Хроники Клифтонов. Книга 1. Лишь время покажет - Джеффри Арчер

Дальше читал заведующий библиотекой. Гарри успел несколько раз отрепетировать с ним отрывок из Евангелия от Марка. Дикинс рассказал Джайлзу, что пытался отвертеться от этой обязанности, но мистер Фробишер настоял на своем: четвертый отрывок всегда читал библиотекарь. Дикинсу было не сравниться с Джайлзом, но он неплохо справился. Гарри подмигнул другу, пока тот, шаркая, возвращался на свое место рядом с родителями.

Затем хор встал, чтобы исполнить «В сладостном ликовании», а паства осталась сидеть. Гарри считал этот гимн одним из самых сложных в репертуаре из-за его необычных созвучий.

Мистер Холкомб прикрыл глаза, чтобы яснее слышать старшего хориста. Гарри исполнял «Да воспоют все сердца», когда мистеру Холкомбу показалось, что он услышал легкий, едва различимый надлом в голосе исполнителя. Он предположил, что мальчик простыл. Мисс Манди же сразу поняла, что к чему. Столько раз уже она улавливала эти ранние признаки. Она взмолилась о том, чтобы ее предположение оказалось ошибочным, хотя и знала, что эта молитва останется без ответа. Гарри допоет остаток службы так, что лишь горстка людей догадается о случившемся, и даже пропоет еще несколько недель, а может, и месяцев, но к Пасхе «Восхвалим все воскресшего Христа» будет исполнять уже другой мальчик.

Старик, вошедший через несколько мгновений после начала службы, оказался в числе тех, кто ни капли не усомнился в случившемся. Смоленый выскользнул из церкви до того, как епископ в последний раз благословил паству. Он знал, что Гарри не сможет навестить его раньше будущей субботы, и это оставляло ему достаточно времени поразмыслить, как ответить на неизбежный вопрос.

— Я хотел бы переговорить с вами наедине, Клифтон, — обратился к мальчику мистер Фробишер, когда колокол объявил об окончании подготовки к урокам. — Вы не могли бы зайти ко мне в кабинет?

Вряд ли Гарри забудет и этот день, и эти слова.

Гарри закрыл за собой дверь кабинета, и классный наставник жестом пригласил его занять место у камина, чего прежде не делал никогда.

— Я лишь хотел заверить вас, Гарри, — обращение по имени тоже прозвучало впервые, — то, что вы больше не можете петь в хоре, не повлияет на вашу стипендию. Всем нам хорошо известно, что ваш вклад в школьную жизнь простирается далеко за пределы капеллы.

— Спасибо, сэр, — отозвался Гарри.

— Тем не менее теперь стоит задуматься о вашем будущем. Преподаватель музыки сообщил мне, что для полного восстановления вашего голоса потребуется время. Боюсь, это означает, что нам следует здраво оценивать ваши шансы получить стипендию хориста в Бристольской классической школе.

— Таких шансов нет, — спокойно заключил Гарри.

— Вынужден с вами согласиться, — кивнул Фробишер. — Рад слышать, что вы понимаете сложившуюся ситуацию. Но, — продолжал он, — я охотно подам от вашего имени заявку на открытую стипендию в БКШ. Однако, — добавил он прежде, чем Гарри успел ответить, — в текущих обстоятельствах вы можете счесть, что вам легче будет получить стипендию, скажем, в школе Кольстона или Королевском колледже Глостера, где вступительные экзамены заметно проще.

— Нет, сэр, спасибо, — откликнулся Гарри. — Моим выбором остается Бристольская классическая.

Теми же словами и столь же решительно он в прошлую субботу ответил Смоленому Джеку, когда тот принялся бормотать что-то насчет мостов, которые не стоит сжигать за собой.

— Хорошо, — кивнул мистер Фробишер, не ожидавший другого ответа, но все же посчитавший своим долгом предложить свой вариант. — А теперь попробуем обернуть эту неудачу в нашу пользу.

— И как вы предлагаете мне это сделать, сэр?

— Сейчас, когда вы освобождены от ежедневных хоровых репетиций, у вас будет больше времени на подготовку к вступительным экзаменам.

— Да, сэр, но у меня по-прежнему остаются обязанности…

— И я сделаю все, что в моих силах, чтобы ваш пост школьного старосты впредь обременял вас в меньшей степени.

— Спасибо, сэр.

— Кстати, Гарри, — припомнил мистер Фробишер, поднимаясь с кресла, — я только что прочел вашу работу по Джейн Остин, и меня поразило ваше предположение, что если бы мисс Остин могла поступить в университет, то, возможно, никогда не написала бы ни единого романа, а даже если бы и написала, ее труды, вероятно, оказались бы куда менее прозорливыми.

— Порой и в невыгодном положении есть своя выгода, — пояснил Гарри.

— Звучит не похоже на Джейн Остин, — заметил мистер Фробишер.

— Это не ее слова, — подтвердил Гарри. — Но это сказал другой человек, не посещавший университета, — добавил он без дальнейших объяснений.

Мэйзи глянула на свои новые часы и улыбнулась:

— Мне пора идти, Гарри, а то опоздаю на работу.

— Конечно, мам, — откликнулся мальчик, вскочив из-за стола. — Я провожу тебя до трамвайной остановки.

— Гарри, ты думал о том, что будешь делать, если не получишь эту стипендию? — задала она вопрос, которого избегала вот уже несколько недель.

— Я все время об этом думаю, — признался тот, открывая перед ней дверь. — Но в этом случае особого выбора мне не останется. Я буду вынужден вернуться в Мерривуд, а когда мне исполнится четырнадцать, брошу школу и начну искать работу.