Герой (не) её романа - Елена Соловьева

— Мы в ответе за тех, кого приручили, — усмехнулся Роман. — В моем случае, подобрали.

Улучив свободную минуту, он отправился искать для Поли место. Слишком хорошо понимал, что не может держать девочку у себя в квартире. Непременно пойдут слухи и поспешные выводы. Ему-то, командиру части, ничего не выскажут.

С Полей сложнее. После пребывания в квартире командира части навряд ли найдется желающий завязать с ней серьезные отношения. Да и малочисленное женское население части внесет свою лепту. Там, где больше одной особи прекрасного пола, сплетни распространяются быстрее вируса.

— Не могли бы вы приютить на время Полину у себя? — с этим вопросом Роман обратился ко всем женщинам воинской части.

Но никто не собирался соглашаться. Одно дело — осуждать и обсуждать, другое — оказать посильную помощь. Бухгалтер сослалась на сиамскую кошку, которая бросается на посторонних. Сима, одна из поваров намекнула на любовника, который является каждую ночь и не потерпит посторонней.

— Еще уведет у меня кавалера, — пожаловалась женщина. — Эти молодые все под одно: шустрые и беспринципные.

Второй повар, Фая, вообще сказала, что сильно храпит, курит дома и вообще не испытывает любви к посторонним. Особенно девушкам.

— Ясно, — вздохнул Роман. — Приказать я вам, конечно, не могу, хотя и надеялся на вашу сознательность…

— Вот еще!.. — взвилась Марина, медсестричка. — С чего бы мне делить однушку с этой девкой? Вы, Роман Николаевич, конечно, добрый и отзывчивый, но не перебор ли это? Разве можно привечать эту девчонку? Чай не котенок бездомный…

Марина томно посмотрела на командира и пару раз взмахнула бесцветными ресницами. Вот если бы ее Роман так отличил, если б для нее жилье поискал. Медсестра бы не отказалась пожить с командиром в одной квартире, даже сочла бы за честь. А там и до свадьбы недалеко…

А тут какая-то замарашка явилась. Будто без нее у Марины были шансы охомутать командира части.

— То есть котенка было бы жалко? — уточнил Роман. Недобро прищурился и добавил: — А человека — нет?

Маринка покраснела, прижала ладони к пылающему лицу и пробубнила:

— Жалко было б, если это ребенок был. А этот ведь взрослая девушка. Сами подумайте, Роман Николаевич, зачем она нам тут? И не умеет наверняка ничего толком. Пусть себе идет, откуда пришла…

Роман покачал головой и отвел взгляд от Марины. Слушать ее бредни хотелось меньше всего.

— Там, откуда Полина пришла, ее уже не ждут, — поделился он информацией. Подошел к двери лазарета, обернулся и все же спросил: — Тебе помощница, часом, не нужна?

— Ни в коем разе! — взбрыкнула Марина. Поспешно зажала рот ладонью — все же командир, нельзя ему так открыто возражать. После двух коротких вздохов добавила: — Что ей тут делать-то? Зеленкой ссадины солдатам мазать? На что еще она способна? Ни капельницу поставить, ни рану как следует обработать.

— Я тебя понял, — сдался Роман.

Круто развернулся и вышел. Оставлять Полю при Марине было бы верхом сумасшествия. Съест девчонку и косточками не подавится.

Проблемой Роман поделился с Петровым. Заместитель по материально-техническому обеспечению предложил решение:

— Так пристроим ее в буфет, мне как раз там работница нужна. Матрена к сыну собирается уезжать в Москву, вот и будет замена. Полина девушка миловидная, солдаты не столько за пирожками, сколько на нее смотреть будут приходить. Лишь бы честной оказалась, не подворовывала. Да медкнижку нужно сделать, на случай проверки.

— Ей через месяц восемнадцать будет, сможем устроить официально, — поддержал затею Роман. — Тогда и медкомиссию в городе пройдет.

Петров был готов принять на работу кого угодно, хоть черта лысого, лишь бы исправить о себе мнение командира. После истории с полосой препятствий майор боялся впасть в немилость.

— А с жильем что? — поинтересовался Роман.

Петров сжал кулаки и нервно покусал нижнюю губу.

— С жильем сложнее, — признался и слегка поморщился. — На обустройство еще одной квартиры уйдет время и средства, которых у нас нет. Вы же знаете, нам временно приостановили финансирование. Может, девчонку пока в деревню отправим?

— В одну из покосившихся избушек? — ужаснулся Роман. — Туда даже транспорт не ходит. Польке пешком с километр идти? Нет уж, что случится, а я потом отвечай? Пусть рядом будет, под присмотром. Сможет работать, отделаем квартиру. А пока маму к себе приглашу, она давно порывалась посмотреть, как живу.

— Так у нее же суставы, вроде, больные? — припомнил Петров давний разговор. — Вот Поля за ней и присмотрит, по хозяйству поможет.

— Может быть, может быть… — задумался Роман. — Хотя, я бы предпочел побыстрее оборудовать одну из квартир. Они ведь предполагались для офицеров и работников части? Вот следующую для буфетчицы и сделаем.

О том, что с Антониной Львовной, его мамой, ужиться сложнее, чем с Маринкой, Роман не сказал. Даже сам он побаивался этой суровой, острой на язык женщины. И все же понадеялся на ее рассудительность. Лучше пусть мама пилит его, чем женщины части ополчатся на Полину.

— Как скажете, — пожал плечами Петров. — Для буфетчицы, так для буфетчицы. С материалами попробую что-нибудь придумать.

Договорившись с замом, Роман направился домой. Прихватил из столовой обед на две персоны, купил в буфете конфет. Заодно предупредил Матрену, что скоро к ней приставит помощницу и будущую замену.

Поля успела прибраться в квартире, помыть после завтрака посуду и испечь кексы. Прихода Романа она не ждала, хотя и надеялась.

— У тебя кексы, у меня конфеты, — похвастал Роман. — Накрывай на стол. Надеюсь, «птичье молоко» ты любишь?

Полина едва не расплакалась от одного, казалось бы, простенького замечания. Не привыкла, чтобы кто-то учитывал ее мнение, дарил подарки и спрашивал о вкусах.

Если бы получала больше внимания в семье, быть может, и не купилась на слащавые речи Дениса. Рассмотрела за хорошенькой мордашкой предателя. А теперь… На память об ошибке осталось то, что скоро не спрячешь под олимпийкой.

— Очень люблю, — призналась Полина, избегая смотреть в глаза Романа. Они притягивали ее, манили, точно два бездонных омута. — Только… вам не стоит обо мне так заботиться, я того не заслуживаю.

Роман легонько приподнял ее подбородок, вгляделся в опечаленное личико и попросил:

— Позволь мне самому делать выводы. В людях я ценю прежде всего преданность и честность. И у тебя эти качества определенно есть.

Поле стало совсем не по себе. Ведь она обманывает. Обманывает человека, который проявил к ней столько внимания, дал столько добра.

— С завтрашнего утра приступаешь к работе, — сообщил Роман во время обеда. — Будешь помогать в буфете. Пока под присмотром Матрены, после сама.