Перемены - Даниэла Стил

Когда я приехала, ты продолжал сидеть здесь, ничего неменяя, ожидая, что Анна вернется домой. А теперь ты водворил меня в ее дом. Этонормально, что я должна перевернуть всю свою жизнь с ног на голову, а ты приэтом хочешь, чтобы для вас все оставалось по-прежнему? И догадайся, чтопроисходит? Это не срабатывает.

— Может быть, тебе не нравится наш брак. Мел, а не этотдом?

Она стояла, глядя на него, чувствуя полное крушение надежд иотчаяние.

— Ты готов развестись?

Он тяжело опустился в свое любимое кресло.

— Иногда да. — Он честно посмотрел на нее. —Почему ты хочешь все изменить, Мел? Миссис Хан, дом, почему не оставить все какесть?

— Потому что все здесь изменилось, хочешь ты этопризнавать или нет. Я — не Анна. Я — это я, Мел, и я хочу, чтобы мы жилисобственной жизнью, а не заимствовали у кого-то.

— У нас и так новая жизнь. — Но это прозвучало неслишком убедительно.

— В старом доме. Джесс, Вал и я чувствуем здесь себянезваными гостями.

— Может быть, ты просто ищешь оправдания, чтобывернуться в Нью-Йорк? — У него было жесткое выражение лица, и Мел хотелосьплакать.

— Ты так думаешь?

— Иногда. — Питер был откровенен с ней.

— Тогда позволь мне кое-что объяснить тебе.

У меня здесь контракт. Если мы сегодня расстанемся, мне всеравно придется остаться в Лос-Анджелесе еще на два года, нравится тебе это илинет. Я не могу вернуться в Нью-Йорк.

— И ты ненавидишь меня за это. — Такоеумозаключение он сделал, судя по фактам.

— Я люблю тебя. — Мел подошла и опустилась наколени возле его кресла. — И я хочу, чтобы у нас все получилось, но это неможет произойти само по себе.

Нам обоим надо спокойно воспринимать перемены. — Онапотянулась к Питеру и нежно коснулась его лица.

— Я полагаю.. — У него на глаза сталинаворачиваться слезы, и он отвернулся, но затем снова повернулся к ней:

— Я предполагал, я думал… мы сможем многое сохранить…как было…

— Я знаю. — Она потянулась и поцеловалаего. — И я так люблю тебя, но сейчас происходит так много всего, что уменя голова идет кругом.

— Понимаю. — Они всегда после ссор приходили квзаимопониманию, но уж слишком часто они ссорились в эти дни. — Я долженбыл убедить тебя подписать контракт в Нью-Йорке, Мел. Было нечестно вырыватьтебя оттуда.

— Да, конечно. — Она улыбнулась сквозьслезы. — Но ты ниоткуда не вырывал меня. Я не хотела оставаться вНью-Йорке. Единственное, чего мне хотелось, — это быть здесь с тобой.

— А теперь? — Он, казалось, боится того, что онасейчас скажет.

— Я рада, что мы приехали. А через некоторое время всевстанет на свои места.

Тогда он взял ее за руку и нежно повел к постели, и онизанялись любовью, как прежде, и Мел поняла, что вновь обрела его. Она ни о чемне сожалела, но ее решение тяжело отразилось на всех. Она всей душой надеялась,что они переживут трудные времена, а при поддержке Питера Мел знала, что так ибудет.

Единственной неприятностью, от которой он, казалось, не могее защитить, была ее работа, и как-то вечером в феврале он заметил, что оначуть не плача вернулась домой.

— О боже, если бы ты только знал, насколько упрям этотчеловек! — Поль Стивенс доводил ее до бешенства. — В один изближайших вечеров я, наверное, убью его прямо на сцене, когда мы будем в эфире.

— Вот это будет новость! — Он с сочувствиемпосмотрел на нее. У него на работе наконец-то наступило некоторое затишье — Уменя есть идея.

— Нанять убийцу. Это единственное, что мне хотелось быуслышать.

— Лучше.

— Утопить.

Питер засмеялся:

— Давайте в эти выходные поедем кататься на лыжах. Это всемпойдет на пользу. Я не дежурю и слышал, что выпал чудесный снег.

Мел не обрадовало это предложение. Представив, что опятьнадо собирать вещи, она сникла.

— Что ты думаешь по этому поводу?

— Не знаю. — Ей не хотелось портить хорошеенастроение Питера Мел улыбнулась ему, и он обнял ее. — Хорошо. — Покрайней мере, они отвлекутся от домашних проблем.

— Договорились?

— Да, доктор. — Она усмехнулась и пошла сказатьдетям, но застала Вал в постели с таким видом, как будто у нее сильный грипп.Она была смертельно бледной, в полусонном состоянии, а когда Мел дотронулась доее лба, он был очень горячим. Марк с тревогой на лице сидел возле ее постелиВсе выглядело так, как во время гриппа, которым она часто болела в Нью-ЙоркеОна не отличалась крепким здоровьем, как ее сестра.

— У меня хорошие новости, — сказала она Марку идвойняшкам. — Питер повезет нас кататься на лыжах в эти выходные.

Они все обрадовались, хотя их реакция скорее напоминалапокорность Казалось, Марк очень беспокоился за Вал, а Джессика с сомнениемпосмотрела на сестру.

— Это чудесно. — Вал заговорила первой, но оченьслабым голосом.

— С тобой все в порядке, милая? — Она присела накровать Вал, и девочка поморщилась от боли.

— У меня просто грипп.

Мел кивнула, но беспокойство за Вал не проходило.

— Ты поправишься к выходным?

— Конечно.

Затем Мел спустилась вниз, чтобы сообщить новость Пам иМэту, а потом вернулась к Вал с несколькими таблетками аспирина и соком.

— Все довольны? — поинтересовался Питер, когда онанаконец появилась в их комнате.

— Думаю, да. Но Вал заболела.

— Что с ней? — озабоченно спросил он. — Мнеподняться посмотреть?

Мел улыбнулась, она хорошо знала свою дочь.

— Ты только смутишь ее. У нее обычный грипп.

Он кивнул:

— В таком случае она поправится к концу недели.

— Но все же мне надо, по твоему совету, сводить ее кврачу. — Однако всякий раз, когда она предлагала Вал показаться врачу, таначинала плакать и уверяла, что с ней все в порядке. И когда они в конце неделилетели в Рино, Вал по-прежнему выглядела бледной, но все остальные симптомыисчезли, а у Мел к тому времени появились другие заботы. Вечером накануне ихотъезда в Рино Поль Стивенс устроил самую грандиозную сцену перед выходом вэфир. Для нее хождение на работу становилось настоящей пыткой, и она с ужасомждала следующего дня, но твердо решила выстоять, невзирая ни на что. Выходныестали для нее божественным избавлением от тревог, особенно эта поездка вСкво-Вэлли.

В аэропорту Рино Питер взял напрокат автофургон, и онизалезли в него в приподнятом настроении, распевая песни, помогая друг другувтащить лыжи и сумки. Перед тем как сесть за руль, Питер поцеловал Мел, а детивысунулись из окон и поощряли их громкими возгласами. Казалось, даже у Памулучшилось настроение, а у Вал на щеках появился легкий румянец, когда они направилисьв Скво-Вэлли. Мел радовалась, что они выбрались в горы. Им всем полезно навремя оставить Лос-Анджелес и дом, превратившийся в источник раздора между нейи Питером.