На все времена - Кэтлин Вудивисс

Его план потихоньку приблизиться к замку и попытаться войти через железную дверь был раскрыт. Слишком много врагов гналось за ним, чтобы рискнуть открыть дверь. Но если он сейчас попытается скрыться, подведет Абриэль, а этого допускать нельзя.

Едва он вплотную подъехал к стенам замка, из темноты выбежал мужчина, испугав коня, который встал на дыбы. Рейвен уже валился с коня, когда услышал женский вопль. Тяжело приземлившись на спину, он тут же вскочил. Клеймор был по-прежнему зажат в его руке.

Перед ним стоял Терстан де Марле, тоже держа меч.

– Рейвен Сиберн, ты должен выиграть поединок со мной, чтобы проникнуть в замок. Мы забираем его для короля Стефана.

– Очевидно, моя жена не согласна с тобой по поводу того, кто должен быть хозяином этого замка, – возразил Рейвен, видя, как вокруг собираются солдаты. – Значит, вы нападете вдесятером на одного?

– Нет, на этот раз будем драться только мы с тобой, – заверил Терстан и, повысив голос, крикнул: – Остальным держаться подальше!

– А победив, я получу сомнительную награду в виде удара в спину?

– Нет, мы пропустим тебя в замок. Согласен? Договорились, – бросил Терстан, прежде чем напасть. Но его атака была немедленно парирована ловким ударом меча, оставившего глубокую царапину на его руке. Это мгновенно излечило Терстана от убеждения в том, что он лучше владеет мечом. Вскоре он уже только и мог, что обороняться от неумолимого наступления шотландца. Царапина за царапиной, рана за раной побуждали его отступать в отчаянной попытке избежать жестоких выпадов. Внезапно Рейвен подкинул клеймор и снова поймал рукоять, изумив врага своим искусством. Даже когда Терстан попытался вновь напасть, шотландец парировал его удар с ловкостью, заставившей врага с позором отступить. Пот ручьями лился со лба Терстана. Все, что он мог, – из последних сил отбивать удары, чтобы сохранить жизнь. Но меч в его руке казался простой игрушкой и все же с каждым моментом становился все более тяжелым. Рука Терстана уже едва двигалась. Оставалось удивляться, откуда у шотландца берутся силы и выносливость неутомимо работать куда более увесистым оружием.

Рейвен был почти спокоен, и каждый удар все больше приближал его к цели. Он вдруг ощутил, как острие меча вонзилось в запястье между кольчугой и латной рукавицей, но рана показалась несерьезной. Чуть позднее он получил сильный удар в кольчужную поножь, прикрывшую бедро, и понял, что там останется большой синяк.

В воздухе звенели радостные и разочарованные крики. Солдаты принесли на стены замка новые факелы, и вокруг стало светло как днем. И Рейвен знал, что Абриэль наблюдает за схваткой.

После бесконечных недель утомительных встреч или долгих, тоскливых, опасных поездок по обеим странам он наконец был почти рядом с женой. Нужно заканчивать поединок и спасти Абриэль от этого глупца.

И в следующую секунду удар клеймором сверху вниз отозвался громким мучительным воплем Терстана, который поднял то, что осталось от его левой руки, и со всевозрастающим ужасом уставился на обрубок.

Зная, что скоро умрет, если немедленно не остановить кровь, он, спотыкаясь, поплелся к костру. И вскоре из его груди исторгся еще один крик, от которого кровь стыла в жилах: Терстан, не щадя себя, сунул обрубок в огонь и держал его там, пока рана не почернела. Зато кровь мгновенно остановилась.

Внезапно воцарившаяся тишина казалась неестественной, гробовой, и в этой тишине Рейвен спокойно вытер клеймор о мох и сунул в ножны.

– Поединок закончен, – отчетливо, холодно объявил он. – Больше ты не сможешь держать щит. Я получу свою награду?

Вперед, злобно ощерившись, выскочила Мордея и угрожающе занесла руку, но Терстан успел схватить ее, прежде чем она пробежала мимо.

– Да… ты… победил, – тяжело выдохнул Терстан, хмурясь от щипавшего глаза пота. – Но только в этом поединке. Входи в замок. Посмотрим, сколько он продержится, прежде чем сдаться.

Солдаты, усеявшие стены замка, громко радовались победе Рейвена, но не преминули подготовить стрелы на случай измены, когда мост опустился. Рейвен неожиданно свистнул, и из темноты выехали трое его людей с белым флагом, ведущие в поводу Ксеркса.

Все четверо проскакали по мосту, и его медленно подняли снова.

Только когда Рейвен оказался в безопасности, Абриэль устало обмякла, едва не сползая на пол. Видеть, как он рискует жизнью ради нее и ее семьи, было выше ее сил. На нее нахлынула лавина вопросов; уйдет не менее недели, чтобы ответить на них и понять, что она испытывает к этому человеку. Но одно Абриэль знала точно: если бы для Рейвена имело значение только богатство, в чем она была уверена все это время, он мог бы спокойно переждать осаду в Шотландии. Но он не покинул жену. Нет, он действовал как истинный рыцарь, человек чести.

И Абриэль вдруг страстно захотелось немедленно оказаться рядом с ним. Больше она не может ждать ни минуты!

Вашел обнял Абриэль за плечи и, хотя она уверяла, что вполне здорова, помог спуститься с узкой лестницы.

Рыцари, сервы и обитатели замка высыпали во двор, окружили Рейвена и его людей, забрасывая их вопросами.

Абриэль с трудом пробралась сквозь толпу.

– Довольно! – повелительно вскричала она. Присутствующие мгновенно смолкли, Рейвен устремил на нее горящий взгляд. Она увидела капли крови на кольчуге над нагрудником, грязные мазки на щеках и некую новую суровость в выражении лица. Но все же синие глаза засверкали при виде жены. Абриэль не сразу взяла себя в руки и долго стояла, глядя на него. Наконец, овладев собой, она пробормотала:

– Муженек, тебя нужно перевязать, вымыть и накормить. Все остальное подождет до завтра.

Рейвен, не колеблясь, протолкнулся к ней, взял за руку и повел в спальню. Догадливая Недда успела расстелить постель и нагреть над очагом котел с водой. Даже лохань была поставлена посреди комнаты, и вскоре прибыли слуги с ведрами дымящейся воды. Абриэль видела, какими благодарными взглядами они окидывают Рейвена, и хотя он был шотландцем, все же доказал, что может быть куда лучшим хозяином, чем Десмонд. Очевидно, сервам было все равно, из какой он страны явился. Главное, что он обращался с ними хорошо и справедливо.

Когда они остались одни, Абриэль помогла Рейвену снять кольчугу и кожаную тунику. К ее облегчению, оказалось, что крови почти не было.

Раздевшись догола, он направился к лохани. Абриэль скромно отвела глаза. Рейвен ступил в воду и принялся намыливать тряпочку.

– Хорошенько промой царапины, – велела она, роясь в своих лекарствах. Нужно чем-то занять себя, иначе напряжение между ними станет невыносимым. Они расстались несколько недель назад, и все это время она чувствовала себя крайне неуверенно и беспокоилась за их брак. Теперь же Абриэль была полна энергии и пыталась убедить себя, что это только потому, что он в безопасности и поможет спасти замок.

Она робко оглянулась и ощутила странную нежность при виде того, как неудобно ему в небольшой лохани: плечи высовываются из воды, голова неловко откинута на бортик, словно он почти засыпал от усталости.