Тяжелый понедельник - Санджай Гупта

Сегодня же вообще был очень удачный день. На это воскресенье он запланировал электрическую стимуляцию глубоких структур мозга. Больную звали Рут Хостетлер. Она приехала из какого-то городка на границе Мичигана и Огайо. Название городка ни о чем не говорило Паку. Потребовались некоторые усилия, чтобы добиться согласия на операцию в воскресенье, но муж больной сказал, что в день отдохновения Бог не оставит ее.

Рут было тридцать пять лет. На протяжении последних двух с половиной лет она страдала безостановочным грубым тремором. Руки тряслись так сильно, что она не могла ни писать, ни водить машину. Она не могла даже толком есть и начала худеть, потеряв за это время больше сорока фунтов. До того как начался тремор, Рут была довольно полной дамой, но потом стала катастрофически терять вес. Она проскочила идеальный вес и превратилась едва ли не в ходячий скелет.

Рут носила платья из набивного ситца, лицо ее было гладким, как у девочки. Паку она казалась похожей на героиню «мыльной оперы» или на женщину пионеров американского Дикого Запада. Пара приехала две недели назад по направлению одного пакистанского хирурга, который учился у Пака, а теперь по лицензии работал врачом общей практики в каком-то медвежьем углу в Огайо.

Сидя напротив Пака в его кабинете, Леви Хостетлер чинно держал руки на коленях; Рут непрестанно тряслась, как костлявая рыба, вытащенная из деревенского пруда. Супруги поинтересовались, не является ли тремор Божьим знамением. Не есть ли это наказание за какой-то грех? Пак покачал головой и махнул рукой. Однажды он запретил какой-то семье молиться в комнате ожидания. Ворвался в помещение и заговорил на своем рубленом английском: «Если вы ищете Бога, то Он сейчас находится в опера-

ционной номер три с близким вам человеком, и сейчас Он чувствует, что Его хотят перехитрить».

— Бог не имеет к этому никакого отношения. Вас наказывает ваш собственный мозг, — произнес Пак, улыбнувшись своей шутке. Но Хостетлерам, похоже, было не до шуток.

— Доктор, пути Господни неисповедимы, во всем, что Он делает, есть цель. Может быть, так вы услышите Слово. Какие у вас лично отношения с Иисусом Христом?

Пак не колебался ни секунды. Он встал и решительно повел парочку к дверям.

— Это больница, а не церковь, — громко сказал он на своем ломаном английском. — Я не верю в Бога, я верю в науку, в данные, результаты и факты. — Он внимательно посмотрел на супругов и помолчал, давая им время усвоить сказанное. — Если вы хотите поговорить об этих вещах, то обратитесь к доктору Хану, и он направит вас в другое место.

Рут остановилась у двери. Она не хотела уходить.

— Вы хотите фактов. Пожалуйста: позавчера я выпила стакан вина. Свекровь сказала, что алкоголь снимает стресс. Обычно я не пью спиртное, это противоречит Слову. Но знаете что? Тремор прекратился.

Пак уже собрался закрыть дверь и избавиться от несносной четы, но вдруг передумал. Больная его заинтересовала.

— Обычно вы не пьете алкоголь?

— Нет, сэр.

Пак повернулся к мужу.

— Нет, она вообще не пьет.

Пак был явно заинтригован.

— Тремор сохраняется во сне? — спросил он у мужа.

— Да, доктор, сохраняется.

Пак уже забыл, что только что указал супругам на дверь. Он жестом предложил Хостетлерам следовать за собой:

— Проходите. Садитесь. Это, наверное, истинный эссенциальный тремор, — сказал Пак. — Возможно, мы вам поможем.

Эссенциальный тремор — заболевание необычное. Он уменьшается после приема алкоголя, в то время как тремор других типов от этого лишь усиливается.

Супруги переглянулись, не совсем понимая, о чем так быстро говорит этот корейский доктор, но его оптимизм заставил их улыбнуться. Леви подался вперед, кивнув головой в сторону обручального кольца на пальце Пака:

— Доктор, вы женатый человек. Скажите, что бы вы стали делать, если бы Рут была вашей женой?

Пак выпрямился на стуле, уголки рта дрогнули в едва заметной улыбке.

— Вам стоило сначала спросить, как я отношусь к своей жене.

Леви Хостетлер ошарашенно посмотрел на врача, а тот вдруг от души расхохотался. Супруги неуверенно и натянуто улыбнулись. Больные постоянно задавали этот вопрос: что бы он стал делать, если бы пациентом был он сам, его жена или дочь, и Пак всегда отвечал одной и той же шуткой. Какой нелепый вопрос: что бы он стал делать, если бы на месте больной была его жена? Люди хотят, чтобы за них думал кто-то другой. Почему бы просто не спросить о риске осложнений?

Он спрятал усмешку и очень серьезно сказал Леви Хостетлеру:

— Я сделаю все, на что способна современная наука. Это все.

Приблизительно за неделю до операции Пак собрал группу своих курсантов, резидентов-иностранцев, чтобы обсудить варианты лечения миссис Хостетлер, — Вей Ю, Хен Ким, Махендру Кумара, Айшу Али и Рашми Пател. Эти молодые врачи, преодолев невероятные трудности, стали превосходными специалистами в своих странах и получили приглашения на продолжение обучения в США. Они снова отличились и здесь, получив заветные места в самых престижных хирургических резидентурах. И даже в самой престижной из них — в резидентуре по нейрохирургии.

В самом привилегированном положении была Рашми Пател — она выросла в окрестностях Мумбаи. Сейчас все они — китаянка, кореянка, еще один индус и пакистанка — стояли перед своим наставником, который решил заняться их образованием. Разговаривали они между собой на неправильном, а иногда и ломаном английском. Им всем пришлось преодолевать препятствия, от которых были избавлены их англоязычные коллеги, — тем помогали родные стены и связи. Пак обещал своим ученикам, что подготовит их лучше, а одним из принципов его обучения были беспощадные теоретические опросы.

— Назовите традиционные методы лечения эссенциального тремора.

— Противосудорожные средства, — сказала Айша Али.

— Что еще? Это не все. Вам следовало бы это знать, Айша, — наставительно произнес Пак. Он сохранял вид всеведущего, хотя накануне добросовестно проштудировал литературу по этому вопросу.

— Бета-блокаторы, — добавил Махендра Кумар.

— Всем?

— Думаю, что да.

— Нет, — отрезал Пак. — Бета-блокаторы могут вызвать спутанность сознания у пожилых больных, поэтому такие лекарства назначают только молодым. Побочные эффекты?

Кумар задумался. Было видно, что он растерян.

— Повышенная утомляемость, одышка.

— Вы гадаете, Махендра. Вы правы, но вы гадаете. Если начнете гадать в каждом случае, ваши больные будут умирать.

— К побочным эффектам от приема бета-блокаторов относятся повышенная утомляемость, одышка, головокружение и тошнота, — без запинки проговорила Рашми Пател со своим отчетливым британским акцентом. — К более серьезным побочным эффектам относятся гипотония, атаксия и ослабление способности к концентрации внимания.