Ночи большого города - Натали Гарр

Содержанкой?

– Почему ты так говоришь?

– Потому, – ее щеки вспыхивают румянцем, а застенчивый взгляд устремляется куда-то вниз. – Сам посуди, мы всего-навсего сожители… ты не должен… вернее, это неправильно.

– Кэтрин, – я хмурюсь.

Вот оно! Вот для чего необходим пресловутый штамп в паспорте. Как только она станет моей женой, эти границы сотрутся.

– Пожалуйста, давай обсудим это потом? Ты и так делаешь меня безумно счастливой. Разве этого мало? – она наклоняется и нежно присасывается к моему рту, тем самым вынуждая меня заткнуться.

* * *

Несмотря на строгие врачебные предписания и нотации моей чрезвычайно мнительной девушки, спустя шесть гребаных дней я все-таки возвращаюсь в ED Group.

– Мистер Эддингтон?! – подпрыгивает секретарша, встрепенувшись от моего внезапного появления. – Доброе утро, сэр! Вы вернулись?

– А не видно? – иронизирую я, притормозив у ее стола. – Где почта?

– Э-э, вот. Вчерашнюю я отдала Май… ой, – она краснеет, – мистеру Эддингтону… вашему брату то есть, а эту…

– Я понял, спасибо, – обрываю ее я, сунув конверты под мышку. – Позвони Броуди, пусть зайдет ко мне. Для всех остальных я на совещании.

– Да, сэр.

– Для всех, кроме Кэтрин Бэйли, – добавляю я, следуя в свой кабинет.

* * *

В ту ночь я опять разозлился на Мануэлу.

Она исчезла на целый день, ни разу не соизволив взять трубку, что, безусловно, положило конец нашему временному перемирию.

На протяжении нескольких последних месяцев мы лаялись словно кошка с собакой, бросая друг друга систематически раз в неделю, и клялись, что никогда больше не воссоединимся. Но по какой-то неизведанной причине никто из нас так и не решился положить конец этому долгоиграющему фарсу.

Зачем мы находились вместе? Чего ради? Я никак не мог разобраться.

Надиктовав на ее автоответчик кучу всевозможных сообщений, я весь вечер проболтался из угла в угол, не зная, куда себя деть, пока во втором часу ночи она не соизволила наконец явиться домой.

– Ты в курсе, сколько сейчас времени?! – зарычал я, встав в боевую стойку.

– В курсе, в курсе. Только не ори, – безразлично процедила она, промелькнув мимо меня в своем крохотном красном платье. Эту дрянь она обычно надевала исключительно с моего позволения, поэтому я окончательно слетел с катушек, увидев ее в нем.

Мануэла лениво поплелась на кухню, достала из холодильника бутылку «Эвиан» и, быстро отвинтив крышку, жадно припала ртом к стеклянному горлышку.

– Где ты была?

– Вышла посидеть с Ким. Прости, мы заболтались.

– Заболтались?

– Угу. Прошу тебя, Роберт, не устраивай кипиш! У меня жуткая мигрень, – простонала она, очевидно, не воспринимая меня всерьез.

– Меньше пить надо, – съязвил я, смерив ее презрительным взглядом.

– Я не пила.

– Да, конечно.

– Это правда! – ощетинилась она, будто я обвинил ее в убийстве Кеннеди. – И знаешь почему?

– Почему? – бездумно спросил я, всматриваясь в ее странноватую мимику.

– Потому что я беременна.

Меня будто ударили под дых.

– Беременна?

Она кивнула.

Это что, шутка такая? Как? Она ведь пьет противозачаточные. Или не пьет?

– Ты уверена? – уточнил я, мысленно высчитывая сроки.

Когда это произошло? Какого числа? Где?

– Уверена, – произнесла она тусклым, надломленным голосом. – Четыре недели.

О нет. Моя душа опустилась в пятки.

– Четыре недели назад я был в Бостоне, – напомнил ей я, на что она растерянно развела руками.

– Три-четыре… гинеколог сказал, что это приблизительно, – расплывчато пояснила она, и в моих венах забурлила кровь.

Приблизительно? Да за кого эта шлюха меня принимала?! За полного идиота?!

– Ты врешь.

Ее черные глаза широко распахнулись, а некогда беспристрастное лицо раскраснелось и покрылось испариной.

– Да, врешь, – подтвердил я, медленно надвигаясь на нее. – Он не от меня, верно? Ты трахалась с кем-то еще. Трахалась так, что залетела в мое отсутствие.

Мануэла тяжело дышала, крепко вцепившись в края подоконника, и даже не пыталась ничего возразить. Потому что я был прав. Я всегда был прав, хотя она упорно доказывала мне обратное.

– Ответь, ну же! – взорвался я, молниеносно подлетев к этой лживой предательнице. Я грубо схватил ее за плечи и встряхнул.

– С ума сошел?! Мне больно!

– Больно? А как же я?! – взревел я, сжав ее кожу добела. – Что ты вытворяешь, а? С кем ты спала, сука?!

– Отпусти, иначе я закричу!

– Кричи сколько влезет! – моя хватка усилилась. – Отвечай, кто он?! Кто этот мудак, с которым ты изменяешь мне? Я убью его на хрен! Прибью вас обоих, поняла?!

– Отстань! – Мануэла толкнула меня в грудь, я пошатнулся, и тогда она бросилась наутек.

– Куда ты пошла?! Иди сюда, живо! – нагнав ее возле двери, я снова набросился на нее, и между нами завязалась привычная потасовка.

– Ты, мать твою, шизофреник! Ненормальный, мечтающий подловить меня на чьем-то члене! Тебя это заводит, да? Заводит, ты – извращенный ублюдок! – выплюнула она, получив от меня звонкую оплеуху. В квартире воцарилось гробовое молчание. Кажется, я переборщил…

– Ману… – я начал было сожалеть о содеянном и попробовал пойти на попятную, но она никогда не умела сглаживать углы.

В запале схватив свою сумочку, она вылетела из дома, и мне ничего не оставалось, кроме как ринуться вслед за ней.

Я запрыгнул в свою машину, завел мотор и пулей помчался вдоль Бродвея, свернув на Чеймберс-стрит, но к тому моменту ее «Мерседес» уже успел набрать приличную скорость и ситуация приняла нешуточный оборот.

Я посигналил, моргнул фарами, но она не остановилась, продолжая нестись наперегонки с ветром по Сентр-стрит.

Неожиданно меня охватило дурное предчувствие, что добром эта сумасбродная гонка не кончится, но я и представить себе не мог насколько. В воздухе раздался отчаянный визг тормозов, скрежет покореженного металла, и ее автомобиль смачно врезался в столб, так и не доехав до Бруклинского моста.

Земля ушла у меня из-под ног и ледяной страх пронесся по жилам, остужая мой пыл.