До и после - Эмма Миллс

«Нет».

«Но в хорошем смысле».

«Я был слишком счастлив».

Я смотрела на эти слова на экране мобильного – надо же, он их набрал собственными кончиками пальцев, а теперь я держу их в своей ладони. Кажется, человек не может быть слишком счастливым, но я понимала, о чем он. И чувствовала, что мое сердце тоже переполняет огромное сияющее счастье.

– Так что, вы теперь вместе? – спросил Фостер.

– Ну, что-то между нами определенно происходит.

– Да между вами всегда что-то происходило.

Я улыбнулась. Типичный Фостер. Фостер, который любит молчанку и делает смузи по утрам. Заноза у меня в заднице. Брат, которого, как оказалось, мне всегда не хватало. Неожиданная страница в моей жизни.

Я подумала о других страницах: о Ридингском университете, Кэсе, катании с Фостером на машине, любви к Эзре… И вдруг почувствовала – ярко, как тогда в Ридинге, когда мне резко захотелось прилежнее учиться и вообще стать лучше, – что на свете нет ничего, чего нельзя преодолеть, сосчитав до трехсот.

Подъехав к дому, я вспомнила слова Эзры – о том, что иногда ему кажется, будто все случившееся в его семье произошло с кем-то другим. Интересно, что почувствует Фостер, увидев свои старые фотографии?

Что все случилось с другим человеком? Или что он теперь другой? А может, всего понемножку. Мы с ним были другими людьми до того, как появились друг у друга. Но я бы не хотела поменяться местами с той старой Девон.

– Ну что ж, – наконец сказала я. – Вот мы и приехали.

Он посмотрел на дом. На наш дом. И, помолчав секунду, произнес:

– Спасибо, что подвезла, Дев.

– Обращайся.

Фостер кивнул и вышел из машины. Я открыла дверцу и пошла за ним.