Любовь с видом на парк - Линда Джонсон

Зато работа радовала: отношения с работодателем оставались никаким, что и было нужно Марине, изначально сильно тревожившейся из-за проведенного вместе вечера. Ее как и раньше не замечали, деньги снова лежали на своем месте, никто ни о чем с ней не заговаривал. И Марина ходила на работу с легким сердцем, каждый раз с удовольствием кладя в коробку из-под печенья недельную сумму, которую потом, в субботу, относила в банк.

Преподаватель эстетики, Арнов Виктор Игоревич, очень любил задавать дополнительные вопросы на зачете. Марина понятия не имела, зачем студентам-филологам в зачетках эстетика, но прилежно зубрила все необходимое, чтобы с легким сердцем сдать зачет и забыть об этом предмете.

— Три вопроса. Какая библиотека. Выкрутишься как-нибудь, — ворчала Света, собирая сумку после пары.

— Не хочу я выкручиваться, — Марина, уже готовая, стояла у двери, ждала сестру. — Скажешь Вовке, что я в библиотеке. Сама доберусь.

В ответ — недовольное фырканье. Впрочем, это Марину не волновало. Три вопроса, полчаса в библиотеке, и домой.

Все оказалось не так просто, и в поисках нужных книг Марина провела не полчаса, а целых два, просидев за учебниками вплоть до закрытия вуза.

Последний автобус, в сторону дома, должен был подойти через десять минут. Марина нервно оглядывалась по сторонам, считала те самые минуты и ждала, когда можно будет наконец — то повернуть ключ в замке входной двери.

Остановившийся рядом с остановкой автомобиль не столько испугал Марину, сколько удивил. «Он что тут делает? — подняла голову заинтересованность, едва Марина увидела водителя. — Его дом в другой стороне».

— Садитесь, — сухо и отрывисто, через открытое стекло, приказал работодатель.

Спорить Марина не решилась и послушно уселась на заднее сидение, выдавив из себя:

— Спасибо, Леонард Михайлович.

В ответ — молчание. Как обычно. Она для него не существовала. Или же была кем-то вроде мухи. Почему — то Марине стало обидно.

Дорога окончилась чересчур быстро. Казалось бы, только что уборщица села в авто на остановке, и вот уже выходит в двух шагах от своего подъезда. Лео не стал дожидаться, пока она зайдет в дом. Несколько дополнительных кругов по городу, и здравствуй, пустая квартира.

Зайдя в ванную, Лео включил самую холодную воду, какая была возможна. Ему необходимо было взбодриться, выгнать из головы дурные мысли, забыть о несбыточных желаниях…

Ночь он спал без снов. Редко когда у него появлялась такая возможность. Обычно по ночам ему снились красавицы с пышными формами. Но не в этот раз.

Выспавшись и приняв утренний душ, Лео оделся в домашний костюм, заварил крепкий черный чай и задумчиво уставился в окно. Ничего интересного там видно не было: обычный жилой район с высоты птичьего полета. Лео горько усмехнулся: там, внизу, живут, по-настоящему живут, а не притворяются живыми, обычные люди. А он тут, как вампир в склепе…

Часы сообщили, что скоро должна прийти уборщица. Лео прикусил губу, обдумывая очередной план, не особо умный с точки зрения здравого смысла. Впрочем, Лео слишком часто прислушивался к нему. А иногда можно было позволить себе и небольшое сумасбродство.

Уборщица открыла дверь секунда в секунду. В довольно скромном длинном ситцевом платье она выглядела, на взгляд Лео, как крестьянка из советских фильмов. Слишком бедный, заношенный, длинный наряд. Слишком невыразительная внешность в нем.

— Мне нужно убрать дачу, за ту же сумму, что и квартиру, — без предисловий заявил Лео, едва входная дверь отрезала их обоих от коридора. — В какой из выходных дней вам будет удобно?

Несколько секунд уборщица молчала. Лео внимательно наблюдал за эмоциями на ее лице. Удивление, нерешительность, жадность. Все ожидаемо.

— В воскресенье, Леонард Михайлович, — наконец-то послышался ответ. — Но мой брат…

— Ваш брат отправится в очередную командировку. Жду вас в воскресенье здесь в это же время, — и Лео, не прощаясь, заковылял к кабинету.

Разговор был окончен.