к горделиво возвышающейся консерватории, чью крышу и стекла огромных нарядных окон освещало вечернее солнце. Строгий элегантный облик здания наводил на Сашу ненужные размышления по поводу того, что сам-то он свой универ так и не закончил – корпус физмата, в котором парень когда-то учился, как раз находился неподалеку от этого славного местечка. Помнится, когда их поток оставался на пятые и шестые пары, начинающее заходить за горизонт осеннее солнце всегда светило им всем в глаза и мешало сосредоточиться на объяснении преподавателя. Наверное, и в консерватории, этой пафосной обители малолетних любителей искусства, сейчас кто-то сидит на последнем издыхании в душной аудитории и прикрывает ладонью глаза, чтобы закрыться от солнца.

Подумав об этом мимолетом, Саша позволил себе усмехнуться. В родном городе прошлое так и тянет щупальца, хочет удушить.

В голе появился комок.

Водитель резко затормозил у обочины, разглядывая идущих мимо многочисленных студенток.

– Девочки-то тут ничего. – Миха с ухмылочкой, делающей его лицо с глубоким шрамом еще более зловещим, уставился на длинные загорелые ножки девчонки, шагающей по тротуару вдоль дороги всего лишь в паре метров от машины. Обладательница красивых конечностей Александра заинтересовала мало, зато ее спутница вызвала куда больший интерес – потому что ею оказалась Марта.

«Как вовремя, и искать не надо», – отстраненно подумал Саша, гладя на сестру Ники, идущую прямо навстречу к их тачке.

– И ее подружка – милашка. Такие волосы круто наматывать на кулак, – продолжал нескромно разглядывать студенток водитель, добавив, в каких именно ситуациях ему нравится это делать. – Может, познакомимся? На твою морду телки клюют здраво. Съездим, отдохнем, выпьем, развлечемся. А, черт, ты же улетаешь. Засада.

– Закрой пасть. И не пускай слюни, – велел ему Александр.

– Чего так? Сам глаз положил? – заржал накаченный парень.

– Нет, – без доли улыбки ответил Саша. – Это моя сестренка.

– У тебя же типа только братишка был? – не понял его друг, почесав коротко стриженный ежик, продолжая разглядывать юных представительниц женского пола. Студентки в консерватории были разные – вот только что мимо уверенно прошагала красноволосая девица, которую он принял за парня-неформальчика, а следом пропорхала фея с осиной талией и большой грудью, и это разнообразие Михе нравилось.

– Посигналь им, – не отвечая на вопрос, распорядился брюнет. – Отдам и гони в аэропорт.

– Командир хренов. Сестренками обзавелся. Ты точно не ширяешься? Или там с ханкой не дружишь, нет? – поморщился Миха, но выполнил просьбу-требование Саши, а после громко засмеялся, видя испуг девушек, не ожидающих громкого звука клаксона.

* * *

У Марты только что закончилась последняя пара, и она со своей скрипкой наперевес, упакованной в прочный черный футляр, выходила из здания консерватории вместе с одногруппницами. Они, конечно же, приставали к Карловой с расспросами о таинственном брюнете, но Марта ограничилась словами о том, что Саша – ее знакомый и не более. О том, что это бывший парень кузины, она сказала только Наде.

Девушки остановились около лавочек, нагретых осенним мягким и все еще старающимся быть теплым солнцем, немного потрещали и разошлись в разные стороны. Марта и ее подруга Надежда, оживленно болтая, пересекли дворик и побрели вдоль оживленной дороги, чтобы по светофору перейти ее и оказаться около остановки. Надя все никак не могла успокоиться и пытала приятельницу по поводу Саши и того, куда они вдвоем ездили. Она не хотела верить, что этот черноволосый стройный высокий тип – всего лишь друг ее кузины. Наде хотелось романтики.

– Он ведь даже тебе цветы подарил!

– Не мне, а Нике! – перебила ее Марта, но Надя, не слушая ее, продолжала дальше:

– Красивые! Нет, шикарные! Знаешь, как наш Порфирьич обалдел, когда тебя увидел в окне? Наш старик на тебя обиделся даже. Хотя ему, кажется, даже завидно стало.