О чем молчат женщины - Винтер Трейси

…И вдруг во время беседы с друзьями, среди смеха и болтовни, звона бокалов она ощутила чей-то пристальный взгляд. Арлетт повернула голову, по ее телу пробежала сильная дрожь, сердце почти остановилось, и она негромко вскрикнула, уронив бокал. В просвете толпы, собравшейся в центре зала, она увидела Сергея, сильно постаревшего, и все же Сергея, которого никогда и ни с кем невозможно было спутать. Он стоял у колонны, глядя на Арлетт. Их глаза встретились. Несколько мгновений они заворожено смотрели друг на друга. Но люди передвинулись, и он исчез.

— Что-то случилось, Арлетт? В чем дело?

Она повернулась к друзьям, глаза ничего не видели.

— Нет, нет! Со мной все хорошо, — она едва смогла произнести эту фразу, казалось, каждое слово застревает в горле. — Я заметила знакомого, которого не видела несколько лет. Пожалуйста, извините меня. Я должна поговорить с ним.

— Я пойду с вами, — спутник взял ее за локоть, но Арлетт отдернула руку.

— Нет! Подождите меня здесь, я скоро вернусь.

Мужчина обеспокоенно смотрел, как она перешагнула осколки бокала и стала пробираться сквозь толпу. У колонны никого не было, но Арлетт рванулась вперед и обнаружила Сергея в совершенно безлюдной части зала.

Арлетт быстро подошла. Они долго смотрели друг на друга, и оба не верили тому, что это правда. Чувствуя невероятное облегчение от того, что он жив, Арлетт шагнула вперед и прижалась щекой к его плечу, но почти сразу же отстранилась. Сергей заговорил первым:

— Ты коротко постриглась, Арлетт, — его взгляд скользил по ее изящному телу, наконец, он улыбнулся. — Тебе очень идет эта прическа.

— О Сергей! — ее голос сорвался, слезы катились из глаз. — Мне сказали, что ты… — Арлетт не смогла закончить предложение, но он все понял.

— Некоторые возвратились из царства смерти.

— Я так рада видеть тебя живым и здоровым, — Арлетт изо всех сил пыталась говорить спокойно. — Я не могу выразить… — и снова голос безнадежно прервался, она покачала головой.

— Мне тоже трудно поверить в то, что я вижу тебя. Вы с Янко в гостях у Клода?

— Нет. Янко умер от «испанки».

— Мне очень жаль. Он был хорошим человеком, и какое-то время я даже считал его своим другом. — Сергей немного помолчал, не зная, стоит ли ему продолжать, но затем все-таки сказал: — Наташа, Мария и отец погибли, — на его лице появилось выражение тоски при воспоминании о том, как ему, полуживому, удалось добраться до дома в надежде спасти женщин и отца от озверевшей толпы бунтующих крестьян. Вместо дома он нашел пепелище. Как позже стало известно, отец сгорел в доме. Неподалеку он набрел на тела. Женщины были изнасилованы и убиты, рядом лежали тела их слуг, пытавшихся бежать вместе с хозяйками. Похоронив их, он оставил родовое поместье навсегда.

Арлетт, заметив, как он страдает от воспоминаний, погладила Сергея по руке, пытаясь этим выразить свое сочувствие.

— Я хорошо понимаю твое состояние, — горячо сказала она, — ведь ты потерял самых близких людей.

Сергей взял ее руку, благодарный за слова искреннего сочувствия.

— Ты живешь в Париже?

— Да, недавно. Работаю в парижском отделении фирмы Мариано.

— А, Мариано… — в его интонации прозвучали те воспоминания, которые пробуждало в них обоих имя этого испанца. — Я часто проходил мимо этого здания, но мне никогда не приходило в голову, что там можешь быть ты.

— Давно ты вернулся в Париж?

— Пять месяцев назад. Но увидел тебя, и мне показалось, что никогда не уезжал.

Арлетт немного отстранилась от него, попытавшись этим едва заметным жестом дать понять, что вернуть прошлое невозможно.

— Расскажи мне о сыне, Арлетт.

Она ждала этого вопроса.

— Мишель — сильный, здоровый, умный и чувствительный мальчуган. Многим напоминает тебя, — улыбка тронула уголки ее рта. — Он гораздо лучше бы учился в школе, если бы так не увлекался спортом.

Сергей усмехнулся.

— Это был и мой недостаток в школьные годы.

— Когда мы встретились с тобой в Венеции, моя дочь была совсем крошечной, а теперь у меня еще и маленький сын. Все трое со мной в Париже.

— Ты позволишь мне повидать Мишеля? — в глазах Сергея была мольба.

— Хорошо, но только при условии — он не узнает, кто ты. Я собиралась все рассказать, когда он вырастет и будет достаточно взрослым, чтобы понять.

— Все будет так, как ты пожелаешь. Как до тебя дошли слухи о моей мнимой гибели?

Она объяснила.

— Я выжил только потому, что смог доползти до крестьянской хаты, в которой жила одинокая старушка. Она и выходила меня. В течение нескольких недель я никого и ничего не узнавал, не знал, кто я и где я. Старушка прятала меня от разъяренной толпы Я многим обязан этой женщине. Какое великое сердце нужно иметь, чтобы так поступить. Страшно сказать, но в свое время мой отец приказал высечь ее сына за какую-то провинность, и во время экзекуции мальчик умер.

— Чувствую, что тоже в долгу перед ней, — потрясение, вызванное встречей и его рассказом, лишило ее сил.

— Мы не можем больше беседовать здесь. Пойдем со мной.

— Не могу. Я должна вернуться к друзьям, с которыми пришла, — ее голос срывался. — Скажи, что же случилось после того, как ты выздоровел?

— Окольными путями я добрался до Петербурга. После приехал в Париж.

— Ты снова занимаешься живописью?

— Да. У меня был вклад в парижском банке, я купил новую мастерскую и обосновался там. Меня, как оказалось, не забыли, и уже стали поступать заказы. В конце года я устраиваю выставку своих работ.

— Я так рада за тебя. — Несколько мгновений они улыбались друг другу, словно давняя близость вновь возвратилась и прошедшие годы ничего не значили.

— Я должна идти, Сергей.

Она поднялась, он попытался преградить ей дорогу.

— У тебя кто-то есть? — Сергей пристально и испытующе взглянул ей в глаза.

— У меня никого нет в том смысле, который ты вкладываешь в эти слова. И больше никогда не будет. Но то, что было между нами, уже нельзя возвратить. Прошло больше одиннадцати лет с тех пор, как мы расстались.

— Но позже, когда мы встретились в Венеции, ведь все осталось по-прежнему!

— Ты неправ, все стало по-другому. Несмотря на то, что мы любили друг друга, наше счастье тогда уже принадлежало прошлому.

— Никто из нас не мог предвидеть, что произойдет!

— Я не знаю тебя сегодняшнего…

В это мгновение раздался резкий голос ее спутника:

— Арлетт! Мы все уходим.

Ни Арлетт, ни Сергей не заметили, как он подошел и остановился на расстоянии нескольких метров от них, демонстративно не попытавшись представиться.