Гостья - Стефани Майер

Иен подтолкнул меня.

— Что мне делать? — выдохнула я. Выступивший на лбу пот неимел никакого отношения к влажной жаре.

— …Дед до ста одного годка дожил, — прохрипел умирающий. —Ни у кого в семье не было рака, даже у двоюродных братьев и сестер. Хотя,кажется, у твоей тети Ре ган был рак кожи?

Он доверчиво взглянул на меня в ожидании ответа. Иен ткнулменя в спину.

— Хм… — промычала я.

— Или это была тетя Билла…

Я в панике метнула взгляд на Иена, но тот лишь пожалплечами.

— Помоги, — одними губами прошептала я.

Он пододвинулся ко мне и перехватил ищущие пальцы Уолтера.

Под побледневшей, прозрачной кожей на тыльной стороне ладониУолтера слабо пульсировали синие жилки. Осторожно, помня о том, что Джеймисказал про хрупкость крошащихся костей, я коснулась его руки: ладонь невесомая,словно кости внутри полые.

— Ах, Глэдис, как же я по тебе соскучился! Тут хорошо, тебепонравится, даже когда меня уже не будет. Столько людей, с которыми можнопоговорить. Ведь ты у меня болтушка… — Голос постепенно стих, сошел на нет, какбудто кто то подкрутил ручку громкости до минимума. Только губы все шевелились,проговаривая слова, обращенные к жене. Рот Уолтера двигался даже после того,как глаза закрылись, а голова скатилась набок.

Иен нашел влажную тряпку и провел ею по блестящему от поталицу.

— Я не сильна в… искусстве обмана, — прошептала я, не сводяглаз с лепечущих губ умирающего. — Не хочу его расстраивать.

— Тебе не нужно ничего говорить, — успокоил меня Иен. — Он вполубреду.

— Я на нее похожа?

— Ни капли, я видел фотографию. Она рыжая и маленькогороста.

— Дай ка сюда…

Иен передал мне тряпку, и я принялась промокать пот с шеиУолтера. Заняв руки, я чуть успокоилась. Уолтер продолжал бубнить. Мнепоказалось, я слышу слова: «Спасибо, Глэдис, так хорошо». Храп дока как тонезаметно прекратился. Внезапно сзади зазвучал знакомый мягкий голос.

— Как он?

— Бредит, — прошептал Иен. — Может, из за бренди, а может,из за боли.

— Из за боли, полагаю. Эх, правой руки не пожалел бы занесколько ампул морфина.

— Может быть, Джаред явит нам еще одно чудо, — прошепталИен.

— Может быть, — вздохнул док.

Я рассеянно обтирала бледное лицо Уолтера, прислушиваясь изовсех сил, но больше они о Джареде не говорили.

«Здесь его нет», — прошептала Мелани. «Ищет лекарство», —согласилась я. «Один», — добавила она.

Я подумала о нашей последней встрече: поцелуй… и как онповерил…

«Наверное, ему нужно побыть одному».

«Надеюсь, он не попытается убедить себя, что ты талантливаяактриса и Ищейка в одном лице…»

«Очень даже может быть…» — Мелани тихонько застонала.

Иен с доком негромко перешептывались на посторонние темы — восновном Иен вводил доктора в курс произошедших в пещерах событий.

— Что у Анни с лицом? — шепнул док, но я прекрасно разобраласлова.

— Все то же самое, — глухо произнес Иен. Док недовольно хмыкнули щелкнул языком.

Иен рассказал ему о сегодняшнем трудном уроке, о вопросахДжефри.

— Вот если бы в Мелани вселили Целителя… — протянул доктор.

Я вздрогнула, но они стояли сзади и вряд ли заметили.

— С Анни нам повезло, — шепнул в мою защиту Иен. — Никтодругой бы не…

— Знаю, — добродушно перебил доктор. — Жаль только, что Аннисовсем не интересовалась медициной.

— Простите, — промямлила я. Бездумно пользуясьпреимуществами прекрасного здоровья, я никогда не интересовалась причинами.

Мне на плечо легла рука.

— Тебе не за что просить прощения, — сказал Иен.

Я оглянулась: Джейми свернулся калачиком на койке, гденедавно дремал док.

— Уже поздно, — отметил док. — Уолтер никуда не денется, а вамнужно поспать.

— Мы вернемся, — пообещал Иен. — Скажи, что вам принести.

Я осторожно отпустила руку Уолтера, погладила ее. Его глазараспахнулись, в них горела тревога.

— Уходишь? — прохрипел он. — Уже, так быстро? Я снова взялаего за руку.

— Нет нет, я тут, с тобой.

Он улыбнулся и закрыл глаза. Хрупкие пальцы с силой сжалимне руку. Иен вздохнул.

— Иди, — обратилась к нему я. — Я тебя отпускаю. Иен огляделпомещение.

— Секундочку! — Он ухватился за ближайшую койку, без трудаприподнял легкую раму и перетащил поближе к постели Уолтера. Стараясь не задетьУолтера, я вытянула руку, показывая, куда ставить. Иен с той же легкостьюподхватил меня и усадил на придвинутую койку. Веки Уолтера не дрогнули. Ятихонько охнула: Иен обращался со мной так по свойски, словно я была человеком.

Иен дернул подбородком в сторону ладони Уолтера, обхватившеймою.

— Заснуть сможешь?

— Да, конечно.

— Тогда сладких снов. — Он наградил меня улыбкой, повернулсяи поднял Джейми с соседней койки.

— Пойдем, — пробормотал Иен, легко, будто младенца, уносямальчика на руках. Тихие шаги растворились в тишине.

Док зевнул, прихватил с собой тусклую лампу и направился ксамодельному столу, сооруженному из деревянных клетей и алюминиевой дверцы. Втемноте лица Уолтера было не разглядеть, словно он уже умер. Я занервничала, ножесткие пальцы по прежнему крепко сжимали мои, и беспокойство улеглось.

Док возился с бумагами на столе, еле слышно напевая себе поднос. Под тихий шелест страниц я задремала.

Утром Уолтер меня узнал.

Иен вернулся за мной — нужно было убрать сухие стебли скукурузного поля. Я пообещала принести завтрак доку и, как ни оттягивала этотмомент, в конце концов аккуратно высвободила онемевшие пальцы из хваткиУолтера. Его глаза распахнулись.

— Анни, — прошептал он.

— Уолтер? — Я точно не знала, как долго он сохранит ясностьсознания и осталась ли у него в памяти прошлая ночь. Его рука хваталась завоздух, поэтому я протянула ему левую ладонь: правая совсем онемела.