Бесценный дар собаки. История лабрадора Дейзи, собаки-детектора, которая спасла мне жизнь - Клэр Гест

Но да, он был самым удивительным, прекрасным, вдохновляющим, решительным маленьким существом, какого я когда-либо встречала. Собакой, которая, несмотря ни на что, жила полной и счастливой жизнью.

Вуди был храбрым, ласковым и способным вдохновлять всех, кто был с ним знаком. Он был озорным, полным веселья и радости, и был впереди всех, что бы ни делали другие собаки, а это само по себе просто невероятно.

Вуди родился после того, как я повязала Дилла с сукой моего друга, чемпионкой по полевой работе. Дилл любил охоту, но не был исключительным мастером работы в полевых условиях, так что когда появился помет, я захотела выбрать одного из щенков. Хозяин был признанным заводчиком охотничьих собак и кормил своих рабочих псов потрохами, которые покупал у местного фермера.

Вскоре после рождения щенков я приехала посмотреть на помет и обрадовалась, ясно увидев в нем черты, унаследованные от Дилла. Я могла выбирать из всего помета, поэтому остановила свой выбор на малыше, который выглядел, как точная копия Дилла, – его шерстка была того же шоколадного цвета, и я решила, что назову его Вуди. Мне очень нравились романы Томаса Харди, и я часто брала оттуда имена для своих собак – Рэтти, Иззи. Но для этого малыша я никак не могла найти в книгах подходящего имени, пока не наткнулась на «Woodlanders» («Лесные жители»). Поскольку собачий питомник назывался «Gamegoer Woodman» («Азартный дровосек»), это показалось мне очень уместным. Многие предполагали, что я назвала щенка в честь героя фильма «История игрушек». Особенно после того, как моя сестра Симона взяла себе кокера, которого мы спасли от неминуемой смерти, и назвала его Баззом. Но это просто совпадение.

Я приходила навещать своего щенка каждую неделю (это около шестидесяти миль в оба конца), так как все малыши должны оставаться с матерью в течение семи или восьми недель. Во время третьего визита, когда ему было всего пять недель от роду, я заметила, что он выглядит слабеньким и, встав на лапки, шатается.

– Что случилось? – спросила я у заводчика.

– Он немного хромает, и я не знаю, почему.

Пару дней спустя я снова пришла посмотреть на малыша, и увидела, что ему гораздо хуже, он даже не может встать на задние лапы. Мать, как и многие рабочие собаки, кормила щенков стоя, и было видно, что этот малыш не мог добраться до ее сосков, и ему было плохо среди своих более крепких братьев и сестер. Он явно голодал. Заводчик наполнял шприц-ручку лакомствами, и щенок, извиваясь, полз к нему, его лапы полностью отказали.

– Могу я забрать его и отнести к своему ветеринару? – спросила я у заводчика.

– Без проблем, если хочешь, – он пожал плечами. – Сомневаюсь, что врач что-то сделает, но ты можешь подобрать себе другого щенка.

Я подхватила Вуди и отвезла его к Колину Прайсу, который положил его на свой стол с таким видом, как будто говорил: «Ну вот, опять Клэр с очередным своим несчастненьким…»