Властелин ее сердца - Моника Маккарти

– Бруэм не атаковали. Бойд должно быть вовремя обнаружил, что случилось на самом деле.

Роберт рассказал подробно о налете, но это уже не имело значения. Или имело? Почему Робби передумал? Что заставило его отказаться от задуманного? И самое главное, что все это значило?

Розалин, должно быть, побледнела или выглядела так, будто с ней вот-вот случится обморок, потому что Роберт пересек комнату, взял ее под локоть и помог сесть на покрытую подушками лавку, у огня.

Ей казалось, что она не в состоянии думать.

– Ты уверен?

Он кивнул.

– Но почему?

Брат посмотрел на нее долгим взглядом:

– Я подозреваю, что на этот вопрос тебе ответить легче, чем мне.

Перед тем как он привел сэра Генри и остальных пленников обратно в Бервик, Клиффорд послал Робби сообщение с пояснением того, что произошло в деревне, и предложением встретиться на следующей неделе, чтобы обсудить содержание официального письма об освобождении сестры и вручении выкупа. Но это послание уже не застало их.

– Я не уверена, что смогу. Робби был настроен весьма решительно. Я пыталась – умоляла его – свернуть с этого пути, но он отказался. – Слезы выступили у Розалин на глазах, когда она увидела мрачное лицо брата. – Это было так ужасно…

Он выругался и сел рядом, обняв ее и прижав к себе, пока она плакала, точно так же, как во времена ее детства.

– Этот ублюдок не заслуживает твоих слез, малышка. И он уж точно не заслуживает тебя.

Услышав это, Розалин только сильнее разрыдалась.

– Расскажи мне, что произошло?

И Розалин стала рассказывать, опуская интимные детали, хотя и подозревала, что Роберт заполняет эти пробелы довольно легко. Когда она закончила, его губы были сжаты в узкую холодную полоску.

– Я убью его.

– Нет! Пожалуйста. Я просто хочу забыть об этом. – Она взяла носовой платок, который он ей протянул, и промокнула им глаза и нос.

Выражение лица Клиффорда оставалось свирепым, но голос смягчился.

– Ты уверена в этом, Роузи-лин? – Он сделал паузу. – Я сражаюсь с Бойдом уже много лет, и ни разу не видел, чтобы он колебался. Но какая-то причина заставила его отступить, и я подозреваю, что этой причиной была ты.

Розалин шмыгнула носом и глубоко вздохнула. Потом покачала головой:

– Даже если он отменил набег, это ничего не значит. У нас ничего не получится. Между нами всегда будет стоять моя национальность. Я не могу быть с человеком, который не доверяет мне и не любит меня.

Роберт крепче обнял ее и вздохнул так, как будто тяжелый груз упал с его плеч:

– Мне больно смотреть, как ты страдаешь, но я не буду говорить, что я огорчен, услышав это. Ты сейчас этого не поймешь, но все это к лучшему. Любые отношения между вами практически невозможны.

Розалин с надеждой посмотрела на него:

– Но не совсем?

Он отвернулся, и губы его сжались так, как будто он попробовал что-то горькое. Это было похоже на выражение лица Робби, когда упоминали имя ее брата.

– Я хочу, чтобы ты была счастлива, но отдать собственную сестру такому варвару – это уже слишком. И я никогда не согласился бы на это, если бы не был уверен, что он сделает тебя счастливой. Бандиту придется нелегко, доказывая мне это. – Он снова обнял ее и поцеловал в макушку. – Забудь о нем, Роузи-лин. Он не заслуживает тебя.

– Я попробую, – пообещала она. – И Роберт… – Он посмотрел на нее. – Спасибо, что ты не пытался заставить меня возненавидеть его.

Роберт улыбнулся:

– Черт, если бы я думал, что это сработает, я бы попытался. Но подозреваю, эта битва была проиграна много лет назад.

– Что ты имеешь в виду?

Сэр Роберт приподнял бровь и выдержал ее взгляд. Кровь медленно отлила от ее лица, когда она начала понимать, о чем идет речь.

– Ты знал?

Он пожал плечами:

– Охранники выдали тебя. Я знал, что должна быть причина, почему Бойд не убил их. Тогда я заподозрил, что кто-то помогал ему. А поскольку ты задерживала дыхание и бледнела всякий раз, когда о нем упоминали, мне не пришлось гадать, кто это был.

– Почему ты никогда ничего мне не говорил? Ты был очень зол на меня за то, что я предала тебя?

– По правде говоря, я испытал облегчение. – Его челюсти сжались, словно он вспомнил что-то неприятное. – Это сравняло счет.

Розалин с трудом поняла, о чем он говорит.

– Неужели ты хитростью заставил их сдаться? Я отказываюсь верить, что ты на это способен.

– Я не делал этого. По крайней мере, это получилось не намеренно. Король не сказал мне, что запланировал. Я дал слово, что встреча пройдет в условиях перемирия, не зная, что они будут арестованы. Они не смогли бы держаться долго, и результат был бы таким же. Но мне не понравилось, что все это было проделано в ущерб моей чести. Мне было стыдно, когда это произошло, но я обязан был выполнить свой долг. – Роберт криво усмехнулся. – Ты спасла меня от необходимости принять решение, которое я не хотел принимать.

Розалин была ошеломлена:

– Я не могу поверить, что ты знал об этом все эти годы и никогда ничего не говорил.

– Я подозревал, почему ты сделала это, и надеялся, что ты забудешь. – Он сочувственно улыбнулся. – Я полагаю, это не сработало. Не так ли?

Она покачала головой, эмоции опять перехватили ее дыхание.

– Что мне теперь делать, Роберт?

– Не знаю, малышка, но мы что-нибудь придумаем. Все будет хорошо.

Если бы только она могла поверить в это.

Когда через неделю после отъезда Розалин и Сетона от Клиффорда поступили две тысячи фунтов, Робби стал размышлять о том, что его отчаянный план имеет шанс на успех. Клиффорд мог легко отказаться от перемирия, но не сделал этого. Его поступок и письмо с согласием встретиться, которое пришло с опозданием на день, должны были что-то значить.

Робби поехал на север с Фрейзером и несколькими воинами, чтобы доставить Брюсу необходимые деньги, а заодно поговорить с Маклаудом. Если его план сработает, понадобится помощь его собратьев.

Он не говорил королю о своих намерениях, подозревая, что Брюс не согласится. Но несанкционированные задания, в которые были вовлечены жены или будущие жены, не были чем-то необычным в гвардии. Сам Маклауд прибег к помощи соратников, чтобы спасти свою жену в начале войны, поэтому Робби рассчитывал на его сочувствие.

И тем не менее ему потребовалось несколько дней, чтобы убедить вождя Хайлендской гвардии согласиться. Неделю спустя, после того как он приехал в Данди, Робби и еще девять гвардейцев стояли в лесу около замка Бервик, обсуждая подробности действий. Вернее будет сказать, что Робби обговаривал детали, а они делали все возможное, чтобы отговорить его от этого.