Пламенная нежность - Дженнифер Маккуистон

– Просто хочу тебя поторопить, – созналась Джулиана.

…Нет, ее тело приветствовало неторопливые ласки – по этой части Патрик был совершенно великолепен, – но кровь уже закипала в жилах. Яростное объяснение, приведшее супругов в постель, словно воспламенило все ее существо, и сейчас Джулиане требовалось нечто большее, нежели искусная ласка супруга. Слишком они мешкали на пути к блаженству… Пора было наконец завершить это долгое путешествие.

– Не желаю больше ждать, – шепнула она, готовая умолять, если потребуется.

– Ничего не имею против спешки. – Патрик запустил пальцы в ее роскошные кудри. – Если мы будем спешить вместе.

Прильнув к ее полураскрытым губам обжигающим поцелуем, он вошел в нее. И Джулиана всецело отдалась сладкой муке…

Она прижималась к мужу, жаждала уже знакомого ей ощущения и понимала, что оно вот-вот настанет. На сей раз все было иначе: она уже знала, что пламя, пылающее у нее под кожей, – это всего лишь прелюдия к тому головокружительному, что ожидает в конце. И Патрик поможет ей пройти этот путь, лаская грудь, сладко шепча ее имя…

Джулиана была охвачена чувством, которое он пробудил в ней, и теперь она знала, что имя этому чувству – Любовь. И она отпустила себя на свободу. Отныне Джулиана доверяла супругу и себе самой. Ее тело уже знало, чего ожидать, и томилось по тому ослепительному мгновению, которое должно было вот-вот настать…

– Пожалуйста, – взмолилась Джулиана.

Патрик послушно склонился и прильнул губами к ее соску. Этого оказалось достаточно, чтобы все тело ее содрогнулось в его объятиях, а взгляд заволокло пеленой страсти. Из груди Джулианы вырвался почти звериный крик, но его заглушил протяжный сладкий стон Патрика…

Она возвращалась к реальности блаженно долго. Предметы в комнате мало-помалу обретали четкие очертания. Сперва Джулиана увидела пылающий в камине огонь. Потом пол, где валялись башмаки Патрика, облепленные грязью. Затем промокший насквозь ковер, остывающую ванну… и, наконец, мужа – его всклокоченные каштановые волосы, стройное подтянутое тело и такую самодовольную улыбку…

Впрочем, если у кого и были причины для самодовольства, то это у нее.

Джулиана улыбнулась, все еще пребывая во власти сладкого дурмана:

– Почему ты так… так похотливо ухмыляешься?

Патрик сгреб ее в объятия и провел ладонью по руке, отчего по коже тотчас побежали мурашки.

– Ты потеешь. До сего дня я и не подозревал, что истинные леди потеют…

– Полагаю, что абсолютное большинство леди не потеют никогда, – сказала Джулиана, понимая, что ей стоило бы обидеться. Но разве время сейчас обижаться, если самым горячим ее желанием было повторить то, что произошло несколько минут назад? – Впрочем, они вернее всего и не занимаются любовью.

Прямо над ее ухом прозвучал бархатный смешок:

– Ну и дуры…

Джулиана хотела целую вечность провести вот так – лежа на его груди, влажной от пота, за дверью со сломанным замком, подпертой дубовым стулом. Но рано или поздно придется вернуться к действительности.

– Полагаю, мне нужно принять ванну.

– Но зачем?

– Как зачем? Потому что я вспотела, как ты только что сам весьма любезно отметил.

Приподняв огненные завитки на ее затылке, Патрик поцеловал жену в шею:

– Придется тебе немного подождать с этим. Потому что я еще не закончил.

Прижимаясь к мужу, Джулиана почувствовала, что его тело вновь пробуждается, и закрыла глаза в предвкушении наслаждения.

– Думаю, я могу ненадолго отложить купание, – шепнула Джулиана, а губы Патрика уже вновь умело воспламеняли ее чувства. – Ну… покуда ты не закончишь.

Патрик рассмеялся, и от этого бархатного смеха по телу Джулианы пробежала сладкая дрожь.

– Я никогда не закончу, Джулиана. Так что берегись, любовь моя! Возможно, ты никогда в жизни больше не будешь мыться…