Тайна в наследство - Джуд Деверо

Бейли взяла сумку и приготовилась уйти, но не удержалась от последнего вопроса.

— Почему вы сначала женились на Вайолет, а потом бросили ее?

— По множеству причин. У меня остались друзья в Калифорнии, один из них жил за городом. Однажды, когда мы встретились, он сказал: «Скажи, Бердж, когда ты с кем-нибудь спал в последний раз?» Я и опомниться не успел, а он уже звонил какой-то проститутке, уверяя, что она — высший класс. Я был не против, пока друг не заявил, что останется и посмотрит, и я сразу уехал. А через две мили от его дома увидел стоящую на обочине девчонку. Ее побитая старая тачка заглохла. Я сразу понял, кто она. Я знал, что когда она доберется туда, куда едет, ничего хорошего ей не светит, мне стало стыдно, и я помог ей починить машину.

Все время, пока я ковырялся в моторе, она притворялась юной и невинной и рассказывала, как у себя на родине пела в церковном хоре.

И хотя я видел, что каждое ее слово — ложь, она мне понравилась. Более того: я понял, что ей нужна моя жизнь. Не я сам, а моя жизнь. И это было странно: не так-то много найдется симпатичных девчонок, готовых выйти замуж за торговца лесом и поселиться в глуши.

Берджесс сделал паузу и улыбнулся.

— Вдобавок мне понравилась мысль привезти в Кэлберн проститутку. Привезти и представить моему старику как сноху. А если у нас с Вайолет появятся дети… — Берджесс слабо улыбнулся. — Словом, перед смертью отца я собирался рассказать ему немало интересного.

— Вы любили ее? — спросила Бейли.

— Точно так же, как она меня. Не поймите превратно: мы с Вайолет нравились и подходили друг другу.

— И все-таки вы инсценировали свою смерть и бросили Вайолет.

— Нет, это вышло само собой. Самолет разбился, я остался цел и невредим, без единой царапины, но когда взглянул на обломки, то подумал, что мог бы порвать с прежней жизнью, с родным городом, родными и знакомыми и стать другим человеком.

— Получилось? — спросила Бейли.

— Нет.

— Из-за того, что случилось 30 августа 1968 года? — спросил Мэтт, и тут все сигнализации взвыли разом. Врачи выставили Бейли и Мэтта из палаты, не дав попрощаться с больным.

— Я догадалась, — объявила Бейли, едва они вышли в вестибюль. — Я знаю, в чем дело. Раз Фрэнк вырос в горной хижине, значит, документ пошел на оклейку стен вместе с другими бумагами и до сих пор находится там.

Мэтт рассмеялся и покачал головой, словно говоря, что уже не знает, что еще предпринять.

— Прошу прощения, — послышался голос за их спинами. — Мистер Мередит просил меня передать вам вот это. — Медсестра протянула им записную книжку.

Бейли взяла старую, потрепанную книжку и вопросительно взглянула на медсестру.

Та беспомощно развела руками:

— Не спрашивайте меня ни о чем, я ничего не знаю. Он просто попросил догнать вас и отдать вам ее.

— Спасибо. — Бейли вышла в дверь, которую придержал перед ней Мэтт.

За дверями дома престарелых она открыла книжку и перелистала несколько страниц. Все адреса и телефоны были флоридскими и, судя по записям, принадлежали в основном деловым знакомым.

— Посмотри на М, — посоветовал Мэтт. — Маккалум.

Бейли пробежала пальцами по буквам на обрезе и подцепила страницу с буквой М. Первым на ней значился телефон Марты Маккалум.

Мэтт вытащил мобильник, не дав Бейли опомниться. Молча, затаив дыхание, она слушала, как Мэтт расспрашивает о Марте Маккалум собеседника, взявшего трубку.

— Она там? Жива? В сознании? Большое вам спасибо, — закончил он и отключился.

— Где она?

— В доме престарелых на окраине Атланты.

Бейли остановилась и стала оглядываться — вместо того чтобы идти туда, где они оставили взятую напрокат машину.

— Что ты делаешь? — спросил Мэтт.

— Ищу ближайшее турагентство.

Он усмехнулся.

— Мы одинаково мыслим. Когда все будет позади, напомни, чтобы я сказал, что люблю тебя.

Бейли направилась к машине под гулкий стук сердца, отдающийся в ушах.

— Хорошо, напомню.