Мойте руки перед бедой - Андрей Бронников

9 апреля 1917 год (по новому стилю), земля Баден-Вюртемберг, Германия

Поезд резво набирал ход, постукивая колёсами по рельсам. За окном вагона открывалась чудесная пасторальная картина провинциальной жизни Германии, нисколько не напоминающая о том, что где-то далеко ещё бушевала опустошительная мировая война. Паровозик, дымя трубой, натужно вытягивал вагоны на пригорок. Только что состав тронулся от пограничной станции Готтматинген и теперь направлялся транзитом через Франкфурт, Ганновер Берлин к портовому городку Засниц с дальнейшим следованием на пароме в Швецию. Если быть совсем точным, то этот маршрут распространялся только на один неприметный вагон в конце состава, в который только что вошли два офицера германского Генерального штаба – капитан фон Планец и лейтенант Буринг, которые расположились в крайнем к входным дверям, купе. Однако недовольный их присутствием Ульянов провёл поперёк прохода меловую черту, определив её как разграничительную линию между немецкой и российской юрисдикциями. Удивительно, но это установленное правило неукоснительно соблюдалось на протяжении всего пути по территории Германии.

Задача немецких офицеров была достаточно простой, но ответственной – сопровождение тридцати двух человек. Особенность состояла в том, что это были подданные Российской империи, которая в настоящий момент находилась в состоянии войны с Германией. За исключением двоих, которые являлись разведчиками – нелегалами германской разведки. Майор Андрес принял русскую фамилию Рубаков, а майор Эрих стал Егоровым. Присутствие германских офицеров определялось особой ценностью пассажиров противоборствующей стороны для самой Германии.

Для этого официальному представителю революционно настроенной делегации Францу Платтену пришлось составить расписку следующего содержания:

1. Я, Фриц Платтен, сопровождаю за полной своей ответственностью и на свой риск вагон с политическими эмигрантами и беженцами, возвращающимися через Германию в Россию.

2. Сношения с германскими властями и чиновниками ведутся исключительно и только Платтеном. Без его разрешения никто не вправе входить в вагон.

3. За вагоном признается право экстерриториальности. Ни при въезде в Германию, ни при выезде из нее никакого контроля паспортов или пассажиров не должно производиться.

4. Пассажиры будут приняты в вагон независимо от их взглядов и отношений к вопросу о войне или мире.

5. Платтен берет на себя снабжение пассажиров железнодорожными билетами по ценам нормального тарифа.

6. По возможности, проезд должен быть совершен без перерыва. Никто не должен ни по собственному желанию, ни по приказу покидать вагона. Никаких задержек в пути не должно быть без технической к тому необходимости.

7. Разрешение на проезд дается на основе обмена на германских или австрийских военнопленных или интернированных в России.

8. Посредник и пассажиры принимают на себя обязательство персонально и в частном порядке добиваться у рабочего класса выполнения пункта 7-го.

9. Наивозможно скорое совершение переезда от Швейцарской границы к Шведской, насколько это технически выполнимо.

Берн – Цюрих. 4 апреля (22 марта. Н. М.) 1917 г.

(Подписал) Фриц Платтен

Секретарь Швейцарской Социалистической Партии.

Были также составлены правила проезда по территории Германии, под которыми подписи поставили все пассажиры. Этот документ до сих пор хранится в архивах Германии.

Кроме того, прилагался поимённый список пассажиров

1. Ленин (Ульянов) В.И.

2. Ленина (Крупская) Н.К.

3. Арманд И. Ф.

4. Зиновьев (Радомысльский) Г.Е.

5. Радомысльская (Лилина) З.И. (с сыном 5-ти лет)

6. Поговская Б. Н. (с сыном 4-х лет)

7. Бойцов Н. (Радек К. Б.)

8. Сафаров Г. И.

9. Сафарова-Мартошкина B. C.

10. Усиевич Г. А.

11. Усиевич (Кон) Е.Ф.

12. Гребельская Ф.

13. Константинович А. Е.

14. Мирингоф Е.

15. Мирингоф М.

16. Сковно А. А.

17. Слюсарев Д.

18. Ельчанинов Б.

19. Бриллиант (Сокольников) Г.Я.

20. Харитонов М. М.

21. Розенблюм Д. С.

22. Абрамович А. Е.

23. Шейнесон

24. Цхакая М. Г.

25. Гоберман М. Л.