На все времена - Кэтлин Вудивисс

Было время, когда она клялась никогда не испытать боли из-за влюбленности в мужа, но теперь… теперь все чаще задавалась вопросом, а есть ли у нее выбор. Или все произойдет, как тогда, когда она вышла за него замуж?

Казалось, не имеет значения, верен ли тот или иной человек Стефану или Мод. Большинство были заняты одним: урвать свое, хитростью или силой, но получить выгоду от бушующих в стране раздоров. Рыцари и люди, которыми когда-то командовал Вашел, вновь собрались на его защиту, разделившись между домами Вашела и Абриэль. Эти рыцари, как и пехотинцы и их семьи, приняли приглашение Вашела поселиться в надежных стенах замка. Многие из обитателей считали, что присутствие столь сильного гарнизона успокоило их страхи, поскольку становилось ясным, что отныне сосед шел войной на соседа, а брат – на брата в этом страшном мире, где разум уступил место жажде крови.

Как-то ночью в замок нагрянули Грейсоны и их верные рыцари, тоже явившиеся искать убежища. Они привезли с собой все ценности, а также сундуки с одеждой и всеми необходимыми вещами. Однако их поспешное бегство не обошлось без приключений: разбойничья стрела пронзила плечо лорда Грейсона, пока тот помогал слугам усаживать свое маленькое семейство в экипаж. Только после того, как с повозок сбросили несколько узлов, алчные негодяи набросились на добычу и принялись из-за нее драться, что позволило беглецам уехать живыми и почти невредимыми.

Гостей впустили в замок, и слуги помогли Реджинальду выйти из экипажа. За ним последовали Корделия и леди Изольда. Абриэль и Элспет, которым сообщили об их приезде, приготовили кровать и расстелили старые, но чистые простыни поверх уже имевшегося белья, когда слуги внесли Реджинальда в комнату. Изольда и Корделия очень переживали из-за раненого, но немного успокоились, стоило Вашелу заверить, что рана вовсе не так тяжела и крепкий организм Реджинальда быстро справится с болезнью. Женщины вернулись в смежную комнату, где собирались остаться, пока стрелу не извлекут. Абриэль послала служанку за вином с пряностями для женщин в надежде, что оно поможет им успокоиться и расслабиться. Но сама она вернулась в спальню. В отличие от Седрика она никогда не производила подобных операций и сейчас собиралась помочь свекру.

Когда пациент выпил несколько кружек крепкого эля, Седрик смог вытащить стрелу и прижечь рану раскаленной кочергой, после чего измученный Реджинальд с благодарностью принял новую кружку с элем. К тому времени как Элспет, Корделия и Изольда появились в спальне, Седрик и Реджинальд уже пересмеивались, словно выслушав забавную историю.

Корделия безотрывно смотрела в ярко-синие глаза немолодого шотландца. Тот подмигнул в ответ и широко улыбнулся, показав белоснежные зубы, отчего девушка густо покраснела.

– Похоже, сегодня специально для меня сошли с неба звезды, чтобы осветить мою унылую жизнь, – пошутил он. – Или я ошибся, и это сияние улыбки миледи, которую я вижу перед собой.

– Скорее всего последнее, сэр, – парировала Корделия, наклонив голову. – Вы спасли жизнь моего отца, и за это я всегда буду вам благодарна. Как быстро и ловко вы сумели вытащить стрелу! И спасибо Абриэль за ее неоценимую помощь!

– Примите и мою смиренную благодарность за ваши щедрые похвалы, миледи, – ответил Седрик, склонив голову.

Абриэль просто стиснула руку подруги, безмерно счастливая тем, что они вместе в столь тяжелые, печальные времена.

– Как ты себя чувствуешь? – озабоченно спросила мужа леди Изольда.

Его милость улыбнулся жене:

– Совершенно разбитым, дорогая, но худшее уже позади. Какая удача, что лорд Седрик оказался в замке и вынул стрелу. Я страдал куда больше в руках целителей, лечивших менее серьезные раны. Да, лэрд весьма полезный человек, ничего не скажешь!

Седрик снова поклонился.

– Оставляю вас в заботливых руках Абриэль. Моя новообретенная дочка – прекрасная целительница. А я должен идти. На ристалище все еще продолжаются тренировки.

– Берегите себя! – крикнула вслед Корделия. – Надеюсь, мы скоро увидимся.

Седрик, оглянувшись, подмигнул молодой красавице:

– Помяните мои слова, миледи, я обязательно вернусь.

Пока Изольда и Элспет хлопотали над дремлющим Реджинальдом, Абриэль оставила их, чтобы растереть травы и сделать мазь. Потом девушки удалились в смежную комнату и долго обнимались, пока наконец Корделия не отступила. Схватив подругу за руки, она долго вглядывалась в ее лицо.

– Ты совсем не изменилась с тех пор, как стала женой Рейвена.

Абриэль вздохнула:

– О, Корделия, без тебя свадьба казалась ненастоящей!

– Зато брачная ночь, думаю, была самой что ни на есть настоящей, – лукаво улыбнулась Корделия.

Абриэль застонала и отвернулась.

– Даже подруги не должны обсуждать столь интимные вещи.

Улыбка на лице Корделии мгновенно растаяла.

– Абриэль! Когда я в последний раз была здесь, ты относилась к Рейвену как к одному из поклонников и даже попросила уехать из замка. А в первом же письме я получаю странное сообщение о твоей свадьбе, причем без всяких подробностей.

– Я хотела, чтобы ты как можно скорее узнала о новостях, но писать подробнее не было времени.

– Он хороший парень, как сказали бы шотландцы. Так почему я вижу тень в твоих глазах, когда ты говоришь о нем? Только не тверди, что ты просто волнуешься за мужа в его отсутствие, потому что я этому не поверю.

Абриэль никогда и ничего не скрывала от подруги, поэтому коротко изложила подробности, с той минуты, когда их застали вместе, до брачной церемонии.

– Полагаю, эта церемония не была радостной, – сухо заметила Корделия. – Но думаю, он куда лучше Десмонда де Марле.

– Но мог бы причинить мне куда больше боли, чем Десмонд, – прошептала Абриэль, обхватить себя руками. – Ты знаешь, что я с самого начала не верила, что он искренне ухаживает за мной. Ему нужно только мое богатство.

– Абриэль, ты прекрасная женщина, на которой любой мужчина был бы рад жениться ради нее самой. Рейвену повезло завоевать тебя, причем не важно, каким способом, и я уверена, он это знает.

– Хотелось бы верить и этому, – откликнулась Абриэль. – Но все слишком сложно. Он шотландец, Корделия. Если между Англией и Шотландией вспыхнет война…

– Он требовал, чтобы ты дала клятву верности его королю?

– Нет… но…

– В таком случае вы сумеете что-нибудь придумать. Пусть сражаются страны, но муж и жена должны жить в мире.

Противоречивые эмоции раздирали сердце Абриэль, болевшее так, что на глазах выступили слезы.

– Если бы все было так просто! Позволь я себе любить его, что будет, если ему придется идти на войну? Как мне это вынести?

– Абриэль, никому не дано предсказывать будущее. Если бы мы поступали так или иначе, руководствуясь тем, что может случиться в будущем, тогда проще прятаться в кроватях и вообще ничего не предпринимать. Ты должна впустить в свое сердце любовь.