Ты, я и другие - Финнуала Кирни

Схожу вниз, дожевывая пакетик чипсов. Внутренний голос уговаривает меня дойти до продуктового магазина.

Я не слушаю его и просматриваю сегодняшнюю почту.

Извещение из банка. В начале прошлой недели Адам перевел мне деньги. Ровно ту же сумму, что переводил ежемесячно на протяжении многих лет.

На оплату коммунальных услуг, счетов, на покупку продуктов и т.д. Я облизываю с пальцев крошки чипсов, и меня снова ослепляет страх. Вдруг он перестанет платить? Просто решит, что хватит. У нас нет детей-иждивенцев, Мег уже взрослая. Когда я предлагаю Адаму убираться к чертовой матери, это, конечно, здорово, — но что это означает практически?

Дом у нас в совместной собственности, он не заложен и не под ипотекой, и я хочу жить здесь, как прежде.

Меня охватывает паника.

Содержать дом в одиночку мне не по силам. Даже с учетом того, что в последнее время гонорары выросли.

А значит, мне придется искать работу — настоящее рабочее место с регулярной зарплатой. Это пугает до колик. Мне сорок два. Страна в глубоком кризисе, тысячи выпускников вузов и высококвалифицированных специалистов не могут устроиться.

Зажмуриваю глаза. Может, с последним письмом я переусердствовала? Может, стоит успокоиться? Нам и вправду нужно поговорить.

Опасаясь передумать, отправляю Адаму эсэмэску с просьбой зайти.

Ответ приходит почти сразу.

Бд вчром.

Я немедленно прихожу в ярость. Ненавижу эти дурацкие сокращения! Любой, кто меня хоть немножко знает, пишет эсэмэски нормальным языком. Но Адаму, видите ли, лень. Сколько раз я ему говорила!

Нет, не буду. — Я вру. — Уйду по своим делам.

Тогд когд? — приходит ответ.

Ты, мерзкий бездельник! С каких пор ты забыл, как я это ненавижу? Я не твоя тупая блондинистая шлюха! И да, в слове «шлюха» пять букв.

Звонит домашний телефон, но я не обращаю внимания.

Как этот подонок умеет меня бесить!

Теперь звякает сотовый. Очередная эсэмэска.

Бездельник?! Ты называешь бездельником меня?Интересно, кто из нас работает круглые сутки и ЗАРАБАТЫВАЕТ на жизнь?

Машинально зажимаю ладонью рот. Черт. Перевожу взгляд на банковское извещение. Набираю ответ:

Прости. Тогда увидимся в пятницу?

Буду птн 8

Я втягиваю сквозь зубы воздух и отшвыриваю мобильник.

Днем я откладываю идею написать достойную «Оскара» песню к фильму и решаю заняться разбором бумаг в письменном столе Адама. Странно — а куда подевались справки о состоянии его счета, которые банк высылает ежемесячно? Он вечно разбрасывает документы — но нигде ни одной выписки.

Открываю его компьютер, выхожу оттуда на страницу банка и в личный кабинет. Пароль я знаю: он всегда использует в качестве пароля «Прекрасная Мег».

И передо мной открывается информация — в полном объеме.

Так, обычные расходы: страховки, обслуживание автомобиля и т. д. и т. д. А вот отдельная вкладка, здесь все куда интереснее.

Счета из ресторанов, куда он водил свою белобрысую шлюху. За прошлый месяц — примерно пятьсот фунтов.

Счет на двести девяносто фунтов из элитного магазина нижнего белья.

Я кладу ручку на стол мужа и застываю, уставившись на экран. Смотрю, пока буквы не начинают расплываться.

Перед глазами мелькают одна за другой картинки: сплетенные тела Адама и полураздетой женщины. Ее лица я не вижу. Сцена в духе шведского порно. В голове звучит саундтрек. В этот миг во мне что-то перегорает. Гнева больше нет. Теперь я просто хочу знать, как долго мой муженек врал мне и в чем конкретно. Просмотрев счета за последние полгода, отправляю информацию на принтер.

Скрючившись за его столом, думаю: а как, спрашивается, мне сейчас писать о любви, когда все, что я ощущаю, — дикая ярость от того, что меня держали за полнейшую идиотку. Иду в прихожую, хватаю с тумбочки ключи от машины и выхожу из дома. Пройдусь-ка я в магазин при гараже, здесь, по соседству. Мне требуются чипсы — много чипсов.

Сильвия держит на поводке Теда, своего йоркширского терьера. У калитки она меня окликает:

— Привет!

Я машинально ее обнимаю.

— Привет. Прости, мне тут было не по себе, раны зализывала.

— Бывает. Куда ты на ночь глядя?

— За чипсами.

Она хихикает:

— Схожу с тобой за компанию. Выгуляю Теда.

— Как Найджел и дети?

— Отлично. Ты сама-то как? Хватит уже отмалчиваться.

— Держусь за счет той еды, что ты мне приносишь.

— Я на секунду касаюсь ее руки. — Серьезно, без тебя я бы совсем пропала.

— Такое ощущение, что ты и так., не очень-то.

Сколько килограммов скинула? Нет, лучше не отвечай.

Пожалуй, стоит уговорить Найджа бросить меня на время. — Она дергает поводок и подтягивает пса поближе. — Неудачная шутка, да? Прости!

Я качаю головой, выдавив улыбку.

Через несколько минут неспешным шагом мы доходим до поворота на основную дорогу, и в нос бьет запах выхлопных газов.

— Приходи к нам сегодня ужинать, попозже, когда дети угомонятся, — предлагает Сильвия. — Только ты, я и Найдж. Ни словечка про Адама, обещаю.

Накормлю тебя домашним цыпленком.

При мысли об этом чувствую, как рот наполняется слюной.

— Заманчиво… Увы, не выйдет. Мне правда надо работать. И я еще не гожусь для дружеского общения.

Уже скоро, честное слово. Позови потом еще раз, хорошо?

— Конечно.

Она подталкивает меня ко входу. В нос снова бьет бензиновая вонь. Сильвия командует парню за прилавком:

— Чипсы с солью и уксусом. Большой пакет.

Большой, в котором много маленьких, знаете?

Продавец по имени Себ, как значится на бейджике, смотрит на Сильвию, как на помешанную.

— Это вам надо в супермаркет.

И теряет к нам интерес.

— Ну, тогда насыпьте пластиковый пакет доверху чипсами в маленьких пачках. — Она косится на меня.

А я уже не уверена, что по-прежнему хочу чипсов.

Меня трясет. Господи, я что, заболела?

Сильвия видит, как я дрожу, и интересуется:

— Ты вообще по сторонам смотришь?

— А что? — Я достаю из кармана кошелек, чтобы расплатиться с Себом, который послушно набивает пакет.

Она дергает меня за хлопчатобумажную кофту.