Заложник - Александр Смоленский

– Я думаю, в субботу утром.

– В субботу. В десять вылет. Вам скажут куда, – сообщил он, как уже понял Габри, непосредственно личному пилоту.

– Ты доволен, племянничек?

– Спасибо. Только я вас очень прошу, чтобы отец Натальи ни о чем не знал. Так она просила. Вдруг у нее совсем не личное?

– Не волнуйся. Сам понимаю. Вернешься – все обсудим.

Габриель вышел из кабинета со смешанными чувствами. С одной стороны – после разговора у него словно гора спала с плеч. С другой стороны – он хоть и вынужденно, но предал Наташу, которая просила ни в коем случае не посвящать своего патрона. Она, впрочем, не знала, что синьор Сильвио не только премьер, но еще и дядя ее романтического возлюбленного. И что Габриель боится его больше, чем собственных родителей.

Поскольку советник премьера Италии летел в Москву как частное лицо, номер ему был заказан не в «Метрополе», как обычно, а в «Mэриотт-отеле», на Тверской. По дороге из аэропорта Внуково Габри ломал голову, что произойдет сегодня, когда он позвонит Наталье. И вообще: помнит ли она про звонок? В отеле, не раздеваясь и не распаковывая небольшой саквояж, чем-то напоминающий медицинский, Габри не стал доверять местному телефону и набрал номер Натальи со своего мобильника.

– Алло? – услышал он незнакомый женский голос.

– Мне… – Габри от неожиданности запнулся, но все же выдавил из себя на русском языке: – Мне Наташу, прошу.

Он услышал в трубке какую-то мелкую возню, хихиканье и чужой голос: «Тебя!» От обычного слова «алло», произнесенного знакомым насмешливым голосом, у молодого человека от неожиданно нахлынувшей нежности даже не к девушке, к ее голосу, перехватило дыхание.

– Ну вот, я приехал, ciarra.

– Вот и хорошо, что приехал. Спасибо.

Как показалось Габриелю, девушка сказала это излишне спокойно, без ожидаемых им эмоций.

Этот, строго говоря, очень даже неплохой итальянский парень не мог знать и уж конечно не догадывался, сколько волнений и страсти последних дней вдруг покинули дорогую ему русскую девушку. Скольких сил ей стоило сдержать свои эмоции, чтобы вымолвить простые слова.

– Когда увидимся? – спросил он. – Завтра днем я должен улетать обратно.

– Сегодня и увидимся.

– Я с ума сойду от ожидания.

– А ты не ожидай, а бери такси и приезжай к моей подруге. Здесь совсем рядом. Запиши адрес: улица Чаянова, десять, квартира тридцать четыре. Код входного замка – двадцать два.

Наташа сделала паузу, чтобы Габри мог русскими буквами, которым она учила его два года назад, записать адрес, и повторила его вновь.

– Записал? Только заходи в подъезд уверенно, как будто ты в нем живешь. А то понимаешь… – Наташа слегка запнулась, – там, у подъезда, охрана, а я не хотела бы, чтобы ты привлек внимание.

– Понимаю, – успокоил ее Габри. – Еду.

– Будь осторожен, возьми машину на улице, а не в отеле. Понимаешь?!

Через полчаса Габриель без каких-либо помех зашел в подъезд дома на улице Чаянова.

Оперативники Федеральной службы охраны, которым Президент поручил «более внимательно» сопровождать вылазки Натальи в город, засекли незнакомого молодого человека, но не придали этому особого значения.

Подружка Светлана, увидев в дверях молодого итальянца, все поняла без лишних слов.

– Ну ладно, я пойду погулять, а вы тут сами какнибудь.

– Никуда ты не пойдешь. Мы сейчас выйдем с тобой вдвоем. Съездим в ГУМ за подарками. Я кое-что хочу отправить с ним в Италию.

Наташа кивнула в сторону Габриеля. Он несколько нервно озирался в чужой квартире и ничего не мог уловить из скороговорки подружек.

– А потом мы обе вернемся сюда. Иначе охрана сразу поймет, что дело нечисто.

На протестующие жесты подруги Наташа не реагировала.

Габриель так ничего и не понял, когда Наташа объяснила, что они сейчас уйдут. Ему хотелось как можно скорее остаться наедине с девушкой, и ни о чем другом он думать просто не мог.

Молодой человек хотел что-то спросить, но девушка нежно прикрыла его губы ладошкой:

– Потом. Все потом.

И подружки выскочили за дверь.

– Дядечка Петечка, в ГУМ, – весело скомандовала Наташа водителю.

– Опять в ГУМ? – убитым голосом повторил он, мгновенно вспомнив последствия своей первой несанкционированной поездки туда же.

– Ну, я же тогда не купила новогодние подарки, – непривычно беззаботным тоном возразила Наташа. – Вот, Светка поможет выбрать. Только, пожалуйста, быстрее.

«Дядечке» было уже все равно. Его не убрали с работы лишь потому, что Президент не хотел обострять своих и без того натянутых отношений с дочерью. Теперь попавший в немилость водитель отлично знал, что каждый их шаг находится под самым жестким контролем ведомства, не имеющего отношения к ФСО.

– В ГУМ так в ГУМ, – обреченно согласился он.

Машина выскочила на Тверскую-Ямскую и под прикрытием джипа сопровождения лихо сделала разворот в сторону центра. Дядечка Петечка включил сирену. Следом за ними, буквально спустя минуту, столь же стремительный разворот сделала еще одна машина с непростыми номерами.

В магазине, стоило девчонками нырнуть под его своды, Наташа остановила Светку за рукав шубки:

– Ты сейчас пойдешь и сделаешь покупки, в смысле подарки – маман и папан. Ну и Маринке – тоже. Только не спрашивай, что покупать. Прояви, подруга дорогая, всю свою фантазию.

– Ты чего, совсем забурела?! Твои родители, ты им и выбирай.

– Я тебе все потом объясню. Ну, выручай, пожалуйста.

Наталья чмокнула Светку в щеку и быстро по ступенькам побежала в сторону третьей линии, в банковское отделение, где в депозитарной ячейке неделю назад она спрятала отцовский экземпляр меморандума. Ни она, ни Светка не заметили, как за ними увязались какие-то невзрачные типы.

Через полчаса Наташа уже сидела в машине и жаловалась водителю, как они с подругой потерялись. При этом она набрала номер подруги и ангельским голоском проворковала:

– А я тебя уже в машине жду.

Светка появилась минут через пятнадцать с ворохом цветастых коробочек и фирменных сумочек.

– Я своим тоже кое-что приглядела. Они же сразу после Нового года прилетят. Вот удивятся, какая у них внимательная дочь. С тебя беру пример, подруга.

Подковырнуть подругу ей не удалось. Та, скорее машинально, чем внимательно, рассматривала подарки.

Габри, как теленок, смиренно ждал девушек дома, тупо уставившись в телевизор. Он даже не услышал, как открылась дверь, и лишь ощутил тонкий запах духов и почти сразу же вслед за ним – нежные объятия.

Светка скрылась на кухне и там словно умерла. Но в голове у Натальи уже никаких эмоций, напоминающих влюбленность, не было. Просто Гарби действительно был милейшим человеком. «Побольше бы таких ребят нам здесь», – думала она.