Гостья - Стефани Майер

Я застонала. Голова кружилась, мысли путались, подступалатошнота.

— Наконец то, — с облегчением пробормотал кто то. Иен. Нуконечно. — Есть хочешь?

При мысли о еде меня чуть не вырвало.

— Ой, прости, пожалуйста. Нам пришлось тебя усыпить, а то унекоторых началась паранойя…

— Все в порядке, — вздохнула я.

— Воды хочешь?

— Нет.

Я открыла глаза, пытаясь сориентироваться в темноте. Сквозьтрещину в потолке над головой сияли две звезды. Все еще ночь… Или это ужеследующая ночь?

— Где мы? — спросила я. Какие то незнакомые трещины — яникогда прежде не видела этого потолка.

— Твоя комната… — Лицо Иена в темноте казалось неяснымпятном.

Подо мной — настоящий матрас, под головой — подушка. Рукаслучайно наткнулась на ладонь Иена, и он легонько сжал мне пальцы.

— Чья это комната на самом деле?

— Твоя.

— Иен…

— Раньше была нашей — моей и Кайла. Пока все не решится,Кайла… держат в больничном крыле. Я перееду к Уэсу.

— Я не хочу занимать твою комнату. А что значит «пока все нерешится»?

— Я же говорил, будет суд.

— Когда?

— Зачем тебе знать?

— Потому что если вы затеяли суд, я обязана на нем всеобъяснить.

— Солгать, ты имеешь в виду.

— Когда? — повторила я.

— На рассвете. Тебя я туда не поведу.

— Ну и не надо, сама доберусь. Вот только голова перестанеткружиться…

— Ты что, серьезно?

— Вполне. Нечестно, что вы не даете мне слова.

Иен вздохнул, отпустил мою руку и медленно поднялся:хрустнули суставы. Сколько времени он просидел вот так, в темноте, ожидая моегопробуждения?

— Скоро вернусь. Ты, может, есть и не хочешь, зато я умираюс голода.

— Да, ночь выдалась длинная.

— Угу.

— Как рассветет, я отправлюсь на суд, не стану тебя здесьдожидаться.

— Не сомневаюсь. — Иен сухо усмехнулся. — Я вернусь дорассвета и провожу тебя, куда ты хочешь.

Он толкнул одну из створок, закрывающих вход в пещеру,переступил порог и прикрыл дверь. Я задумалась: на одной ноге передвигатьсянепросто. Хорошо бы, Иен поскорее вернулся.

В ожидании я разглядывала звездочки, горевшие на видимомкусочке неба, и постепенно пол перестал раскачиваться. Мне не нравилисьчеловеческие лекарства. Боль вернулась, и в довершение всего раскалываласьголова. Время тянулось медленно. Сон не шел: я проспала почти сутки и страшнопроголодалась, но надо было дождаться, пока уляжется возмущение в желудке.

Иен вернулся до первых лучей, как и обещал.

— Полегчало? — спросил он, появляясь в проеме.

— Кажется. Я еще не шевелила головой.

— Как думаешь, такая реакция на морфий — это ты или телоМелани?

— Мелани. Она плохо переносит обезболивающие. Это выяснилосьнесколько лет тому назад, когда она сломала запястье.

Он на миг задумался.

— Странно это… Общаться с двумя людьми сразу.

— Странно, — согласилась я.

— Еще не передумала? Может, поешь?

— Ой, хлебом пахнет… — Я улыбнулась. — Живот вроде унялся.

— Вот и хорошо.

Тень Иена легла рядом со мной. Он нащупал мою руку и вложилв ладонь булочку.

— Помоги встать, пожалуйста, — попросила я.

Он бережно приобнял меня за плечи и поставил на ноги точнымдвижением, чтобы свести к минимуму боль в боку. К коже прилегло что точужеродное, твердое и жесткое.

— Спасибо, — сказала я, стараясь не дышать. Голова слабокружилась. Я потрогала бок: между футболкой и кожей обнаружился какой топосторонний слой.

— У меня сломаны ребра?

— Док точно не знает, но лучше поберечься.

— Он работает не покладая рук.

— Это точно.

— Зря я раньше плохо к нему относилась.

— Глупости, — рассмеялся Иен. — Странно, что ты вообщехорошо к нам относишься.

— Это из за вас. — Я вгрызлась в жесткую булочку, машинальнопрожевала, проглотила и стала ждать, как отреагирует желудок.

— Не слишком то аппетитно, знаю, — вздохнул Иен. Я пожалаплечами.

— Надо же как то проверить, тошнит меня или нет.

— Как насчет чего нибудь повкуснее…

Я с любопытством посмотрела на него, но лица было неразглядеть. Что то хрустнуло, зашуршало… а потом я почувствовала запах ипоняла.

— «Читос»! — вскрикнула я. — Правда? Мне? Что топрикоснулось к губам, и я быстро схрумкала предложенное лакомство.

— Я о них мечтала, — вздохнула я, жуя.

Иен засмеялся и вложил пакетик мне в руку. Я быстроопустошила содержимое, а после, пока во рту оставался сырный вкус, доела булочку.Предугадав мою просьбу, Иен протянул бутылку с водой.

— Спасибо тебе. И за «Читос», и за все остальное.

— Анни, я всегда рад помочь.

Я заглянула в его синие глаза, мне казалось, что в словахИена скрывалось нечто большее, чем простая вежливость. Внезапно меня осенило,что я различаю цвет его глаз. Звезды исчезли из трещины в потолке, в просветесерело утреннее небо. Светало.

— Уверена? — Иен с готовностью подставил руки. Я кивнула.

— Нести меня не нужно. Дойду сама.

— Увидим. — Он помог мне подняться, обхватил меня за поясодной рукой, а мою руку закинул себе на шею. — Осторожнее. Ну как?

Я заковыляла вперед. Больно, но терпеть можно.

— Отлично, пошли.

«Мне кажется, Иен к тебе неравнодушен».