Жажда - Сандра Браун

Но Джеред удивил их всех, приняв скорбное известие с мрачной отрешенностью. Шок, испытанный им при виде Лорен, и опасение за ее жизнь смягчили этот удар.

После скромных похорон Оливии и Карсона в Коронадо доктор Грэм последовал за Джередом в «Кипойнт». Его обеспокоило, что Лорен так долго не приходит в сознание, но он обещал сделать все возможное для спасения ее жизни.

– Она должна прийти в себя сама и в надлежащее время. Я все-таки надеюсь, что с ней все будет в порядке, хотя удар по голове был очень сильный.

Сочтя эти слова достаточным утешением, доктор уехал. Это было пять дней назад.

С тех пор Джеред почти не выходил из комнаты Лорен, метался по ней, как дикий зверь, запертый в клетке, и огрызался на каждого, кто предлагал ему отдохнуть.

Теперь, когда он сидел здесь, пригнув голову к коленям, Глория и Руди испытывали к нему сострадание. Джеред был очень близок к тому, чтобы потерять женщину, которую, как он совсем недавно понял, страстно любил.

Джеред продолжал говорить тихим, усталым голосом:

– Она помнит, как застрелила Курта, и для нее это ужасное воспоминание. Она чувствует себя страшно виноватой.

Он не смел поднять на них глаза.

– Лорен сказала, что он ничего… не сделал с ней… только прикасался. А Данкен… Боже! Сможет ли она до конца оправиться?

Джеред откинул голову назад и стиснул обнаженные в оскале зубы, терзаемый осознанием своей вины перед ней.

– Ты сказал ей об Оливии и Карсоне? – спросила Глория.

Джеред устало вздохнул:

– Да, я не хотел посвящать ее в детали, но она заставила меня…

Его все еще удивляло, что, несмотря на собственные страдания, Лорен всем сердцем сострадала его горю. Бледными тонкими пальчиками она прикоснулась к его губам, когда он начал описывать жуткую картину, увиденную Розой в кабинете.

– И знаете, что она сказала? Она сказала, что мать следовало бы пожалеть. Как она может быть такой великодушной после всего, что та говорила ей и что сделала? – Джеред покачал головой и глухо добавил: – Она сказала, что мать любила меня единственно доступным ей образом и что не в ее натуре было любить жертвенной любовью.

Глория была тронута попыткой Джереда поверить в это.

– Возможно, Лорен и права, Джеред, – сказала она.

– Возможно.

Он выпрямился и прочистил горло, стараясь скрыть обуревавшие его противоречивые чувства.

– Лорен была потрясена известием о бегстве Паркера из Остина, когда он узнал о смерти Курта. Тогда я объяснил ей, что он обделывал свои дела через знакомых чиновников из железнодорожного ведомства – ну, взятки и тому подобное. Она и не подозревала, что все эти три месяца я выслеживал Вандайвера и его доверенных лиц и старался в обход них добраться до руководства управления трансравнинных железных дорог и что мне удалось с ним договориться. Вандайвер успел только пересечь границу штата Оклахома, как его схватили. Но мои дела с ним еще не закончены.

– А что же железная дорога? – спросила Глория.

– О, она у нас будет. – Он улыбнулся. – Я сказал Лорен, что банк субсидирует Кендрика и поможет ему расширить свою электростанцию и радиус ее действия, не ставя под угрозу водоснабжение некоторых территорий. Я даже обещал внести кое-какие новшества в жизнь Пуэбло. Я чувствую себя Армией спасения, – рассмеялся Джеред.

– Ну и осел же ты, Джеред! Почему ты сразу не объяснил Лорен, что не состоишь в союзе с Вандайверами? Почему ты позволил ей думать, что вы заодно?

Руди был искренне возмущен поступком брата.

– Потому что наша с Лорен близость сразу бы насторожила мать и Вандайверов. После того как я… – Он покраснел, что случалось с ним не часто, – полюбил Лорен, мне пришлось отвернуться от нее. Иначе они поняли бы, что я не на их стороне. Лорен услышала наш с тобой разговор на крыльце в ту ночь и подумала, что речь идет о нападении на Пуэбло.

– Ей и в голову не могло прийти, что ты собирался собрать целую армию вакеро и фермеров и штурмовать офис Вандайверов в Остине. Слава богу, что я отговорил тебя!

– Лорен думала, что я встречаюсь по ночам с головорезами Вандайверов, а не с людьми, которых наняли мы, чтобы устроить им засаду в Пуэбло. – Джеред чуть заметно улыбнулся. – Она даже заставила бедного Пепе закопать ящики с боеприпасами, думая, что они предназначены для наемников. Как только она ушла в дом, ему пришлось откапывать их снова.

Он помолчал, глядя в пол, потом поднял глаза на Руди и Глорию.

– Я надеюсь, что нам с Лорен удастся наладить отношения после всего случившегося.

– Лорен сильная, Джеред. Она доказала это уже тем, что столько времени выносила тебя и твое поведение, – заметила Глория, обнимая деверя. – А теперь иди отдохни и, пожалуйста, прими ванну. Я тебя разбужу.

Джеред посмотрел на нее, потом на брата, сидевшего на постели, опираясь спиной о подушку, и улыбнулся счастливой улыбкой:

– Руди знает о ребенке?

Брат подмигнул ему и улыбнулся в ответ.

– Да, я ему сказала, – ответила Глория и подтолкнула Джереда в спину, выпроваживая из комнаты.

Глория сдержала слово и разбудила Джереда, после того как позаботилась о Лорен. Но к тому времени, когда Джеред оделся и пришел в спальню, Лорен снова уснула. У него не хватило духу разбудить ее, и он тихо сидел в кресле возле постели и смотрел на спящую жену.

На следующее утро Лорен проснулась, чувствуя себя гораздо лучше. Голова больше не кружилась и почти не болела. Она ощущала прилив сил и ела с аппетитом.

– Ну, это неудивительно, – заметила Глория, когда Лорен об этом сказала. – Ты почти неделю жила на чуть подслащенном чае.

Руди зашел навестить ее. Лорен была так счастлива его видеть, что чуть не заплакала. Руди лишь упомянул о своей ране, чтобы не возвращать ее к воспоминаниям об ужасах, пережитых в пещере Безумного Джека.

Лорен ждала Джереда, но он так и не пришел. Гордость не позволяла ей спросить о нем. Кроме того, ей уже следовало бы привыкнуть к тому, что он всегда покидал ее.

Глория пришла в ярость, узнав, что деверь отправился рано утром на верховую прогулку. Она старалась не замечать тревоги в глазах Лорен.

Лорен дремала, когда в тишине дома раздались чистые, ясные звуки рояля, и не важно, что дети не в лад били по клавишам.

– Мой рояль! – закричала она.

– Да, – сказала Глория. – Джеред перевез его сюда. Он на время закрыл дом в Коронадо, зная, что ты хотела бы этого. Роза теперь живет с Еленой, помогает ухаживать за Джеком. Конюшнями сейчас ведает Пепе. У Джереда есть еще сюрприз для тебя, но пусть он сам о нем скажет.

Лорен закрыла глаза, и Глория тихо спросила:

– А как ты чувствуешь себя на самом деле?