Потому что люблю - Кэролайн Линден

Тристан положил ее руку на свое мужское орудие, и глаза Джоан расширились еще сильнее.

– Это таким он был на воздушном шаре?

– Ну, не таким неистовым, но готовым подняться в полный рост в любой момент. – Тристан выдохнул и качнул бедрами так, что рука Джоан заскользила по его длине. – Ты ведь знаешь, что в моей ванной комнате он был таким.

Джоан как-то сумела кивнуть. Да, тогда она это чувствовала, хотя и понятия не имела, что он будет выглядеть настолько большим.

Тристан медленно поднял ее юбки.

– А если я займусь с тобой любовью, он войдет сюда. – Он снова прикоснулся к ней и ввел в нее палец так глубоко, как только смог.

Джоан содрогнулась и, сама того не сознавая, шире раздвинула колени и выгнула спину, чтобы опуститься на этот вторгшийся в нее палец. Боже правый, если это так приятно, когда в ней всего лишь один палец, насколько же будет лучше, когда его орудие войдет в нее? В мозгу лихорадочно вертелись все эротические рассказы и стихи, какие она только читала тайком в своей кровати. Рассказы о наслаждении и удовлетворении таком остром, что и мужчина, и женщина едва его выдерживали. Рассказы о мужчинах, которые получали безумное удовольствие, входя в своих любовниц. О женщинах, испытывавших восторг от каждого проникновения, визжавших и чуть ли не умиравших от наслаждения, когда любовники доводили их до оргазма – чего-то настолько изумительного, что даже не существовало прилагательных, чтобы описать его достаточно точно. И до сих пор все вроде бы указывало на то, что эти рассказы были правдивыми. Джоан действительно чувствовала у себя внутри пульсирующую боль. Она хотела, чтобы Тристан занялся с ней любовью и делал это снова и снова, пока она не лишится чувств от наслаждения.

– Да, – выдохнула она. – Покажи мне.

– Боже, дорогая, да!

Он убрал палец и ввел в нее два пальца, надавливая сильнее. Джоан поморщилась, почувствовав какое-то напряжение и легкое жжение, но Тристан снова стал ее гладить, бережно вводя пальцы туда и обратно, эти неудобства постепенно прошли.

– Я хочу облегчить это для тебя, – прошептал он и снова опустил голову к ее груди.

Джоан отдалась в его власть, смакуя каждое прикосновение его губ к своей коже. Она обхватила его голову, удерживая у своей груди, ее бедра покачивались навстречу каждому движению его пальцев.

– Да, вот так, – пробормотал Тристан. – Да, подожди, сейчас…

Он выпрямил спину и рывком потянул ее бедра на себя так, что она соскользнула вниз по диванным подушкам и ее бедра оказались почти за пределами дивана. Тяжело дыша, он встал так, что его мужское орудие оказалось напротив пульсирующего от желания отверстия, в котором только что были его пальцы.

– Двигайся на меня! – прохрипел он.

Она немного выгнула спину, и ее тело под действием собственного веса скользнуло ему навстречу. В тот же самый момент Тристан сделал движение вперед и вошел в нее, глядя ей в глаза, словно желая увидеть в них поощрение. Джоан почувствовала, как что-то внутри нее натягивается.

– Еще, – произнес он тем же низким, хрипловатым тоном.

Джоан двинулась вниз одновременно с тем, как он рванулся вперед. Напряжение у нее внутри усилилось и стало не таким приятным. Она неуверенно посмотрела на него:

– Тристан?

– Я знаю.

Он положил руку на ее живот и большим пальцем раздвинул завитки, прикрывавшие то место, где его тело встретилось с ее телом.

– Позволь мне помочь. Просто сосредоточься на ощущениях…

Он говорил успокаивающе, но в его голосе слышалось внутреннее волнение. Несколько мгновений Джоан лежала неподвижно, сосредоточиваясь на каждом движении его большого пальца, который поглаживал и описывал круги. В ее венах снова стал нарастать жар. Наконец она вздохнула и толкнула бедра вперед – и обнаружила, что все это время Тристан продолжал медленно продвигаться глубже. Казалось, происходящее заворожило Тристана. Его длинные волосы упали на лицо. Он смотрел на место соединения их тел, и Джоан почти физически ощущала жар его взгляда. Она посмотрела туда же. То, что она увидела, ее шокировало и одновременно еще больше возбудило: рука Тристана лежала на бледной коже ее бедра, пальцы раздвигали завитки вокруг ее лона, его плоть постепенно входила в нее дюйм за дюймом.

– Почти… – напряженно прохрипел Тристан.

Его прикосновения стали чуть грубее, Джоан содрогалась и ахала, чувствуя, как через тело проходят новые импульсы возбуждения. Она запрокинула голову и подняла ноги по сторонам от его бедер, он сделал резкое движение вперед и погрузился в нее полностью.

Джоан задрожала, ощущая наполненность и растяжение так остро, что ей казалось, что она рассыплется на кусочки, если кто-то из них шевельнется. По-видимому, Тристан чувствовал нечто подобное, потому что несколько мгновений он не двигался, одной рукой держа ее за бедро, в то время как его другая рука, напряженная, лежала на ее холмике. Он свесил голову, словно ему было трудно дышать.

Наконец он поднял свои горящие глаза, встретился взглядом с Джоан и прошептал:

– Теперь ты моя. Моя прекрасная, великолепная Джоан.

Все еще обнимая ее, он начал двигаться, покачиваясь взад-вперед, двигаясь внутрь и наружу, сначала медленно и осторожно, но затем все более энергично и настойчиво. У Джоан пропало ощущение, что она разорвется на кусочки, теперь она не хотела, чтобы он ее оставлял. Она обхватила бедра Тристана ногами, побуждая войти в нее еще сильнее и глубже. Он дразнил ее пальцами и легко прикусывал грудь зубами, пока она не начала лихорадочно извиваться под ним.

– Тристан! – пробормотала она, тяжело дыша. – Я хочу… мне нужно… – Она чувствовала, что в ней нарастает нечто одновременно пугающее и жизненно необходимое и очень, очень близкое…

– Боже! – выдохнул Тристан.

Он сомкнул губы вокруг ее соска и сильно втянул. Его бедра поднимались и опускались на нее, он наполнял ее своей твердостью, отступал и наполнял снова. Потом захватил пальцами чувствительный бугорок, средоточие ее ощущений, и сжал его так крепко, что Джоан показалось, будто она слепнет, а в следующее мгновение у нее внутри что-то взорвалось и поднимавшееся в ней напряжение разрядилось нарастающими волнами, которые, казалось, прошли по всем мышцам тела. Когда охватившее ее напряжение спало, Тристан подался вперед, прижимая Джоан к себе, и, издав резкий стон, навалился на нее всем весом. Она почувствовала, как его плоть внутри у нее еще больше увеличивается. Через несколько мгновений Джоан, сомкнув вокруг него руки, прошептала:

– Это… был оргазм, да?

Тристан хмыкнул:

– Не просто оргазм. Боже праведный, я думал, что потеряю сознание.

Джоан потянулась в инстинктивном женском удовлетворении. Ей нравилось, как он задержал дыхание и прижал свои бедра к ее, словно ему так же не хотелось отделяться от нее, как ей – от него.