Ночные шорохи - Джудит Макнот

Сегодня все столики эксклюзивного, модного и очень дорогогоресторана в Палм-Бич были заняты, и неудачливые посетители, которым недосталось мест, толпились в баре и вестибюле.

Метрдотель, ошалевший от суеты, раздраженно поднялтелефонную трубку и стал напряженно вслушиваться. Черт бы побрал этот шум,слова не разберешь!

— Простите, с кем вы хотели поговорить? — переспросил он,зажимая ладонью ухо в безуспешной попытке избавиться от помех. — Да, миссисМейтленд заказывала столик. Сейчас позову ее к телефону.

Метрдотель с романтическим именем Роланд работал в«Ремингтон Грилл» совсем недавно и теперь водил пальцем по карточке, разыскиваястол, зарезервированный для Мейтлендов.

Пробравшись к дальней стене ресторана, он в недоуменииостановился. Да их трое! Потрясная блондинка лет тридцати, элегантно одетаясветловолосая женщина постарше, судя по сходству с первой — ее мать, итемноволосая девушка-подросток в омерзительно безвкусном одеянии, особенновызывающе смотревшемся на фоне безупречных нарядов обеих дам и остальныхбогатых клиентов «Ремингтон Грилл».

И поскольку Роланд был не совсем уверен, кого именно следуетпобеспокоить, оставалось действовать наугад.

— Прошу прощения, леди Мейтленд, — обратился он ко всемтроим, — вам звонят.

Смеющиеся женщины вопросительно воззрились на него.

— Кому именно? — бесцеремонно осведомилась девочка.

— Миссис Мейтленд, — едва скрывая досаду, пояснил Роланд.

Можно подумать, у него времени вагон!

— Вы здесь новичок, поэтому, так и быть, объясню, — снизошладевочка, явно наслаждаясь его растерянностью. — Я мисс Мейтленд, справа мояневестка, миссис Ной Мейтленд, а слева — мать моей невестки, миссис ДугласМейтленд. И одновременно, — гордо выложила она козырную карту, — моя мама.

Брови Роланда взлетели к самым корням волос.

— Как мило, — пробормотал он, едва не лопаясь от злости.

Слоан от души пожалела беднягу, которому выпало несчастьестолкнуться с Кортни.

— Должно быть, это меня, — сообщила она, вставая. — Нойзвонил из Рима и пообещал приехать на день раньше.

Ной на цыпочках поднялся наверх и внезапно появился передтрехлетней дочерью, которая при виде отца восторженно завизжала и бросилась емуна шею, болтая ножонками в пижамных штанишках. Няня почтительно поздоровалась искрылась в соседней комнате.

— Папа! Ты уже приехал!

— Да, малышка, — пробормотал Ной, неловко подхватывая дочьодной рукой и пряча за спиной другую, с подарком для Эшли.

— А к нам приходила тетя Кортни.

— Вижу, — кивнул он.

Девочка раскрыла от изумления рот и тряхнула кудрявойголовкой.

— А откуда ты узнал?

— По твоим барашкам-кудряшкам.

Слоан нашла Ноя на террасе. Эшли сидела на коленях у отца, иоба о чем-то таинственно перешептывались.

— Папа дома! — громко сообщила девочка. Ной поднял глаза,увидел жену и нежно улыбнулся, словно обволакивая ее теплом взгляда.

— А мы рассказывали друг другу всякие секреты, прошепелявилаЭшли и с довольным видом подставила ухо губам Ноя Тот что-то прошептал — Аможно я расскажу маме? — загорелась Эшли — Так и быть, — с притворной неохотойсогласился отец.

— Папа сказал, — торжественно объявила малышка, — что онлюбит тебя. Очень, очень, очень.