Игры хакеров - Анатолий Сигов

В это время к ним приблизился солидный пожилой человек, который до того стоял со скучающим видом поодаль. Он обратился к отцу и стал настойчиво ему что-то предлагать, показывая на ходу каталог с картинками.

– Я позвоню потом, – процедил сквозь зубы отец и, забрав у мужчины карточку, стал двигаться по направлению к выходу.

«Потом, потом. Все потом».

Витас подошел к мужчине и попросил у него карточку для себя. Тот с удивлением посмотрел на него, но, поколебавшись, все же протянул ему кусочек картона с названием фирмы, занимающейся установкой надгробий.

Выйдя с кладбища, отец остановил проезжавшую машину и, сказав «я тебе позвоню», умчался на ней в город. Витас пошел на остановку и сел в маршрутное такси, все еще сжимая в руке карточку, сам не понимая, зачем она ему нужна.

Когда он добрался до гимназии, занятия уже закончились. Единственное, что ему оставалось делать, – это опять пойти в компьютерный кабинет и продолжить работу над проектом здания. У него ничего не клеилось. Он не мог выбросить из памяти похороны. Наконец он позвонил на сотовый Максимуса и спросил, где тот находился. Оказалось, что он все еще был в здании гимназии.

– Мне нужен осветлитель мозгов. Иначе ничего не получается с работой.

– Сейчас буду, – был ответ.

Максимус действительно появился минут через пять, и они вышли и прошли во двор ближайшей к гимназии многоэтажки. Усевшись на спинку скамейки на детской площадке, они зажгли джойнт и без слов передавали его друг другу. В конце концов Витаса отпустило, и он почувствовал, что сможет приступить к делу.

– Я пошел работать.

– Я тоже, – ответил Максимус, и они разошлись.

Витас чувствовал, что следующие дни прошли в лихорадочной активности его друзей, но он отключился от окружающего мира и работал. Но тот мир, от которого он пытался отгородиться, постоянно напоминал о себе, но он мысленно отбрасывал его и видел себя уже там, в другой жизни, которую он конструировал и которая зависела теперь только от него и ни от кого другого.

Он приехал домой, чтобы поменять одежду, но вместо этого получил очередную оплеуху от окружающего мира. Открыв дверь, он обнаружил внутри массу народа. Руководила вторжением крашеная блондинка с немыслимым сооружением на голове и визгливым голосом.

– Ты кто? – спросила она, увидев оторопевшего Витаса, стоящего с ключами у входной двери.

Затем, очевидно, поняв, кто пришел, она повернулась и сказала, уходя в глубь коридора:

– Ну, заходи, заходи.

Витас покрылся потом и бросился в комнату деда. Там все было так же, как и при его жизни, и он остановился, переводя дух. Крашеная туда еще не успела добраться. Но снаружи происходило какое-то движение, и он чувствовал внешнюю опасность. Чтобы как-то занять себя, Витас начал перебирать книги, которые стояли на полке у деда. Это был странный набор различных книг предыдущего столетия, собранных в различные годы и, очевидно, не нашедших своего места в помойке только лишь потому, что хозяину было не до них. Толстый слой пыли покрывал большинство из них.

Витас автоматически перебирал книги, заглядывая внутрь и ничего не видя. Его больше волновали шаги незваных людей в коридоре и Крашеная, которая ими руководила. Он уже догадался, кем она была.

Он вытащил том Большой Советской энциклопедии номер такой-то издания 70-х годов, который гордо красовался среди других книг своим золоченым корешком и своей огромностью. Когда он взял его в руки, то чуть не уронил из-за веса и выругался про себя. Но когда открыл первые страницы, то замер в изумлении. Внутри, в вырезанном в страницах пространстве, покоился пистолет «ТТ» и патроны к нему в отдельном углублении.

Витас сел и ошалевшими глазами смотрел на свое открытие. Дед хранил оружие более 50 лет! Зачем?

«А затем, чтобы оно пригодилось его внуку».

И, вынув пистолет, сжал его в руке. Он был тяжелым и придавал уверенность.

В это время открылась дверь и влетела Крашеная в сопровождении какого-то хмыря с рулеткой в руках.

– Детка! Нам нужно сделать замеры помещения, – с ходу начала она и двинулась вперед.

«Детка?» – подумал он, поднимаясь. Пистолет все еще был у него в руке.

Крашеная в ужасе шарахнулась к двери. Хмырь с рулеткой вжался в стену.

– Вон отсюда!

И он швырнул в их сторону первую попавшуюся под руку книгу.

Оба вылетели в коридор вместе с книгой. Оттуда выглянул отец и отпрянул назад. Витас захлопнул за ними дверь, и постепенно к нему пришло отрезвление.

«Сейчас они вызовут милицию. Приедет ОМОН. Начнется стрельба. А как же другая жизнь?»

Мысль о другой жизни подстегнула его к действию. Он выскочил из комнаты и быстро направился к входной двери. На лестничной площадке он застал Крашеную в объятиях отца, который ее успокаивал. Увидев выходящего Витаса, она с воплем рванула вверх по лестнице. Отец остался у стены, пытаясь что-то сказать:

– Брось это! – наконец, произнес он побелевшими губами, указывая глазами на пистолет.

– Держи эту бабу подальше от меня!

Голос у него сел. Хотелось побыстрее убраться из этого места, и он через две ступеньки побежал вниз.

На душе было пусто. Витас осознал, что у него не осталось ни деда, ни отца, ни дома, а мать была где-то далеко, и сын ее не интересовал. Он остался один на всем свете, если не считать друзей, и единственным спасением для него представлялось поскорее нырнуть в другую жизнь, чтобы уйти из этой.