Вот такие Веселовы, или 2 сказочные повести про прикольных домовых - Эльвира Смелик

Никита и Тот в нерешительности стояли перед входом в небольшую пещеру. Она и правда была очень тёмной. Только нескольким солнечным лучам удалось заглянуть внутрь, и пущенные ими солнечные зайчики боязливо подрагивали на земле и каменных стенах у самого входа. Но дальше царил непроницаемый чёрный мрак.

– Ты со мной? – с надеждой спросил Никита у Тота.

Тот, опустив голову, ковырял землю большим пальцем правой ноги.

– Видишь ли, – медленно говорил он, – в эту пещеру можно заходить только поодиночке. Иначе пути назад не будет. Но я на всякий случай верёвочку прихватил. Я тебя ею обвяжу, а сам буду крепко за конец держать.

– Ясно, – голос у Никиты дрогнул.

Значит, ему одному придётся в темноту идти? И отступить нельзя. И попросить Тота, чтобы он вместо него в пещеру пошёл, тоже нельзя. Это ведь из-за Никиты Ариша к господину Полутень попала.

Никита упёрся руками в каменные стены и сделал несколько шагов вперёд.

Сначала было не очень темно: всё-таки выход близко. Но, чем дальше Никита продвигался, тем плотнее сгущалась тьма. Так что скоро мальчик уже и своих ладошек разглядеть не мог, даже когда приближал их к самым глазам.

Пещера расширилась, руки больше не касались стен. Никита выставил их вперёд и, ощупывая дорогу ногами, потихонечку брёл в темноте.

Вдруг впереди что-то блеснуло. Совсем как на странице Учёного Тома.

Никита прибавил шаг, и по мере его приближения маленькая искра всё сильнее разгоралась, разгоняя мрак, превращаясь в ярко сияющий огонёк.

Тут Никита увидел сидящего на камне большого глазастого жука, из толстого брюшка которого исходило это яркое сияние, – оно меняло цвета, становилось то красным, то жёлтым, то голубым, то слепяще белым, словно луч фонарика.

Никита улыбнулся. Ему сразу вспомнились и огни новогодней ёлки, и расцвечивающие тёмное небо искры праздничного салюта, и тёплый свет окна в ночи.

– Пойдём со мной! – обратился мальчик к светлячку. – Помоги мне, пожалуйста, сестрёнку спасти!

Жук внимательно посмотрел на Никиту большими блестящими глазами, пошевелил усиками, как будто сказал: «Да!» Мальчик подставил ладонь, и светлячок переполз на неё, быстро перебирая тонкими лапками.

Возвращаться назад было совсем не страшно. Светлячок лучше любой лампы освещал дорогу. От его сияния становилось не только светло, но и легко, и радостно.

– Вот это да! – восторженно воскликнул Тот, увидев светлячка. – Конец серым полутеням!

И они заспешили в серый за́мок уже знакомым путём: через лес, через речку по мостику, зажмурив глаза, и опять через лес.

Светлячок ярко сиял на Никитиной ладони, мерцал и переливался всеми цветами. Мрачные серые деревья удивлённо склонялись к нему, и на их коре сразу проявлялись тёплые оттенки охры и коричневого, а из толстых плотных почек высовывались нежные зелёные листочки. Травы вытягивались им навстречу, тоже зеленели, выбрасывали вверх цветочные бутоны. Только дорога в скалах оставалась по-прежнему серой. Однако камушки и песок под ногами поскрипывали гораздо веселей, а большие валуны уже не казались абсолютно одинаковыми. Некоторые из них были чуть красноватыми, другие – почти чёрными, третьи отливали жёлтым и розовым.

И опять на дорогу выскочил заяц, испуганный, дрожащий. Но, увидев старых знакомых, смущённо смешался и стыдливо покраснел.

Да, да! Покраснел! Целиком! Прямо вместе с шерстью!

– Эх, ты! Врун несчастный! – осуждающе посмотрел на зайца Никита.

– А что? – пролепетал заяц. – Должен же я как-то замок охранять!

А зайцев ведь никто не боится. Никто всерьёз не принимает.

Но тут он заметил светлячка и вытянул шею, чтобы лучше рассмотреть:

– А что это у вас?

Никита на всякий случай прикрыл жучка другой ладошкой:

– Много будешь знать…

И друзья отправились дальше.

За́мок господина Полутень был по-прежнему сер и скучен. Даже волшебное сияние светлячка не возвращало ему красок.

Разноцветные лучики расцвечивали пол, стены, колонны, но стоило Никите пройти вперёд, как позади него всё опять становилось одинаково блёклым. И казалось, светлячок пылает уже не так ярко.

Ариша сидела на верхней ступеньке лестницы и равнодушно пересаживала с места на место серых кукол. Господин Полутень стоял рядом с девочкой, но, увидев яркий огонёк в Никитиной руке, осторожно отступил назад.

– Аришка! Смотри, что у меня есть! – крикнул Никита, быстро взбежал по лестнице и протянул сестрёнке раскрытую ладонь.

– Что там? – бесцветно спросила Ариша и нехотя глянула. – Фу! – брезгливо отшатнулась она. – Не люблю жуков! Гадость какая! Убери его скорее! Убери!

Ариша оттолкнула Никитину руку. Светлячок не удержался, упал на пол, мигнул несколько раз, потом ярко вспыхнул и погас.

Никита быстро наклонился, снова подставил жучку ладонь. Но светлячок грустно взглянул на него большими глазами и забился в щель в полу.

Сколько мальчик ни звал его, ни уговаривал, жучок и усика не высунул из своей щёлки.

Вот и всё!

Никита так расстроился, что даже плакать не мог. Да и что толку в слезах, если уже ничего нельзя сделать?

Скоро весь мир станет серым и скучным, а все люди – мрачными и безучастными. И Никите тоже вроде бы уже всё равно, руки безвольно опустились. Вместе с волшебным огоньком угасла последняя надежда.