Легенда о яблоке. Часть 2 - Ана Ховская

Алекс созвонился с Тедом и отправил шифрованное сообщение Майку, пригласив их обоих на морскую прогулку по заливу Тринити. Там, среди шума волн, криков чаек и под полным прикрытием они обсудили вопросы, которые волновали Ахматова: практическая готовность Леди к выполнению задания, ее физический и моральный настрой, качество и исправность спецсредств для связи, инструментов и другое.

– Она хоть видела этот вентиляционный туннель?

– Не беспокойся, это уже отработанный материал,– успокоил Тед, заметив, что Алекс больше волнуется за девушку, чем за саму операцию.– В понедельник мы опробовали «жучка» на приводе. Я заслал его в туннель. Трехмерную модель туннеля Леди и Майк уже изучили. Проблем не будет. Я лично обследовал исходный пункт движения в женском туалете. Решетка находится над одной из кабинок, видеокамера не захватывает этот квадрат. Винты и защелки на решетке я проверил, слегка ослабил. Леди легко ее откроет. По инженерным картам такая же решетка стоит и в помещении третьего терминала.

– Вчера София без проблем прошла весь путь на учебной конструкции,– довольно отметил Майк.

– Без проблем?– повторил Алекс.

– Это и семилетний ребенок сможет сделать,– уверенно рассудил Майк.– А камеру я научил ее отключать. Она талант!

Ахматов мрачно перевел глаза на волны, бьющиеся о борт небольшого судна, помолчал несколько минут, а затем произнес:

– Майк, возьмешь спецфургон и будешь следить за ходом операции с подземной парковки агентства…

– Но я не собирался выходить из квартиры,– недоуменно возразил тот.

– Не обсуждается. В фургоне есть все необходимое оборудование для работы. Станешь в указанное место. И не перепутай каналы связи, чтобы Мэдисон не услышала в эфире меня.

– Разве я когда-нибудь подводил?– оскорбился Майк.

– Алекс, ты перегибаешь палку,– заметил Тед.

Ахматов согласно кивнул.

– Да знаю… Не принимайте близко… Есть сигареты?

Майк и Тед вопросительно переглянулись.

– Ты же не куришь?!– одновременно выговорили они.

Алекс нахмурился и замер.

– Майк, сигареты есть?– спросил Тед, чувствуя, что сейчас Ахматову необходима разрядка.

– Что, сходить выпросить у кого?

– Сходи, сходи…

Как только Келтон отошел, Тед серьезным тоном сказал:

– Ты меня извини, я не слепой и не глухой, но ты перестал контролировать эмоции.

Алекс напряженно пропустил сквозь пальцы волосы на висках и, замкнув пальцы на затылке, постепенно переменился в лице, став невозмутимым и отстраненным.

– Так лучше,– отметил Тед.– А чтобы ты успокоил душу, скажу, что София – еще та штучка. Она выдвинула идею, проработала ее вместе с группой и без малейших сомнений и паники прошла путь от начала до конца. Она бесстрашная и сообразительная. Да и мы не промах: постарались предусмотреть все…

– Учебная модель и реальность – разные вещи.

– Ты что, не знаешь нашу подготовку?

Ахматов вздохнул, опустил глаза и тихо спросил:

– Ты видел ее сегодня?

– Она в порядке,– заверил Тед и чтобы подбодрить друга, добавил:– И, по-моему, тоже очень скучает.

Алекс выпрямился, бодро выдохнул и с улыбкой произнес:

– Вот и славно!

Затем он поднялся с кресла, дернул воротничок рубашки и, высоко подняв голову, прогулочным шагом пошел по палубе.

***

Оформление этажа в честь дня рождения директора ФАМО началось в четверг. Сразу после обеда группа затейников поздравительного мероприятия отправилась украшать один из холлов тридцать третьего этажа. Среди них была и София.

Как девушку с приятным звонким голосом ее выбрали представлять свой отдел и сказать поздравительное слово. А поскольку после обеда ей нечем было заняться, она решила помочь украсить холл административного этажа и приемную Леона Фарлонга. Заодно и сориентироваться на месте.

Оформление прошло дружно, быстро, но Софии не хотелось возвращаться на свой этаж, потому что чувствовала, что ей не избежать встречи с Ахматовым, с которым еще в воскресенье она намеревалась откровенно поговорить. Дело было не в том, что она передумала, и не в том, что могла смутиться и сделать что-то не так, а в том, что произошло вечером в понедельник, когда неожиданно по дороге домой Софию окликнул Кроу и предложил подвезти.

Брэд был приветлив, как всегда, заботлив, но то, что он сказал, засело в ее голове и пошатнуло уверенность в своем решении. Брат не расспрашивал о работе, не подозревал, в чем она замешана, но между прочими разговорами неожиданно затронул тему ее отношений с Ахматовым.

– Я хочу тебя предупредить, Фисо, что Эл – хороший человек, очень обаятельный мужчина, умеет нравиться женщинам, проникает им в душу, красиво ухаживает, искренен и деликатен… И все же пусть твои глаза и уши удержатся от соблазна. С Элом весело, приятно проводить время. Пока он рядом, женщина чувствует себя богиней, но его романы имеют привычку быстро заканчиваться…

– Зачем ты мне это говоришь?– изумленно и обиженно проговорила София, уставившись на брата широко открытыми глазами.

– Эл может влюбить в себя в три минуты, а ты не тот человек, с которым такие игры проходят бесследно. Я волнуюсь за тебя.

В груди Софии мгновенно похолодело. Не подозревая того, брат словно обескрылил ее. Сердце застучало, как сумасшедшее, так, что пульс ощущался в горле. София не могла принять эти слова. Она противилась им, но они глубоко засели в ней.

– Не волнуйся,– с металлом в голосе отрезала София.– У меня с мужчинами короткий разговор!

Брэд сразу почувствовал перемену в настроении сестры и мягко сказал:

– Я не хотел тебя расстраивать.

– С чего это я расстроюсь?– тут же равнодушно отреагировала она.– Ты плохо меня знаешь.

– Вероятно, да,– согласился Брэд, имея в виду ее молчание о сотрудничестве с АМБ.– Ты все еще не доверяешь мужчинам?

– Почему же – трем мужчинам я готова отдать все, что у меня есть,– натянуто улыбнулась София, благодарно вспоминая крестного и дядю.– Знаю, что они сделают то же самое и для меня.

Брэд грустно улыбнулся, зная, с какой болью сестра говорит об этом.

– Ты совершенно права, дорогая…

После этого разговора София испытывала тяжелое недоумение и путалась в собственных мыслях. Все, что ей сказал брат, было полной противоположностью того, что ощущала она при общении с Алексом, а также того, что услышала от Элен накануне встречи с братом.

Когда София встретилась с Ахматовой на пляже, первое, что она услышала, зарядило ее оптимизмом на целый день и до самого вечера понедельника.

– Какая же ты хорошенькая! Теперь я поняла, почему Эл до сих пор уговаривает меня подарить или продать ему «Ночную фиалку». А я ни в какую!