Заколдованная принцесса - Ролан Быков

Дион все так же висел на цепях. Услышав скрип отворяющихся дверей, он попытался открыть глаза, но не смог.

– Пжошу, пожалушта – для кажни вше готово! – шепелявил визирь.

– Казни не будет! – снова сказала Дионелла и добавила. – Развяжите и отпустите его!

– Мы сделаем это, но после нашей свадьбы, моя несравненная, – жестко проговорил царь-колдун.

– Дионелла? – Дион открыл глаза.

– Я, – тихо ответила девушка и подошла к нему.

Дион увидел на ее голове венок.

– На тебе лилии… – он напряг память, словно вспоминая что-то забытое. – Надо что-то сделать с лилиями…

– Эй, певец, не надо шептаться с чужой невестой! – крикнул царь. – Казнь откладывается! Сегодня, счастливец, ты будешь петь на нашей свадьбе! Назначаю тебя свадебным певцом.

Визирь громко заржал.

Дион заметался:

– Коня! Коня!..

– Это не конь – это царский визирь, – объяснила Дионелла.

– Сон, – сказал Дион и закрыл глаза.

– Это не сон, – зашептала Дионелла, поднося к губам юноши кувшин с вином. – Мы у царя-колдуна, и он все обо мне знает. Это наш последний шанс. Да, развяжите же его!

– Стража! – скомандовал визирь. – Желание нашей невесты – закон!

Вокруг Диона все качалось и плыло: стражники снимали с него цепи, потом несли, сажали на подушки перед ковром, уставленным яствами.

– Ты его невеста? – спросил юноша.

– А вот это уже сон, – ответила девушка.

– А если не сон, что тогда? – поинтересовался колдун.

– Тогда я удавлю тебя в первую брачную ночь, – ответила Дионелла.

– Не успеешь, – сказал Дион. – До брачной ночи ему не дожить!

Дион встал. Он был бледен.

– Стража! – крикнул царь-колдун.

Стражники бросились на Диона, скрутили ему руки и стали бить.

– Казнить всех! – визжал колдун. – Всех! И эту маленькую крысу, которая меня предала, тоже!.. А ты, болотная принцесса, завтра на коленях будешь проситься в мой гарем! И я еще подумаю, простить тебя или нет. Но этим пощады не будет! Я завтра же… на твоих глазах четвертую их, зажарю живыми, сдеру с них кожу и сварю в кипящей смоле!

Стражники привязывали пленников к столбу, пинали их и ругались.

– Вспомнил! – закричал вдруг Дион. – Я вспомнил…

Силы заново вернулись к юноше, он разбросал стражников, схватил выпавшую из венка на пол лилию, оторвал ее стебель и подул в него. Протяжный нежный звук вылетел из цветка, тонким стоном заметался внутри гулкой каменной башни и улетел за окно в высокие дали. Когда стражники связали его, он был спокоен, словно не сомневался в помощи.

Тонкий нежный звук молнией пролетел над улицами, напугав людей и верблюдов, ударился в скалы, окружавшие город, с порывом ветра промчался над морем с кораблями и лодками, мигом пролетел поля, леса и стрелой упал в болото. С тревожными криками взлетели птицы, а из воды, покрытой тиной, высоко выпрыгнула огромная жаба и, описав дугу, плюхнулась на берег. Жаба тяжело дышала, глаза вылезали из орбит, зоб пульсировал, а перепончатые лапы дрожали… Нежный звук затих. На болото упал туман. Ветер поднял его облаком в небо и погнал из дали в даль. Было тихо. И только одинокая птица звала кого-то голосом, полным печали…

Как говорят умные да ученые люди, наша земля и все, что нас окружает, на две трети состоит из воды. Вода кормит, вода поит, вода несет корабли да лодки, рушит, роет, моет, рождает энергию, дает жизнь и смерть. Малая капелька сильнее камня – капля камень точит. Сколько превращений несет в себе волшебница-вода! Дождь – вода, снег – вода, лед – вода, пар – вода, роса, иней, облако, туча – все вода. На свете есть еще много необъяснимого, но великая тайна воды по-настоящему никому не ведома. Как звук, вырвавшийся из стебля лилии помог явиться в башню Жабу, неизвестно – вода молчалива и не открывает своих секретов даже автору…

День подходил к концу.

Над городом висел туман, из которого призраком выступал дворец короля-колдуна.

В башне смерти к столбу были теперь прикованы трое – Дион, Дионелла и младшая жена царя-колдуна.

– Скоро зайдет солнце, – глядя на окно, с тревогой сказал Дион.

Ему никто не ответил. Было слышно, как бьют барабаны и кричат глашатаи:

– Слушайте и не говорите потом, что не слышали! Завтра большая казнь!

– Храбрейший из храбрейших, мудрейший из мудрых победил трех великанов и приговорил их к казни…

Барабаны били, не переставая.

На каменном полу, как и в прошлую ночь, на коврах были расставлены яства, вина и цветы. Среди этого пышного убранства странно выглядела мрачная фигура палача, точившего в углу башни свои топоры. Топоров было много: от маленького до огромного.

– Зззи-инннь! Ззззззи-инннь! – пел в тишине точильный камень.

– Ййиии! – скрипнула потайная дверь в стене.

Громко цокая копытами, в башне появился визирь. Он стал еще больше походить на лошадь, но явно помолодел и приободрился. Полуконь весело заржал и, потирая руки, спросил:

– Што вы тут жамышляете? Жаговор? Ижмена? Подкуп?

– Что, нет другого места точить топоры? – спросила Дионелла.

– Это шпешиально! Только для ваш! Мудрейший прикажал, штоб было поштрашнее, – зашепелявил визирь.

– А зачем столько топоров? – спросил Дион.

– Неижвешно, што может прийти в голову умнейшему из умнейших. Может, он решит одному отрубить голову, другую ижрубить на мяшо шобакам, третью шетвертовать. Тут инштрумент нужен ражный, – болтал визирь и, глядя на Дионеллу, бил копытом.

– Казни не будет! – сказала Дионелла.

– Вы только не бешпокойтесь, о, нешравненная, кажним кого-нибудь другого. Кажни отменять вредно – нашинается повальное воровштво.

Палач закончил свою работу и вышел, оставив поблескивать в углу груду остро отточенных топоров. Визирь-полуконь воровато оглянулся, приблизился к Дионелле и зашептал:

– О, моя прекрашная, нешравненная и шправедливая, хотите меня подкупить? Для меня предать царя будет за сшастье … То кожлом хожу, то ошлом, то павианом, школько можно…