Закон притяжения. Его студентка - Людмила Сладкова

«Я никого там не знаю! Там полный дом незнакомых мне состоятельных людей! Но… так, хватит! Я — умница. Я — красавица. Мне все по плечу!»

— Уж кто-кто, а ты справишься! — словно прочитав ее мысли, произнес Макаров. — Просто улыбайся и ничего не бойся. А я буду рядом. Хорошо?

На том они и порешали. А через пару минут, крепко держась за руки, вошли внутрь. Набрав воздуха в грудь, Лена мертвой хваткой вцепилась в локоть преподавателя. Волнение никуда не делось, но она прилагала максимум усилий, чтобы хотя бы внешне казаться спокойной, собранной и равнодушной ко всему происходящему. Вскоре даже притворятся не пришлось.

Окинув скучающим взглядом присутствующих, и убедившись, что никому ни до кого нет дела, Белова окончательно расслабилась. Почувствовав это, Макаров одобрительно кивнул и сдержанно улыбнулся. Явно хотел что-то сказать, но не успел. К ним подошел хозяин дома со своей супругой — представительный статный мужчина среднего роста, в компании эффектной женщины-брюнетки типичной восточной наружности.

— Чтоб мне сдохнуть, Витя! — добродушно загоготал здоровяк, раскрывая объятия. — Хорошо, что пришел! Ты в числе немногих, кого я действительно рад видеть!

— Тоха! — Виктор искренне улыбнулся. — С юбилеем, старик! Как поживаешь?

Мужчины обменялись рукопожатием и крепкими объятиями.

— Добро пожаловать! — не осталась в стороне и хозяйка дома. — Правда мы думали, ты будешь один, но… хотя бы представь нас своей спутнице!

Его не пришлось просить дважды.

— Антон! Азалия! Лена!

Не спуская с Беловой любопытного взгляда, женщина уточнила:

— Лена твоя… девушка?

— А что тебя смущает? — парировал Макаров.

— Нет-нет! Ничего. Красотка невероятная! Просто… такая юная…

Лена напряглась. Необъяснимая тревога занозой засела в груди.

— Заля, прекращай! — беззлобно одернул ее супруг. — Любви все возрасты покорны! Ладно, ребята. Нам пора. Сами понимаете, гостей много. Нужно уделить внимание всем. А вы чувствуйте себя, как дома. Развлекайтесь. Позже поболтаем!

Лишь когда они удалились, девушка смогла вздохнуть спокойно.

Только тогда и поняла, что почти не дышала все это время.

— Они считают меня…

— Нет! — строго. — Не думай об этом. Идем!

Мужчина повел ее дальше. В самую гущу людей.

Большинство присутствующий скучковались небольшими группками по пять-семь человек и о чем-то оживленно беседовали, периодически подзывая к себе снующих туда-сюда официантов, разносящих выпивку, закуски и прочие угощения. Заприметив одного из них, Виктор поинтересовался:

— Я сегодня трезвенник. За рулем. А ты… выпьешь чего-нибудь?

Она отрицательно покачала головой.

— Нет, спасибо!

— Расстроилась?

— Немного…

— Тебе нужно расслабиться. Потанцуй со мной.

Не дожидаясь ответа, Макаров увлек девушку в ту часть помещения, где непринужденно двигались другие парочки, и закружил в медленном танце.

— Этот банкет очень важен для тебя, да? — тихо уточнила Лена. — Ты говорил, что хочешь встретиться здесь с кем-то из своих партнеров. Что за партнеры?

— Скажем так: на тот момент, когда приглашал тебя сюда, я действительно хотел сотрудничать кое с кем из них. Теперь передумал. Все просчитал и понял, что обойдусь собственными силами. Так что наше присутствие здесь носит чисто развлекательный характер!

«Ага! Хорошенькое развлечение! Ничего не скажешь!»

Белова проникновенно заглянула в его каре-зеленые глаза.

— Если увезешь меня отсюда, развлеку гораздо лучше!

— Уже мечтаешь сбежать?

— Мечтаю станцевать для тебя, в чем мать родила!

Виктор плотоядно оскалился:

— Ах ты, чертовка! И возразить-то нечего! Весомый аргуме…

Он замолчал резко. На середине фразы. И помрачнел в одну секунду.

Недоуменно нахмурился. Его брови сошлись на переносице.

На лбу залегла глубокая морщинка.

Выцепив кого-то взглядом из толпы (яростным и взбешенным до крайности), преподаватель стиснул зубы. Сильно. До противного скрежета.

Скрежета, от которого по спине у Лены промчался холодок.

— Вик?

Но мужчина ее уже не слышал. Схватив за руку, поволок куда-то за собой.

Вскоре они остановились у небольшой кучки мирно беседующих дам.

Одну из них, стоящую к ним спиной, он грубо схватил за локоть и развернул к себе лицом. Остальным, заохавшим в изумлении, коротко бросил:

— Разбежались!

Секунда, и всех лишних людей, точно ветром сдуло.

Миниатюрная шатенка (элегантная, лощеная, будто бы сбежавшая с обложки глянцевого журнала) надменно вскинула подбородок и гневно зашипела, избавляясь от хватки Виктора:

— Полегче, Макаров! Ты что творишь-то? Совсем одичал?

— Святую невинность из себя не строй! Ты что здесь забыла?

— Нет! Мне это нравится! Антон, конечно, твой приятель. Но Азалия — все еще моя подруга! И вообще, разве я обязана перед тобой…

Женщина умолкла на полуслове, как только заметила Лену.

Скользя по ней цепким внимательным взглядом, она ехидно произнесла:

— Оу! Какая миленькая! Твоя?

— Моя!

— Да, Макаров! Ты меня удивляешь! Ей восемнадцать-то хоть есть?

Девушка взбесилась просто по щелчку пальцев.

Виктор собирался что-то ответить, но Белова его опередила.

Лучезарно улыбаясь, ядовито пропела:

— А это не важно! Главное, что… не тридцать!

Женщина отшатнулась, явно удивленная ее дерзостью.

Захлебываясь собственным возмущением, она фыркнула:

— Хамка!

Лена скучающе зевнула:

— С языка сняла!

— Ах ты…

— Уймись! — тихо велел ей Макаров. — Я повторяю свой вопрос: какого черта ты здесь делаешь?

— Наши общие друзья пригласили меня на торжество так же, как и тебя!

— Ты прилетела одна?

— А вот это уже точно не твое…

Мужчина припечатал незнакомку таким осатаневшим взглядом, что дурно стало даже Беловой. Секунду спустя, он процедил сквозь стиснутые зубы:

— Ксеня, если ты додумалась оставить моего сына одного в чужой стране, с чужими людьми, я придушу тебя собственными руками! Прямо здесь!

Лена почувствовала себя так, будто угодила в прорубь с ледяной водой.