До и после - Эмма Миллс

Игроки по очереди наваливались всем весом на спортивные снаряды, отрабатывая тэкл. Назвать этих бугаев пятиклашками язык не поворачивался.

Фостер наблюдал за парнями с округлившимися глазами.

– Думаю, поначалу ты будешь одним из снарядов, – глупо пошутила я.

Фостер не улыбнулся.

Команда глубокого запаса, в которой играли девятиклассники, тренировалась на поле позади школы, буквально через дорогу от нее. Фостер напрямую не просил меня сходить с ним, но, увидев, что он ждет меня возле кабинета после урока, я поняла, что приглашение подразумевалось само собой.

За ребятами приглядывали два тренера – мистер Джонс, который вообще-то преподавал математику, и волонтер мистер Эверетт.

Фостер смотрел то на снаряды, то на мистера Эверетта, который наблюдал за тем, как нападающие разыгрывают разные выносные комбинации. Это выглядело странно: хоть мальчишки были и существенно мощнее, чем Фостер, двигались они не так ловко и быстро, как игроки основной школьной команды.

Фостер подтолкнул меня локтем.

– Что?

– Поговори с ним, – попросил он.

– Я? Почему я-то?

– Не знаю.

Фостер как-то сник. Я не могла разглядеть выражения его лица, но, будь я на его месте, мне бы хотелось быть повыше и посильнее. И чтобы с кроссовок не свисали эти безумные бантики. Могли ли такие естественные мысли прийти в голову чудику Фостеру? Если и так, он этого не показывал. Просто с опаской смотрел на мистера Эверетта, пока тот не обернулся и не увидел нас. На его лице появилась широкая улыбка.

– Ты, наверное, Фостер! – воскликнул он и поманил нас к себе. – Мистер Селлерс предупредил, что ты придешь.

Когда мы приблизились, он понизил голос, но улыбаться не перестал. Мистер Эверетт казался лет на двадцать старше моего папы и при этом был в гораздо более хорошей форме.

– Слышал, у тебя отличный удар, Фостер, – сказал он. – Мистер Селлерс надеется, что ты сможешь играть за нашу команду.

– У меня будут пробы?

Я сморщилась. Он же не на роль в «Пиппине» прослушиваться пришел. Но мистер Эверетт и глазом не моргнул.

– Да, если ты не против. Мы обычно не набираем новых игроков в течение сезона, но мистер Селлерс тебя хвалил. И я слышал, что твоим наставником стал Эзра Линли!

Для меня это было новостью.

Фостер важно кивнул:

– Он сказал, что поможет мне тренироваться. Я пока от него отстаю.

Мистер Эверетт хохотнул:

– От Эзры и многие профессионалы отстают.

Ослепительно улыбнувшись напоследок, мистер Эверетт попросил Фостера подождать до конца тренировки, и мы отошли в сторону. Фостер бросил на меня взгляд, в котором явно читалась просьба остаться, так что мы вместе присели на скамейку. Я открыла книгу, а Фостер наблюдал за происходящим на поле, пока мистер Эверетт не забрал его.

Фостер стал отрабатывать удары ногой по мячу – еще лучше, чем на физкультуре. У него получилось забить несколько прицельных голов. Потом к нему подошел мистер Джонс, и Фостер стал работать над пасами. Ловил он неплохо, но подавал так же слабо, как и я. Все-таки Теннисоны – не квотербеки.

Я услышала, что мистер Эверетт и мистер Джонс говорят что-то про спецкоманды^[15] и работу на поле. Они подошли к Фостеру сообщить итоговое решение, и я потеряла место, на котором остановилась в «Чувстве и чувствительности». Мне хотелось оказаться поближе, чтобы услышать разговор целиком.

Каким бы ни было решение, выражение лица Фостера не изменилось. Он просто покивал и вернулся к скамейке за вещами.

– Ну что?

– Сказали, что даже их лучший кикер не бьет на такое расстояние.

– Значит, все получилось?

Он пожал плечами:

– Две недели буду тренироваться, а потом разрешат играть.

За ужином этим вечером моя мама издала радостный вопль:

– Ты шутишь? Нет, ты точно меня дурачишь!

– Молодец, дружок! – воскликнул папа. – У нас в семье появился спортсмен, настоящий спортсмен!

– Мне нужно пройти медосмотр, – заявил Фостер и бесцеремонно вцепился зубами в огромный кусок мясного рулета.

– Ты же только недавно прошел, – ответила мама. – Я позвоню врачу, он пришлет все нужные бумаги.

– И еще мне нужны бутсы, – продолжил Фостер, запихивая в себя новую порцию мяса.

– Съездим после ужина в торговый центр, – отозвалась мама.

Фостер недоверчиво посмотрел на нее:

– Но они дорогие.

– Не волнуйся, – сказал папа. – Пообещай только, что у тебя не вырастет нога до тех пор, пока ты не попадешь в основную команду.