Внутренний порок - Томас Пинчон

— Джимми и других актёров снимал.

— Не сомневаюсь… о, и ещё «Из тумана», где Джон Гарфилд — такой злобный гангстер…

— Вообще-то мне в той картине больше помнится, как Джимми освещал Айду Люпино, — из-за чего, если вдуматься, я скорее и согласилась на покупку этого дома. Джимми очень был неравнодушен к зрелищным бликам — весь этот пот у боксёров, этот хром, драгоценности, блёстки и так далее… но в его работах ещё и духовности столько — посмотрите только на крупные планы Айды Люпино — эти глаза! — там же не отражения софитов с жёстким контуром, там свечение, такая чистота, словно исходит изнутри… Прошу прощения, это то, что мне кажется?

— Чёрт! Всё из-за этой Айды Люпино, стоит её имени возникнуть, как и этот возникает. Прошу вас, не принимайте на свой счёт.

— Как любопытно. Не припоминаю, чтобы Джон Гарфилд вызывал у меня такие чувства… но поскольку в час у меня назначена медитация, у нас ещё, кажется, есть время выпить — если заглатывать будем быстро, — и вы мне расскажете, что вы здесь делаете. Лус!

Из искусно вылепленных теней проступила молодая дама, впустившая его в дом.

— Сеньора?

— Полуденные refrescos[14], если не возражаешь, Лус. Очень рассчитываю, мистер Спортелло, что «Маргариты» вас удовлетворят, — хотя, имея в виду ваши кинематографические предпочтения, быть может, уместнее окажется некий ассортимент пива и виски?

— Благодарю вас, миссис Волкманн, текила будет в самый раз — и до чего приятно освежает, что здесь не предлагают никакой «дури»! Никогда не понимал, что эти хиппи видят в такой дряни! Вы не станете возражать, если я закурю обычную сигарету, кстати?

Она милостиво кивнула, и Док выудил пачку «Бенсон-и-Хеджес» с ментолом, которую не забыл прихватить вместо «Холодков» с учётом ожидаемого тут уровня классности и тому подобного, предложил сигарету хозяйке, и оба закурили. До них от бассейна, чьи габариты Док мог только воображать, долетали отзвуки полицейских игрищ.

— Попробую вкратце, и вы сможете вернуться к своим гостям. Ваш супруг планировал подарить нам новое крыло как часть нашей программы расширения и незадолго до своего загадочного исчезновения действительно перечислил нам некоторую сумму авансом. Однако нам кажется не очень правильным оставлять себе деньги, пока столь мало известно о его местонахождении. Поэтому нам хотелось бы вернуть вам сумму — предпочтительно до конца квартала, и если — а мы все за это молимся — о мистере Волкманне поступят какие-то известия, что ж, тогда, быть может, процесс можно будет возобновить.

Она, тем не менее, щурилась и слегка покачивала головой.

— Я даже не знаю… Недавно мы поддержали другое заведение, в Охае, мне кажется… Вы часом не подразделение или…

— Вероятно, это один из наших Санаториев-Побратимов, программа проводится уже не первый год…

Она подошла к небольшому антикварному бюро в углу, склонилась так, словно выставляла на несгибаемый погляд Доку бесспорно привлекательный зад, и не спеша порылась в разных ячейках, после чего извлекла ещё один рекламный снимок самой себя. То была фотография с церемонии закладки фундамента: Слоун сидела за рычагами экскаватора-бульдозера, а в ковше у него сзади виделся огромный чек — такие ещё вручают победителям турниров по боулингу. Какой-то тип в костюме врача улыбался и делал вид, будто смотрит на сумму, разбежавшуюся множеством нулей, хотя на самом деле глазел Слоун под юбку, модно короткую. Ещё на ней были тёмные очки — словно Слоун не хотелось, чтобы её узнавали, — а на лице выражение, передававшее, насколько ей не хочется здесь быть. Транспарант у неё за спиной нёс на себе дату и название заведения, хотя и то, и другое было ровно в таком расфокусе, что Док ухватил лишь впечатление длинного иностранного слова. Он спросил себя, насколько подозрительно будет, если он уточнит у Слоун название, но тут вошла Лус с подносом: гигантский кувшин «Маргариты» и остуженные бокалы экзотических очертаний, чьё единственное предназначение сводилось к тому, чтобы слуги не могли их мыть без помощи дорогостоящих посудных тряпок, сделанных на заказ.

— Спасибо, Лус. Позвольте я буду Мамой? — беря кувшин и разливая, Док заметил на подносе ещё один бокал, а потому не сильно-то удивился, заметив немного погодя в экране гигантского телевизора в углу отражение крупного мускулистого блондина, безмолвно спустившееся по лестнице: он двигался к ним по коврам, как подосланный убийца из фильма про кунг-фу.

Док поднялся разглядеть и поздороваться, быстро взяв на заметку, что длительный зрительный контакт тут означал бы визит к хиропрактику на вправление шеи: эта особа высилась над ним фута на три, если не больше.

— Это мистер Рангоут Трелинг, — сказала Слоун, — мой духовный тренер. — Док не заметил, что они прямо уж «обменялись взглядами», как высказался бы Фрэнк, но если закидываться кислотой для чего-то и полезно, то под ней точно можно настраиваться на разные незарегистрированные частоты. Несомненно, эта парочка на самом деле время от времени садилась на соседние подстилки для медитации и притворялась, будто опустошает себе головы, — для всех, кто мог оказаться поблизости: Лус, легавые, он сам. Но Док мог поспорить на унцию гавайской без семян, да и пачку «Зиг-Зага» добавить, что они также регулярно ебутся, и это и есть тот мол-чел, о котором упоминала Шаста.

Слоун налила Рангоуту выпить и вопросительно нагнула кувшин перед Доком.

— Спасибо, надо в контору возвращаться. Может, вы сообщите мне, куда пересылать возврат и в какой форме вы его хотите?

— Мелкими купюрами! — дружелюбно пробасил Рангоут, — с серийными номерами вразнобой!

— Рангоут, Рангоут, — Слоун не так мрачно, как можно было бы ожидать с учётом возможности, по-прежнему не отменённой, что супруга её и впрямь похитили, — вечно шуточки бестактные… Быть может, кто-то из ваших сотрудников просто индоссирует чек Майкла обратно на какой-нибудь его счёт?

— Разумеется. Сообщите нам номер счёта, получится прям как на почте.

— Тогда я заскочу на минутку в кабинет?

Рангоут Трелинг присвоил кувшин «Маргариты», из коего отхлёбывал, не заморачиваясь процедурой наливания в бокал. Без всякого предупреждения он выпалил:

— Зуполами занимаюсь.

— Прошу прощения?

— Я подрядчик, разрабатываю и строю зупола? Это сокращённо от «зонаэдральных куполов». Величайший прорыв конструирования после Баки Фуллера. Вот, давайте покажу. — Откуда-то он извлёк блокнот миллиметровки и принялся набрасывать что-то на ней — с цифрами и знаками, что вполне могли оказаться греческими, — а вскоре уже распространялся про «векторные пространства» и «группы симметрии». У Дока росло убеждение, что в мозгу его происходит что-то нехорошее, хотя схемы вроде выглядели хипово…

— В зуполах отлично медитировать, — продолжал Рангоут. — Знаете, некоторые на самом деле заходили в зупола, а выбирались из них не совсем такими же? а иногда и вообще не выбирались? Как будто зупола — порталы куда-то ещё. Особенно если в пустыне стоят, где я и провёл почти весь прошлый год?