Вкус счастья - Нора Робертс

«У меня было мое лето, — подумала она. — Никто никогда у меня это не отнимет. Целый сезон у меня была любовь, любовь всей моей жизни. Не каждый может сказать такое.

Я выживу. И даже если мы не можем остаться любовниками, мы останемся семьей, мы с Делом найдем какой-нибудь выход».

Она лежала в темноте, изнывая от душевной боли. Пыталась внушить себе, что со временем станет легче, а потом уткнулась лицом в подушку и поплакала. Она не верила, что эта боль пройдет.

Морской бриз ласково коснулся ее щеки, будто поцеловал. Нежно-нежно. Лорел вздохнула, не желая расставаться со сладким сном, цепляясь за благословенное забытье…

— Просыпайся немедленно.

Лорел распахнула глаза и уставилась на склонившегося над ней Дела.

— Что?

— Просыпайся. Вставай. Идем со мной.

— Что? — Она оттолкнула его, попыталась собраться с мыслями. За окном тускло серебрились предрассветные сумерки. — Что ты придумал? Где ты был? Почему вернулся?

— Вставай.

Лорел попыталась закутаться в простыню. Не получилось. Дел решительно сдернул с нее простыню.

— Ты подвел друзей. Ты уехал…

— Заткнись. Я тебя слушал — теперь ты выслушаешь меня. Пошли.

— Куда?

— На пляж. Надо это закончить.

— Я не пойду с тобой на пляж. Хватит с меня одной сцены.

— Лорел, хватит упрямиться. У тебя есть выбор: пойдешь сама, или, клянусь, я тебя потащу.

— Мне надо одеться.

Он взглянул на ее маечку и шортики.

— Ты прикрыта. Не испытывай мое терпение, Макбейн. Я не спал и слишком долго был за рулем. Мне не до споров.

— Ему, видите ли, не до споров. Что-то новенькое, не так ли? — Она вскочила с кровати. — Ладно, пошли на пляж, если тебе это так важно.

Лорел оттолкнула его протянутую руку.

— Я тоже провела не самую свою лучшую ночь и не выпила кофе. Не испытывай мое терпение.

Она гордо вышла на веранду, спустилась по лестнице.

— Успокойся, — посоветовал Дел. — Не с чего злиться.

— Мне лучше знать.

— Как всегда. К счастью, я более уравновешенный.

— Ну конечно. А кто угрожал вытащить меня из постели посреди ночи?

— Почти рассвело. На самом деле отличный выбор времени. Мне нравится. Начало нового дня и все такое. — Он скинул туфли у ступенек, ведущих на пляж. — Мы не далеко ушли с прошлого вечера. Географически. Надеюсь, больше повезет в других областях. Начнем.

Дел развернул ее к себе и жарко, властно поцеловал. Лорел попыталась отпихнуть его, но словно наткнулась на каменную стену, а когда перестала сопротивляться, Дел разжал объятия.

— Не надо, — тихо попросила она.

— Посмотри на меня, выслушай, меня. Лорел, ты должна меня услышать. — Он ласково взял ее за плечи. — Может, ты была права, я не видел, но, черт побери, сейчас я смотрю и вижу. А ты слушай и услышишь.

— Ладно. Хорошо. Какой смысл злиться. Просто…

— Ты ничего не услышишь, если не заткнешься.

— Ну, еще разок прикажи мне заткнуться, — с вызовом предложила она.

Он закрыл ладонью ее рот.

— Я хочу все уладить. Я же родился, чтобы все улаживать. Если ты меня любишь, ты должна с этим смириться. — Он опустил руку. — Если хочешь, можем подраться, я не возражаю.

— Рада за тебя.

— Но я вовсе не хотел обидеть тебя небрежностью или излишней опекой. Наверное, это дар Браунов — пытаться сохранить равновесие.

— Я сама отвечаю…

— За свои чувства, да, да, да. Я не знаю, была ли ты единственной всегда. Я привык думать о тебе иначе, поэтому не знаю.

— Я понимаю, Дел, понимаю. Я…

— Помолчи и послушай. Ты изменила наши отношения. Я не чувствовал приближения изменений. Ты сделала первый шаг, и я не могу сожалеть об этом, потому что чертовски тебе благодарен. Я не знаю, была ли ты единственной всегда, — задумчиво повторил он. — Но я знаю, что ты единственная сейчас, знаю, что ты будешь единственной для меня завтра, и через месяц, и через год. И до конца моей жизни.

— Что?

— Ты слышала. Хочешь проще? Только ты.

Лорел смотрела на него, смотрела на такое знакомое, такое любимое лицо и видела. И в этот момент у нее словно выросли крылья.

— Я любил тебя всю жизнь, и это было легко. Я не знаю наверняка, как давно влюблен в тебя, но знаю, что это не так легко. Зато правильно, реально, и я не хочу легкости. Я хочу тебя.

— Я думаю… — Она улыбнулась. — Я не могу думать.

— Хорошо. Не думай. Просто слушай, слушай и представляй, что я думаю и чувствую. Я считал логичным не спешить, дать нам обоим время приспособиться к тому, что происходит с нами. К тому, что происходит со мной.

Дел взял ее за руку, прижал ее ладонь к своему сердцу.

— Я думал, что тебе нужно время, поэтому — ты права — я не видел. А должен был увидеть. Но и ты не видела. Ты не видела, как сильно я тебя люблю, как хочу тебя, как нуждаюсь в тебе. Я куплю тех двух псов, если захочу завести домашних любимцев, а сестра у меня уже есть. Но о тебе я думаю по-другому и не хочу, чтобы ты считала меня братом. Это нас уравнивает, Лорел.

— Ты веришь в то, что говоришь.

— Как давно ты меня знаешь?

Ее глаза затуманились, но она заморгала, и зрение прояснилось.

— Очень давно.

— Тогда ты знаешь, что я верю.

— Я так сильно тебя люблю. Я уговаривала себя, что переболею тобой, и это была жуткая ложь. Я так и не смогла.

— Я еще не закончил. — Не сводя с нее глаз, Дел сунул руку в карман, вытащил маленькую коробочку, открыл ее. — Мамино кольцо.

— Я знаю. Я… О боже. Дел.

— Я забрал его из банка пару недель назад.

— Пару недель назад, — машинально повторила она.

— После нашей ночи у пруда. Тогда уже все изменилось, но после той ночи… после того дня, когда ты заехала в мой офис, я уже знал, к чему все идет… или хотел этого. Я отдал его ювелиру подогнать под твой размер. Может, это немного самонадеянно, но тебе придется с этим жить.

Лорел вздохнула.

— Дел. Ты не можешь… кольцо твоей мамы. Паркер…

— Я разбудил ее перед тем, как разбудить тебя. Она согласна. Она просила передать, чтобы ты не дурила. Наши родители любили тебя.

Слезы двумя ручьями хлынули из ее глаз.

— Боже, я не хочу плакать. Я не могу не плакать.

— У меня и в мыслях не было предложить его кому-то до тебя. Я хочу, чтобы ты носила его. Я смотался в Гринвич, чтобы привезти его тебе. Подарить его тебе, потому что ты моя единственная. Лорел, выходи за меня замуж.