Любовь не по сценарию - Тина Ребер

– Да! Миссис Кристенсен, как я рада вас видеть. – Мы обнялись.

– Я тоже рада, дорогая. Пожалуйста, зови меня Эллен. А это отец Райана, Билл.

Я инстинктивно подала руку, но тот неловко притянул меня к себе и обнял.

– Рад наконец познакомиться, юная леди, – широко ухмыльнулся он.

Отец Райана оказался таким же высоким, как сын, только фунтов на тридцать тяжелее. От отца Райану тоже кое-что досталось. Билл был круглолиц, гладко выбрит и носил очки в широкой прямоугольной оправе. Цвет волос Райан унаследовал от него, хотя у Билла в волосах уже мелькала седина. Мне представилось, что со временем Райан станет похожим на родителя.

– Так вот она – «инфинити», о которой столько толкует мой сын, – сказал с пассажирского места Билл.

Я улыбнулась и погладила пальцем приборную доску.

– Райан любит ее, и мне, честно говоря, нравится, когда он за рулем. Он прекрасный водитель, – с гордостью сказала я.

– У нас дома в гараже стоит машина. Он купил ее на свои первые деньги. Если подумать, он, кроме нее, ничего и не покупал. Я собираюсь ему напомнить, что теперь он может позволить себе собственный гараж. Тогда мне не придется оставлять машину на дорожке у крыльца.

– Не вздумай об этом заговаривать, Билл, – с упреком возразила Эллен. – Так мы хоть иногда можем надеяться, что он заедет домой, хотя бы машину навестить.

– Сын говорил, что ты не смотрела ни одного фильма с ним. Неужели правда? – спросил Билл.

– Правда, сэр, – кивнула я. – И ни разу еще не видела, как он играет. Он пригласил нас на завтра, и я впервые увижу его на съемках.

– Ты, наверно, единственная женщина на земле, не видевшая его на экране, – громко рассмеялась Эллен.

– По правде сказать, я думаю, что это к лучшему, – оправдалась я.

Заиграл рингтон Райана. Я знала: он не успокоится, пока не убедится, что родители благополучно сели ко мне в машину. Я уже научилась предсказывать его поступки.

На набережной я нашла славный ресторан с видом на океан. Родители Райана оказались милыми и дружелюбными. Я ожидала града вопросов, но Райан, видимо, успел им многое рассказать, так что разговор вращался вокруг того, что они уже знали.

Я рассказала, как училась в университете Брауна, о чем тогда мечтала и как переключилась на виноградники и паб. Его родители много расспрашивали о виноградарстве и о подробностях совместного владения. Я рада была выложить все, что знала.

Отец очень интересовался возможностями вложений и инвестиций. Этот разговор занял много времени. Насколько я поняла, Билл беспокоился за деньги Райана и хотел убедиться, что они помещены разумно. Я ответила, что Райан, похоже, намерен расширить поле деятельности, но уточнять не стала. И уж точно не собиралась рассказывать, с какой готовностью он тратится на перестройку моей кухни и паба.

Мне вовсе не хотелось, чтобы его родители решили, будто я охочусь за деньгами их знаменитого сына. Чтобы убедить их в своей самостоятельности, я подчеркивала, как ловко управляюсь со своим бизнесом.

Они рассказывали о детстве Райана, о том, как мальчишкой он любил рисовать дома. Родители не сомневались, что он станет архитектором. Даже ребенком он любил прямые линии. На его картинках и в конструкциях из «Лего» все было симметричным.

Эллен вспоминала, как началась его карьера модели: она в три года повезла сына фотографироваться, и фотограф предложил отвести мальчика в местное агентство. Вскоре Райан замелькал в рекламе детской одежды. Его портреты использовали и крупные магазины. Эллен обещала как-нибудь показать мне те плакаты. Я не сомневалась, что Райану будет ужасно неловко за них.

Уже в старших классах он начал заниматься в драматическом кружке и, по словам матери, держался на сцене естественно. Я слушала ее с удовольствием: она говорила о сыне с такой гордостью.

Еще они много рассказывали о втором сыне Нике, о его жене Джанелл и о том, как они познакомились на работе и сразу потеряли голову. Женаты они были уже три года, и их первой дочери Саре исполнилось десять месяцев. Очень легко было говорить с родителями Райана – так же, как с ним самим при первом знакомстве.

Как и предсказывал Райан, его отец потянулся за счетом, не дав официантке даже положить его на столик. Я протянула руку. Мне действительно хотелось угостить их обедом, но Билл отмахнулся и, бормоча: «Нет-нет-нет», достал бумажник. Я смирилась, чтобы не обижать его.

Я прокатила их по городу и показала два единственных известных мне места, где снимался Райан. Про историю с арестом двух женщин при съемках на пляже я умолчала, решив, что лучше избавить их от лишнего беспокойства.

Провезла я их и мимо своего дома, показала его с улицы, а заодно оценила, сколько вокруг болтается фанаток и папарацци. Свернув в переулок, я увидела фотографов и там. Отец Райана быстро вытащил из багажника вещи.

Я удивилась, обнаружив, что он знаком с маленьким итальянцем-фотографом.

– Джимми? Джимми Поп? Все гоняешься за моим сыном? – спросил Билл.

– О, мистер Кристенсен, ой! – с сильным акцентом воскликнул папарацци, отбрасывая окурок. – Миссис Кристенсен! Вы прекрасно выглядите. О боже, боже, какой прекрасный день! Как поживаете?

– Все хорошо. Приехали повидать сына. Вы ведь не слишком его донимаете, ребята? – поддразнил мистер Кристенсен.

– О нет, нет. Но поймите, это работа. Лучше бы ваш мальчик трудился в милых теплых городах. В холодную погоду у меня руки мерзнут. О, как больно. – Джим стал растирать скрюченные артритом пальцы.

Пока мы беседовали с Джимом, другой фотограф успел нас заснять. Родители Райана, похоже, не смутились.

– Ваш сын… У него здесь милая девушка. Смотрите, смотрите, какая хорошенькая. Ох, сердце радуется! – Джим постучал себя по груди. – Не такая, как другие. – Он покачал скрюченным пальцем. – Нет, она милая.

– Спасибо, сэр, вы очень любезны, – улыбнулась я.

– Видели? Она зовет меня «сэр». А те все говорили: «Джимми, убирайся!»

Я заметила, что штаны на Джимми были на два размера больше, чем надо бы. Спереди они собирались в складки, стянутые ремнем. Он явно недоедал.

– Джимми, вы есть хотите? У меня осталась половина сэндвича, я ее не трогала. Хотите? – Я протянула ему пенопластовую коробку.

– Вы мне даете поесть? – Он заглянул под крышку, где лежала не тронутая мной половина куриного бедрышка и запечатанная упаковка чипсов.

– Перекусите, – кивнула я. – А я пока провожу родителей Райана в дом. Дорога у них была долгой.

– Благослови вас Бог, мисс Тарин, благослови вас Бог!

Я быстро отвела машину на стоянку и заметила у противоположного угла Малберри-стрит старый синий «плимут». Анжелика снова сидела в машине. От одного ее вида, от сознания, что она тратит жизнь на слежку за нами, меня пробрал озноб. Я поспешно вернулась к своей двери, скрывшись от взгляда психопатки.