Спецуха - Андрей Загорцев

Встреча — через три часа, в условленном месте, — на картинке, присланной Черепановым.

Тут Леня вспомнил, что он является командиром боевой тройки. Ему надо чем-то занять личный состав. После недолгих раздумий им было принято решение: резко сменить имидж и заодно посетить местный рынок — «китайку». Словоохотливые попутчицы-пассажирки с восхищением рассказывали друг другу о вполне лояльных ценах на всякий ширпотреб и обилие товаров. Все трое выбрели на остановку маршрутки и через пять минут уже заползли в салон микроавтобуса, изрядно потертого жизнью.

Вскоре диверсанты уже входили в широкие ворота рынка, гудящего многоголосьем. Обилие китайских товаров поражало воображение дешевизной и хреновеньким качеством.

Господа офицеры поглазели по сторонам, потом все-таки решили, что им пора кардинально менять свой облик, и сперва двинулись на поиски парикмахерских. Таковых тут оказалось на удивление много. Они выбрали более-менее приличную и без очереди.

Парикмахерша подстригла Аллилуева под «доктора Быкова», из известного сериала, при этом посоветовала ему носить рубашку-апаш, с отложным воротником. В ответ он лишь задумчиво кивнул, видно, примеряясь к новому облику.

Капитан Овчинников, сидевший на соседнем кресле, попросил миловидную дамочку изобразить ему «что-нибудь этакое: классическое, арийское». Парикмахерша подсунула ему какой-то глянцевый журнальчик, потом начала нашептывать что-то на ухо и прихихикивать. Начфиненок разомлел и кивнул, в результате чего оказался окрашен в радикально блондинисто-желтый цвет. Аллилуев меланхолично вздернул бровь и сказал, что капитан теперь похож на молодого Люка Скайуокера.

Леня, в отличие от всех, стричься не собирался и меланхолично похрапывал на удобном диванчике для посетителей. Овчинников и Аллилуев, даже не удосужившись разбудить, усадили его в кресло и принялись объяснять парикмахерше, как необходимо подстричь майора, тыча пальцами во все тот же «глянец». Очнулся Леня без усов, с выбритыми тонкими полосками на висках, сплетавшимися на затылке в затейливый кельтский узор. Ромашкин открыл рот и собирался было завопить, но тут же услышал от соратников по гламуру, что он похож на ВинаДизеля и ему очень бы подошла татуировка на спине в виде китайского дракона или хотя бы три буквы «Х» на затылке. Леня драконов и букв «Х» на затылке не хотел, — он хотел парашютные купола и череп на предплечье.

Следующим пунктом смены имиджа стала покупка новой одежды и вместительного рюкзака, в который был тут же запихан Ленин баул. Доктор теперь щеголял в джинсовых шортах и гавайской рубахе, нацепил на нос сувенирные очки с простыми стеклами.

А начфиненок, открыв рот, стоял возле лотков с игрушками и любовался на джедайский фыркающий меч, источник зеленого света. Напрасно приятели пытались оттащить этого чудака. Если он решил потратить деньги, пусть даже и государственные, то его уже не остановишь! А к мечу прилагались заплечные ножны!.. Овчинников пригрозил, что если товарищи не разрешат ему купить игрушку, то он вцепится в ногу Ромашкину и начнет визжать на весь рынок: «Хочу!» Меч отлично фырчал и светился зеленью.

Китаянка, торгующая игрушками, продала его с большой скидкой и помахала ручкой вслед, приговаривая:

— Корефана, приходи еще, корефана.

Диверсанты накупили газовых баллончиков для плиток, беспалых перчаток, носков и прочей мелочовки. Находились, насмотрелись, наторговались на славу. Собрались зайти в какую-нибудь рыночную кафешку и перекусить. Время у них еще было.

Ромашкин начал набирать Черепанова, чтобы поинтересоваться обстановкой и узнать, есть ли изменения в планах.

— Черт, связь пропала! Только что антенка полная была и — бац, нет ничего, — сообщил он.

Аллилуев жестом указал еще на парочку посетителей рынка, которые, чертыхаясь, пялились в телефоны.

— Гребаные белые яйца на красном фоне! — поддержал общее возмущение начфиненок, пялясь на стайку миловидных девчонок в шортах и коротких топиках, фланирующих неподалеку.

Странности с пропажей сети сотовой связи были не единственными. Многие лавочки представителей бывших братских и союзных республик начали стремительно закрываться.

— Пойдем отсюда! Где-нибудь в другом месте перекусим: поближе к точке сбора! Да и отдохнем — я задолбался за всех стволы таскать, так вы и покупки мне еще понапихали, — проговорил Леня.

— А вот и не все, — парировал начфиненок, закидывая руки за спину и с мужественным лицом щупая рукоятку «джедайского меча».

— Слышь, «белокурая бестия», сейчас как самый младший по сроку службы «рейдовик» попрешь!

— По-моему, надвигаются тучи, — нахмуренно произнес Аллилуев, осматриваясь по сторонам.

— Какие на хрен тучи! Солнце палит — не продохнуть!!! — возмутился Ромашкин и смахнул рукой пот.

— А по-моему, Док прав! — пробормотал, оглядываясь, Овчинников.

Странности на рынке продолжались. Народ дружно валил к выходу. Троицу потихоньку несло в сторону центральных ворот. Толпа приобретала все более и более плотную консистенцию.

— Приплыли, — заявил Ромашкин и остановился, — смотрите на выход!

На автомобильной стоянке перед воротами рынка резво припарковалась «газелька»-автозак. С разных сторон подкатили три «уазика», из которых начали выбираться бравые пэпээсники.

— Какая-то проверка наверняка. Может, по нашу душу? — подумал вслух Аллилуев.

— Связи так до сих пор и нет, — добавил Леня, продолжая оглядываться.

«Бредень» выстраивают, смотрите, — всех выходящих через себя пропускают! Вон уже у кого-то сумки и документы шерстят, — проговорил начфиненок и кивнул в сторону полисменов.

— Сгоняй, посмотри на другой выход, — скомандовал Ромашкин, поправляя рюкзак и намечая пути отхода для прорыва или бесславного плена.

Начфиненок ловко нырнул в толпу и заработал локтями. Аллилуев и Ромашкин всматривались в происходящее, пытаясь уразуметь, что творится.

— Я понял, почему нет связи, — пробормотал Леня.

— Отчего так, коллега? — вопросил доктор, удобнее прилаживая свою сумку.

— Видишь, на стоянке, минивэн, «фордик», номера голубые, стекла тонированные, на крыше — бокс багажный! Там — глушилка для GSM, нам на сборах такие показывали. Рядышком тип с радиостанцией трется.

— Логично, — согласился доктор и спросил: — Шеф, как будем сваливать?

Из толпы вынырнул начфиненок с чебуреком в зубах.

— Все перекрыто, — прочавкал он.

— Вечно молодежь всякую гадость в рот берет! — заявил возмущенный Леня, выхватил у начфиненка чебурек и кинул его под ноги.

Тут же из ниоткуда материализовался облезлый рыночный пес, подхватил чебурек, благодарственно рыкнул и скрылся между киосками.

«Белокурая бестия» Овчинников прожевал то, что оставалось у него во рту, погрозил «лохматому бомжу» пальцем и продолжил: