Ночные шорохи - Джудит Макнот

Лопасти вертолета все еще крутились, когда Ной спустился наглавную палубу я поисках Слоан. Проходя мимо матроса, закреплявшего шезлонга истулья перед выходом в море, он решил не тратить времени, обшаривая каюты, ирезко спросил:

— Мисс Рейнолдс на борту?

Матрос знал о Слоан Рейнолдс не так уж много: если веритьслухам, она была близким другом агента ФБР, из-за которого здесь подняласьтакая суматоха, потом ев обвинили в убийстве. И наконец, младшая сестра хозяиназачем-то притащила девицу на яхту и велела держать ее присутствие в тайне.Похоже, мистеру Мейтленду это не слишком по душе. Лучше уж от греха подальшеприкинуться шлангом.

— Нет, сэр, насколько я знаю, гостей мы не ждем. Ной кивнули, нахмурившись, отправился в свою каюту. Вся команда уже, разумеется, знает оего прибытии — вертолет не спрячешь. Очевидно, Слоан передумала и не желаетговорить с ним, что само по себе очень странно.

Рассеянно пригладив волосы, он оглядел гигантскую кровать,свидетельницу стольких ночей бурной страсти и тихих бесед. Интересно, есть ли всловах Ричардсона хоть крупица правды? Будь та женщина, которую Ной видел влюбительском фильме, действительно ни в чем не виновата, она не побоялась бывстретиться с ним лицом к лицу. А в это время Слоан, стоя за его спиной, нерешительнопереминалась. Как бы набраться мужества начать разговор? У нее было в запасенесколько часов, чтобы еще раз воскресить в памяти все, что было между ними,но, несмотря на безмятежную уверенность Кортни в том, что все обойдется и Нойтолько и ищет случая, чтобы помириться с ней, Слоан слишком хорошо понимала,жизнь отнюдь не волшебная сказка. И она должна была с самого начала понимать,что все кончено. Да, она любила Ноя всем сердцем, но эта любовь не принесла емуничего, кроме публичного скандала, позора и унижения. И это еще не все. Нужнобыть честной хотя бы с собой. Разве Ной когда-нибудь обмолвился, что отвечаетна ее чувства? Наоборот, постоянно подчеркивал, что не верит в брак, не хочетдетей. И вообще, слишком уж они разные. Миллиардер, красавец, покоритель женщин— и она, ничем не примечательная провинциалка и к тому же коп. Самое большее,на что она смеет надеяться, — крепкое дружеское рукопожатие при прощании ивозможность заслужить его прощение хотя бы в отдаленном будущем.

Слоан шагнула вперед, дрожа в нервном ознобе, но исполненнаярешимости. Ной по-прежнему стоял спиной к ней, словно погруженный в тяжкиераздумья: руки в карманах, голова слегка опущена.

— Я пришла попрощаться, — тихо вымолвила Слоан Плечи Ноянапряглись; прошло несколько секунд, прежде чем он медленно обернулся. Лицосовершенно непроницаемое. Господи, только бы знать, что у него на уме — Я прошутолько простить меня, хотя понимаю, как это нелегко.

Слоан осеклась и подняла на Ноя глаза, умолявшие понять иповерить.

— Ты ни в чем не виноват, это я все испортила Сколько размне хотелось выложить тебе всю правду, но Пол боялся, что ты проговоришьсяКартеру.

Пытаясь не показать, что сейчас расплачется, не выдатьлюбовь и печаль, разрывавшие сердце, Слоан прерывисто вздохнула и прошептала:

— Я так или иначе все бы тебе рассказала, потому что вглубине души чувствовала: ты нас не выдашь. Но судьба все решила за меня.Может, это к лучшему. Мы и так зашли слишком далеко. Все равно у нас ничего быне вышло.

— Не вышло? — переспросил Ной, до того безмолвно внимавшийпламенной тираде.

— Разумеется, нет, — убежденно заверила Слоан, обводя рукойэлегантно обставленную каюту. — Ты — это ты, а я… я… это я.

— Это всегда было непреодолимым препятствием между нами. Чтои говорить, серьезная помеха, — торжественно подтвердил он.

Но Слоан до такой степени издергалась, что не распозналаиронии.

— Да, знаю, но даже это не помешало мне безнадежно влюбитьсяв тебя. По уши. Ты не собираешься жениться, а я больше всего на свете хотела быстать твоей женой.

— Ясно.

— Я люблю детей, — вымученно улыбнулась она. Слезы слепилиглаза, все расплывалось радужными пятнами, не давая увидеть лицо Ноя.

Не сводя с нее взгляда, Ной завел руку за спину и откинулпокрывало с кровати.