Мое прекрасное забвение - Джейми Макгвайр

Эбби за руку тащила меня за собой через казино к лифтам. Я еле передвигал ноги, пытаясь по пути в номер рассмотреть все кругом. Прошло всего несколько месяцев с нашего последнего визита в Вегас, но на этот раз ситуация была не столь напряженной. Мы приехали сюда с более приятной целью. Однако Эбби напустила на себя серьезный вид и шла без остановки: видимо, боялась, как бы я не приземлился за каким-нибудь столиком. Она ненавидела Лас-Вегас, и ясно за что, поэтому я еще больше удивлялся: почему она выбрала именно это место? Но какой смысл возражать, раз она решительно настроена стать моей женой.

– Трэв, – нетерпеливо сказала любимая. – Лифты… вон… там…

Она несколько раз дернула меня за руку, увлекая за собой.

– Голубка, мы же на отдыхе. Придержи коней.

– Нет, вообще-то, мы женимся. У нас на все менее двадцати четырех часов.

Я нажал на кнопку, и мы встали сбоку от толпы. Не стоило удивляться, что столько народу возвращалось по номерам почти на рассвете, но даже такой гуляка-парень из «братства», как я, находился под впечатлением.

– Все еще не могу в это поверить. – Я поднес к губам ее ладонь и поцеловал.

– Ты уже это говорил. – Эбби не сводила глаз с мигающей цифры над дверями лифта. Потом взглянула на меня и слегка улыбнулась. – Малыш, поверь наконец. Мы здесь.

Я вобрал в легкие побольше воздуха, собираясь издать вздох облегчения. Еще никогда в жизни я не был столь расслаблен. В мыслях царил покой. Странное ощущение, учитывая, что мы оставили позади в студенческом городке, но в то же время я обрел новое чувство ответственности. Все это сбивало с толку и приводило в замешательство: сперва – необыкновенная радость, а в следующую секунду – угрызения совести, точно как у преступника.

Двери лифта медленно разъехались, выпуская в коридор толпу народа. Мы с Эбби зашли и втащили нашу небольшую сумку на колесиках. С нами ехала женщина с огромной кошелкой, спортивной сумкой раза в два больше нашей и высоким чемоданом на колесиках, в котором поместились бы двое детей.

– Переезжаете сюда? – спросил я. – Здорово.

Эбби толкнула меня локтем в бок.

Женщина пристально глянула на меня, потом на Эбби.

– Нет, – с французским акцентом отрезала она и отвернулась: наверное, рассердилась, что я обратился к ней.

Мы с Эбби переглянулись, она округлила глаза и выговорила одними губами: «Ого, ну и стерва». Я постарался не засмеяться.

Черт побери, я так обожал эту девушку, что мог угадать ее мысли.

– Тридцать пятый этаж, пожалуйста, – кивнула француженка.

Почти пентхаус. Ну конечно.

Когда двери открылись на двадцать четвертом этаже, мы с Эбби вышли на узорный ковер и стали растерянно оглядываться в поисках своего номера. В конце коридора Эбби вставила карточку-ключ в щель и быстро выдернула.

Дверь щелкнула. Загорелся зеленый огонек. Мы вошли.

Эбби включила свет, сняла через голову сумочку и швырнула на огромную двуспальную кровать. Затем улыбнулась мне:

– А здесь симпатично.

– Наконец-то! – Я выпустил сумку и подхватил Эбби на руки. – Мы здесь. Когда мы ляжем на эту кровать, то будем уже мужем и женой.

Эбби внимательно и слегка задумчиво посмотрела мне в глаза, потом обхватила мою щеку ладонью и слегка улыбнулась:

– Обязательно, все так и будет.

Я даже не мог себе представить, что за мысли таятся на дне этих серых глаз, но задумчивость тут же исчезла.

Эбби встала на цыпочки и поцеловала меня.

– В какое время свадьба?