Ликвидаторы. Чернобыльская комедия - Сергей Мирный

ЛЕЙТЕНАНТ: Не могу. Вам завтра на разведку не на чем ехать, а меня начальство уже сегодня из-за вас – «иди сюда!».

СЕРГЕЙ: Да кто узнает?

ЛЕЙТЕНАНТ: Да на следующем же ПУСО, на «Дитятках», на выезде из зоны и узнают! Когда на вас намеряют больше того уровня, что я вам здесь напишу… И меня – «иди сюда»! На черта я здесь стою? ПУСО тогда на фига?

СЕРГЕЙ: Нас на «Дитятках» не останавливают, ты что, не знаешь? Это ПУСО гражданское, там военных не трогают… Мы до их полмиллирентгена в час, с которыми они выпускают, сроду не отмывались…

ЛЕЙТЕНАНТ: А если остановят?

СЕРГЕЙ: Ну, не остановят… Короче, мы на него не попадем…

ЛЕЙТЕНАНТ: Как?

СЕРГЕЙ: Ну это уже наши дела…

ЛЕЙТЕНАНТ: А если вас вдруг зацапают?

СЕРГЕЙ: Да не зацапают.

ЛЕЙТЕНАНТ: Нет, а если?

СЕРГЕЙ: Да нет, я ж сказал!

ЛЕЙТЕНАНТ: Нет, а если все же вдруг?

СЕРГЕЙ: Ну хорошо… Пиши тогда нам в путевках, что вы там на нас намеряли, и пиши: «Выпущены на Чернобыль». Мы обратно в Чернобыль машины отгоним, на нашу стоянку.

ЛЕЙТЕНАНТ: Ага, так я вам и поверил – в Чернобыль! Только за шлагбаум – и налево! Из зоны – фить! (И он крепче сжимает в руке охапку документов-путевок машин разведки.)

СЕРГЕЙ: Правда! Мы действительно на Чернобыль поедем!

Звучит неубедительно: врать Сергей не умеет.

Лейтенант качает головой – «Нет»…

СЕРГЕЙ: Приплыли… Ну, давай, пиши нам тогда на могильник, труженик такой старательный…

ЛЕЙТЕНАНТ (пишет в путевках): Нельзя. Грязь. Из зоны. Развозить.

Его ручка выводит: «Уровень радиации после 3-й обработки… Направлен на площадку отстоя техники. Начальник дозпоста ПУСО «Рудня – Вересня» л-т…» – и его подпись, фамилия…

В нескольких метрах за шлагбаумом – трасса! Машины свободно несутся на выезд из зоны – одна за другой… Рабочий день заканчивается…

СЕРГЕЙ (подчеркнуто мрачно): А мы – на могильник…

ЛЕЙТЕНАНТ (торжественно вручает Сергею пачку путевок): На площадку отстоя техники!

СЕРГЕЙ (издевается): Благодарю за службу!

Идет неспешно вдоль своей колонны, раздает путевки. Что-то тихо говорит каждому водителю. Те наклоняются поближе, кивают понимающе. Что-то затевается…

Броники – один за другим – подтягиваются к самому первому, командирскому 80-му – в плотную колонну…

СЕРГЕЙ (со своего броника): ПА-А МАШИНА-А-АМ! Заводи! (Торжественно.) На могильник – вперед!

80-й броник трогается, за ним вся колонна. Сергей склоняется в люк и – оглянувшись, не видит ли лейтенант с ПУСО, – надевает шлем, щелкает тангентой-переключателем на шее: «Я – 80-й. Как слышите? Прием».

В брониках над люками торчат головы командиров, тоже в шлемофонах. Качаются длинные антенны… Броники один за другим отворачивают от самодельного шлагбаума. Колонна дисциплинированно, не растягиваясь, на хорошей скорости едет к могильнику, «площадке отстоя техники», огороженной колючей проволокой стоянке, прямо в ее раскрытые ворота: деревянные рамы, переплетенные колючей проволокой и сейчас гостеприимно растянутые в стороны…

…и проезжает мимо! Мимо ограды из колючей проволоки скользит в щель между ней и лесополосой!

