Жажда - Сандра Браун

– Мне хорошо. Правда хорошо. Я только беспокоюсь о ребенке.

– Я уже тысячу раз говорила тебе, что нет никаких причин для волнений. Через пару недель доктор приедет и осмотрит тебя, чтобы убедиться, что ребенок растет, как положено. Пожалуйста, поверь мне. Я не стала бы тебя обманывать!

Лорен взяла руку Глории:

– Знаю, что не стала бы. Просто я очень боялась за него. – Опустив голову и теребя покрывало, Лорен добавила: – Возможно, ребенок – это все, что у меня осталось.

Джеред вернулся поздно. Отвел Чарджера в конюшню, поручив его заботам Пепе. Потом прошел в барак вакеро, вымылся и переоделся. Он провел в седле целый день и весь пропылился.

Войдя в дом, он мимоходом поздоровался с Руди и Глорией, сидевшими в гостиной в окружении своих детей, и прошел прямо к Лорен.

В комнате царил полумрак, горела только лампа на туалетном столике. Лорен лежала в постели на свежих простынях, постланных Глорией.

Она была причесана, белоснежная ночная рубашка с глубоким круглым вырезом подчеркивала красоту груди. Кожа, чуть припудренная тальком после ванны, матово блестела.

Джеред осторожно закрыл дверь и на цыпочках подошел к постели, боясь разбудить ее, если она спит. Но Лорен не спала, а смотрела на него широко открытыми глазами.

– Здравствуй, Джеред, – тихо сказала она и замолчала.

– Лорен.

Движением бровей он попросил позволения сесть, и Лорен чуть подвинулась, освобождая для него место. Джеред осторожно опустился на край, внимательно вглядываясь в ее прелестное лицо. Лорен никогда не видела такой нежности в его глазах. Даже в минуты страсти он не смотрел на нее с такой любовью.

– Сегодня я ездил на Пекановый ручей и выбрал место для дома. Семья Руди увеличивается так быстро, что скоро они вытеснят нас отсюда. – Он взял ее руку. – Я не уверен, что успею с постройкой до рождения ребенка, но все равно у нашего сына или дочери будет родной дом. У меня уже готов план будущего дома, и я могу начать строительство немедленно.

На ее лице появилось выражение такого удивления, что он поспешно спросил:

– Если ты хочешь посмотреть план места и дома, то вот он.

Она неуверенно пробормотала:

– Да, конечно, но ты действительно хочешь, чтобы я осталась?

– Хочу, чтобы ты осталась? – искренне изумился Джеред. – О чем ты, черт возьми, говоришь?

– Ну, ты никогда… Ведь наше соглашение о браке и…

– Лорен, дорогая, когда я думал, что потеряю тебя, то чуть с ума не сошел. Я никогда не говорил тебе, как люблю тебя. Если бы ты умерла, так и не узнав, что ты для меня значишь… я…

Он беспомощно пожал плечами. Лорен молчала.

Легко проведя пальцем по ее щеке, он добавил с улыбкой:

– Конечно, при этом условии ты не получишь двадцати тысяч долларов. Как ты думаешь, стою я такой жертвы?

– Пока я воздержусь от комментариев. Вероятно, мне потребуется лет сорок или пятьдесят, чтобы узнать это.

Он нежно ущипнул ее за мочку уха:

– Думаю, я полюбил тебя в тот момент, когда ты гордо вышла из дома в своей шикарной амазонке.

Она весело рассмеялась, вспомнив, что за этим последовало.

– Я все время думал о тебе. Не сомневаюсь, если бы мать так поспешно не поженила нас, я все равно женился бы на тебе, чтобы затащить тебя в постель. Все случилось именно так, как хотел Бен. Он хорошо меня знал.

– Но тогда ты любил только мое тело.

– Ну, это было хорошим началом, – сказал Джеред, лукаво блестя глазами, потом наклонился и нежно поцеловал ее в губы.

– Спасибо, что привез мой рояль, – сказала Лорен, проведя пальцем по его бровям.

– Всегда рад служить.

– А как насчет другого подарка для меня?

Он приподнял только что приглаженную бровь:

– Вижу, Глория мастерица хранить секреты.

Лорен рассмеялась.

– Надеюсь, тебе понравится кобыла, которую я купил для тебя. Она цвета меда, с белыми гривой и хвостом, большими карими глазами. Чарджер вне себя от любви к ней. Правда, – хмыкнул Джеред, – если подумать, то я не уверен, что тебе можно доверить еще одну лошадь.

– О Джеред, – огорченно выдохнула Лорен, и он тотчас же пожалел о своих словах.

– Я только подразнил тебя. Право же, эти два несчастных случая не твоя вина. – Он обводил пальцем голубые жилки на ее руке. – Что касается Пламенной, Лорен, я…

– Не надо об этом. – И она закрыла ему рот ладонью. – Теперь я понимаю, что иначе было нельзя.

– В ту ночь, когда я тебя ударил, я чуть не умер. Я…

– Я все это знаю, Джеред.

Они молча смотрели друг на друга мокрыми от слез глазами.

– Ты прекрасна, – прошептал Джеред.

Он осторожно спустил бретельки ее ночной рубашки, обнажив грудь. Он тотчас же заметил, что беременность изменила ее груди, и это привело его в благоговейный восторг. Он обвил руками ее тонкую талию и припал головой к животу. Лорен нежно перебирала пальцами непокорные пряди.

– Мой ребенок! – прошептал Джеред и поцеловал ее в живот с чувством более глубоким, чем страсть.

– Я люблю тебя, Джеред, – прошептала Лорен.

Он поднял на нее глаза и печально улыбнулся:

– Ты сказала мне эти слова еще несколько месяцев назад, а я не услышал их. Но теперь я слышу.

– Тогда иди ко мне.

– Ты уверена? Данкен и Вандайвер там, в пещере…

– Это было совсем другое дело. Я хочу тебя.

Он вскочил и быстро разделся. Оказавшись рядом с ней под одеялом, он притянул ее к себе и страстно поцеловал. Его руки блуждали по ее телу, вновь узнавая его изгибы, нежную кожу, все, о чем он так долго тосковал.

Лорен предостерегающе положила руку ему на грудь:

– Джеред, это не повредит ребенку? Не подождать ли нам…

– Ни в коем случае. Ни в коем случае, – пробормотал он, прижимая ее к подушкам и стараясь поймать ее ускользающие губы.

– Джеред!

Он поднял голову и вздохнул:

– Разве я не говорил тебе прежде, что никогда не причиню тебе вреда? Неужели я стал бы лгать, когда речь идет о ребенке? Моем ребенке?

Лорен шаловливо улыбнулась:

– Прости, но я опасаюсь, что в настоящую минуту твой ум несколько затуманен.

Она обхватила его руками за шею, и их губы слились в поцелуе. Ее пальцы гладили его спину, плечи, а он ласкал ее груди.

– У тебя такой вкус, вкус меда, – прошептал Джеред, проводя языком по ее затвердевшим соскам. – Наш ребенок будет самым толстым в округе – он не сможет оторваться от твоего соска. Я так желал тебя, Лорен. Но ради твоей же безопасности мне приходилось держаться от тебя подальше.