Мой мальчик - Ник Хорнби

— Это все знают.

— А ты пошел бы туда, зная, что никого из звезд там не будет?

Конечно, не пошел бы, но ей он этого не скажет.

— Конечно.

Мама пожала плечами и пошла переодеваться.

Перед тем как ехать в ресторан, Уилл зашел к ним в дом. Он представился, что показалось Маркусу довольно глупым, потому что все друг друга уже знали.

— Привет, меня зовут Уилл, — сказал он. — Мы… Я…

Но он явно не мог найти способ вежливо сообщить ей, что видел ее валяющейся на диване рядом с лужей собственной рвоты на прошлой неделе, поэтому замолчал и разулыбался.

— Я — Фиона.

Все-таки хорошо мама выглядит, подумал Маркус. Она надела свои лучшие леггинсы, свободный пушистый свитер и длинные сережки, которые ей кто-то прислал из Зимбабве, и накрасилась в первый раз после больницы.

— Спасибо за все, что вы сделали для нас в прошлые выходные. Я очень это ценю.

— Не стоит. Я надеюсь, вам… Надеюсь, что вы…

— С желудком все в порядке. Но мне кажется, я еще слегка заторможена. После такого не сразу придешь в себя, не правда ли?

Казалось, Уилл был в шоке, а она просто смеялась. Маркус терпеть не мог, когда она шутила с людьми, которых едва знала.

— Ну так что, ты решил, куда хочешь пойти, юный Маркус?

— В "Планету Голливуд".

— О боже. Неужели?

— Да, говорят, там классно.

— Правда? Очевидно, мы читаем разные колонки ресторанной критики.

— Мне это сказал не ресторанный критик, а Сэм Ловел из моей старой школы.

— А, ну, если так, то… Так что, идем?

Уилл открыл дверь и жестом пропустил Фиону вперед. Маркус не знал, чего ожидать, но у него было предчувствие, что все получится.

Машиной Уилла они не воспользовались, потому что Уилл сказал, что "Планета Голливуд" находится на Лейсестер-сквер, а там они не смогут припарковаться; так что решили поехать на автобусе. По пути к остановке Уилл обратил их внимание на свою машину.

— Вот эта моя, у которой сзади детское сиденье. Только посмотрите, какой беспорядок.

— Боже!

— Точно.

Они не знали, что еще можно сказать по этому поводу, поэтому просто пошли дальше.

У дверей "Планеты Голливуд" мокла под дождем целая толпа народа. В ней они были единственными, кто говорил по-английски.

— Маркус, а ты хочешь пойти именно сюда? — спросила его мама.

— Да. А что, у вас есть варианты?

Если бы кто-нибудь предложил мало-мальски приемлемое место, он бы согласился. Ему не хотелось стоять в толпе французов и итальянцев, что-то в этом было не то.

— Тут за углом есть "Пицца Экспресс", — сказал Уилл.

— Нет, спасибо.

— Ты ведь всегда просишь, чтобы мы сходили в пиццерию, — удивилась мама.

— Ничего подобного.

Пиццу он, конечно, любит, но, по его мнению, это слишком дешево. Они продолжали молча стоять в очереди. В такой обстановке о женитьбе можно было и не мечтать. Слишком сыро и противно.

— Скажи мне, по какой именно причине ты хочешь пойти в "Планету Голливуд", и я попытаюсь предложить какое-нибудь заведение такого же плана, — попросил Уилл.

— Не знаю. Потому что это известное место. И здесь готовят то, что я люблю: картошку фри и тому подобное.

— То есть, если я предложу тебе знаменитый ресторан, в котором подают картошку фри, то мы сможем пойти туда?

— Да. Но он должен быть знаменитым для меня, а не для тебя.

— Что это значит?

— Он должен быть известен среди детей. Если ты мне скажешь, что он знаменитый, а я о нем не слышал, это не считается.

— То есть, если я скажу "Двадцать восемь", ты туда не пойдешь.

— Нет. Он не знаменитый. Никогда о таком не слышал.

— Но туда ходят знаменитости.

— Например?

— Актеры и так далее.

— Какие актеры?

— Мне кажется, они там все перебывали в свое время. Но они о своем приходе заранее не предупреждают. Буду с тобой честным, Маркус. Может быть, мы сейчас туда пойдем и наткнемся на Тома Круза с Николь Кидман. А может, никого не встретим. Но у них готовят классную картошку фри. Просто нам придется здесь простоять час, а когда войдем, окажется, что там нет никаких знаменитостей.

— Ну, хорошо.

— Точно?

— Да.

— Молодец.

В "Двадцать восемь" знаменитости сроду не заглядывали. И это было видно по всему. Там мило, и картошка фри хорошая, но место вполне обычное: на стенах ничего особенного, ни куртки Клинта Иствуда, ни маски Бэтмэна, в которой снимался Майкл Китон. Даже нет фотографий с автографами. Индийский ресторан рядом с домом Маркуса, в котором они часто заказывали на дом еду, знаменитым не был, но даже он мог похвастаться фотографиями бывших игроков "Арсенала". Ну да ладно. Главное, что они смогли сесть, там было сухо, а Уилл с его мамой смогли начать разговаривать.

Сначала им потребовалась помощь. Все сидели молча, пока не подошел официант, чтобы принять заказ.

— Омлет с грибами, пожалуйста. И колу, — попросил Маркус.

— А мне стейк из рыбы-меч, — сказал Уилл. — Без овощей, на гарнир только салат.

Фиона не могла выбрать.

— Может, тебе тоже взять стейк из рыбы-меч?

— Хм…

Маркус пытался привлечь мамино внимание через стол так, чтобы не заметил Уилл. Он нарочито кивнул один раз, потом покашлял.

— Солнышко, с тобой все в порядке?

Просто ему казалось, что будет лучше, если мама закажет то же, что Уилл. Он не мог объяснить почему. Не для того чтобы часами разговаривать о рыбе-меч, конечно, но тогда они бы увидели, что в чем-то похожи и иногда думают одинаково. Даже если это было и не так.

— Мы вегетарианцы, — пояснил Маркус, — но рыбу едим.

— Так что мы не совсем вегетарианцы.

— Но мы не часто едим рыбу. Иногда рыбу с жареной картошкой в ресторане. Но дома никогда не готовим рыбу, да, мам?

— Не часто.

— Никогда.

— Эй, не выдавай меня.

Он не понял, почему сказать, что они никогда не готовят рыбу, означало выдать ее: может быть, мужчинам нравятся женщины, которые готовят рыбу? Почему? Но он совсем не хотел выдавать ее.

— Ну хорошо, — согласился он. — Не "никогда", а "иногда".

— Может быть, мне подойти через несколько минут? — спросил официант. Маркус и забыл, что тот все еще стоит рядом.