За колючей проволокой в ряд стоят грузовики, легковые автомобили, автобусы.

КОЛЯ: Прочь-прочь-прочь отсюда! «Напра-ас-но старушка ждет сы-ына домой…»

СЕРГЕЙ: Ни одного БРДМа там нет!

КОЛЯ: И наших там не будет… «…ей скажут – ана-а зар-рыдает…»

…скользит мимо часового за колючей проволокой…

…из-за плеча которого торчит штык карабина.

Часовой внимательно смотрит на проезжающую колонну.

ПЕТРО (прижался к боковому триплексу, забеспокоился): У него ж боевые патроны!

КОЛЯ: Устав караульной службы забыл? «Часовой может применять оружие только при нападении на пост или на него самого»! А мы? Мы ж ни на кого не нападаем! Мы – мирные люди! Мы – наоборот!

Голова Сергея над люком напряженно высматривает путь дальше, оглядывается на колонну…

ПЕТРО: А нас военная прокуратура за это – не…

СЕРГЕЙ: Обязательно – если поймаемся…

КОЛЯ: Им же скучно – в тылу…

Пути между забором и лесополосой уже наезжены – машины разведки явно тут не первые.

Колючая проволока могильника уже позади! Теперь – вырубка под линией высоковольтных электропередач…

КОЛЯ: По пням-колодам!

ПЕТРО: Ну и ямищи!

КОЛЯ (с азартом крутит руль – броник лихо виляет между огромными вывернутыми пеньками): Ничо! Проходим!

Болотистая, с кочками земля вязко прогибается под машиной…

ПЕТРО: Не увязнуть бы…

КОЛЯ: Ничо! Проходим!

Из-за кустов выныривает 80-й броник – и выезжает на асфальтовую трассу среди густого соснового бора. Останавливается на обочине. Смеркается.

КОЛЯ (вылезает из люка): Пор-рядок. (Вытирает вспотевший лоб.)

Броники один за другим выезжают на трассу из-под линии электропередачи. Пристраиваются сзади на обочине. Экипажи вылезают на броню. Все довольны – и тем, что вырвались, и самим приключением.

КОЛЯ (придает лицу строгое выражение – и голосом учительницы, читающей классу диктант): По-мы-ты-е, но так и не от-мы-ты-е броники смылись с мой-ки… Смы-лись… (И он широко улыбается и подмигивает Сергею.)

СЕРГЕЙ (голова над люком – обернувшись назад, нажимает тангенту-переключатель под шеей): Быстрее! Быстрее на трассу!

ПЕТРО: Быстрей! А то будет начальство из Чернобыля ехать – а мы тут ПУСО объезжаем…

КОЛЯ (задумчиво смотрит на Сергея; голосом кондуктора в троллейбусе): Следующее ПУСО – «Дитятки». (Спокойно прикуривает, дает закурить Сергею.) Какие будут пожелания?

СЕРГЕЙ (выпускает струйку дыма, рассуждает): В лоб?

КОЛЯ (с улыбкой): Или по лбу? Прямо по трассе – через «Дитятки»?

ПЕТРО: А если поймаемся?

СЕРГЕЙ: Если этот осел с ПУСО «Рудня – Вересня» (кивает назад) им позвонит…

На брониках позади бойцы курят. Ждут решения командира. Несколько человек отошли от колонны до края кювета – с сигаретами в зубах, лицами к лесу, мочатся:

– Ну что, командир, куда?

Ночь. По темной автотрассе движется колонна броников с включенными подфарниками. Подъезжает к лагерю с противоположной от зоны стороны, с «тыла» – пришлось набросить огромный круг, чтобы из зоны выбраться… В свете фар встречной машины – на главном бронике мелькает номер 80.