Мы над собой не властны - Мэтью Томас

Эйлин нравилось кафе «Старбакс» у станции. Когда оно открылось, многие ворчали: раньше в городе не было сетевых заведений, за единственным исключением — кафе-мороженого «Хааген-Дас». Однако Эйлин не видела причин обходить «Старбакс» стороной. Ей нравилось зданьице в итальянском стиле, с черепичной крышей и отделкой из натурального дерева. Столики на открытой веранде напоминали настоящую пьяццу, какие они с Эдом видели в Италии. Иногда она садилась со стаканчиком кофе за один из этих столиков, наблюдая, как деловые люди торопятся на поезд, а собаки элитных пород тянут за поводок своих хозяев, — хотя чаще Эйлин выбирала место внутри.

Она приходила сюда по субботам на полчасика, отдохнуть от Эда. Приходила не ради общения — просто посидеть одной среди незнакомой толпы и насладиться упорядоченностью бытия: посетителей обслуживают быстро и четко, за стеклом на витрине ровненько разложены пирожные, приятно пахнет взбитыми сливками и кофе эспрессо, тихая музыка не оглушает и разговоры вокруг не переходят в крик со стуком кулаков по столу. Ей нравилось и отсутствие той задушевной атмосферы, какая бывает в кафе поменьше. Человек — это остров, даже если сидит среди толпы себе подобных. Нравилось, что служащие кафе ее как будто не узнают, хоть она и заглядывает сюда так часто. Хотелось, чтобы все оставили ее в покое. И к тому же здесь никто посетителей не торопил — сиди сколько потребуется.

Сегодня она сидела внутри, листая принесенную с собой «Таймс», и вдруг, нечаянно подняв глаза, увидела, что женщина за соседним столиком плачет. Женщина помоложе Эйлин — должно быть, немного за тридцать. Довольно привлекательная, деловой костюм по фигуре, волосы завязаны в аккуратный хвостик. Она сидела, подсунув под себя руки, и вся тряслась от беззвучных рыданий. Смотреть на это было неловко и странно. Эйлин не могла дальше читать — все время оглядывалась. Всхлипы стали громче. Люди за другими столиками начали переглядываться. Какой-то мужчина, подняв брови, глянул на Эйлин, словно говоря: «Каково?» А у нее было такое чувство, словно отражение в воде тихого озерца потревожил дикий зверек.

Наверное, лучше бы уйти, но она сидела как зачарованная. Оставалось еще пять минут до того, как надо будет возвращаться домой, к Эду. Интересно, чего эта женщина ждет от окружающих? Может быть, Эйлин должна подойти к ней и сказать: «Успокойтесь, все будет хорошо»? Прижать к груди совершенно постороннюю женщину и сказать: «Ну поплачьте, легче станет»? Может, это и правильно — единственно правильно. Но не будет ли это ложью? Как можно обещать, что все будет хорошо?

Эйлин снова уткнулась в газету. Краем глаза она видела, что женщина встала и, выйдя из кафе, направилась в сторону Пондфилд-роуд. Мелькнула мысль пойти за ней, но Эйлин побоялась — вдруг кто-нибудь решит, что они знакомы. Выждав минуту, Эйлин медленно прошла к выходу, по дороге выбросив недопитый стаканчик кофе.

На свежем воздухе ее решимость ослабла. Эйлин двинулась было к автостоянке и, уже подойдя к первому ряду машин, вдруг повернулась и бросилась бегом по Пондфилд-роуд. Она не помнила, когда в последний раз так бегала. Той женщины, может, уже и след простыл, но нужно хотя бы попробовать ее найти. На бегу Эйлин увидела свое отражение в витрине — до чего же дурацкий вид. Немолодая усталая тетка несется сломя голову за какой-то дурой и ведь сама не знает, что ей скажет, если догонит.

На углу Парк-плейс и Пондфилд-роуд Эйлин осмотрелась и заметила незнакомку из кафе — та уже миновала аптеку, направляясь к станции. Эйлин уже знала, как заговорит с ней. Остановит ее и спросит, нельзя ли ей помочь. Скажет: «Не вам одной плохо».

Она побежала дальше. Сердце мучительно колотилось. Почти догнав незнакомку — они уже миновали ресторан «Крейвенс», — Эйлин замедлила шаг, чтобы немного отдышаться и не показаться полной истеричкой, когда заговорит.

Поравнявшись наконец с незнакомкой, Эйлин пошла быстрее, свернула за угол и в обход всего квартала вернулась к своей машине. Там опять передумала и решила объехать кругом — вдруг еще не поздно. Эйлин выйдет из машины и просто постоит рядом с той женщиной, если заговорить не решится. Может, той женщине станет от этого хоть чуточку лучше. И в самом деле, она увидела незнакомку почти на том же месте, где обогнала ее. После секундного колебания Эйлин проехала мимо. От стыда и растерянности она вместо обычного своего маршрута поехала домой какими-то задворками. А та женщина пусть сама справляется со своими горестями. Такова жизнь, и нечего делать вид, будто может быть иначе.