Ночи большого города - Натали Гарр

– Серьезно? – я опять смотрю на венок. – Тогда почему твоя композиция круглая и на ней какая-то ленточка?

– Это послание! Пожелание скорейшего выздоровления! Ты что, читать разучился?

Я хмыкаю.

– Ладно, не будем спорить, – небрежно отвечаю я, на всякий случай отодвинув его «композицию» подальше. – Насчет Майка. Проследи, чтобы этот кретин соблюдал дисциплину и не нарушал субординацию с сотрудниками, – я взволнованно вылезаю из постели и подхожу к окну. – Все важное высылай на мою личную почт у, я приеду как только смогу.

– Хорошо, дружище, выздоравливай! И ни о чем не беспокойся. Твое детище в надежных руках.

– Ага, в руках человека, выдающего венок за креативную композицию, – подкалываю его я.

Чертыхнувшись, Брюс посылает меня к дьяволу и дает отбой.

Я хмурюсь. Вот она – истинная любовь подчиненных…

– Опять встал? – укоряет меня вошедшая в палату Кэтрин. – Господи, какой же ты несносный! – ворчливо добавляет она, на ходу сбрасывая с себя пальто.

– А ты, я гляжу, вжилась в роль назойливой наседки?

– Не паясничай, – она бросает короткий взгляд на тумбочку и разочарованно дуется. – Ты не выпил лекарства?

Дерьмо.

– Нет. А надо было?

– Роберт, – она делает глубокий вдох, по-видимому намереваясь разразиться грозной тирадой, но я вовремя привлекаю ее к себе и нетерпеливо впиваюсь в ее изогнутые от недовольства губы.

Черт, как же я соскучился по ней! По ее обнаженным изгибам, хриплым стонам, предвещающим ее скорый оргазм, разметавшимся по подушке каштановым локонам, по ее влаге, запаху…

Проклятие, я хочу ее! Хочу сейчас…

Обвившись вокруг ее классной, упругой задницы, я соединяю наши бедра так, чтобы она наконец оценила всю степень моего желания и подыграла мне. Но внезапно Кэтрин неуклюже задевает локтем мое обмотанное бинтом плечо, и я вздрагиваю.

– С-с-с!!!

– Ой, прости! Больно?

– Нет, ерунда, – лгу я, порываясь продолжить начатое, но она непоколебимо ставит перед собой блок и отстраняется.

– Вот видишь? А все потому, что ты упрямишься принимать обезболивающие!

Я закатываю глаза. Ну начинается! Строгий учительский тон, материнские наставления, сварливые замечания! Она что, усыновила меня вчера?

– На, пей, – она сердито вручает мне два пластиковых стаканчика с таблетками и водой. – Иначе я позову доктора Мэддена и наябедничаю на тебя, понял? Тогда тебя точно не выпишут.

Какого…

– Ты угрожаешь мне? – оскорбленно тяну я, сунув в рот сразу три здоровенные пилюли.

– Да, пей, – нагло заявляет мне эта малявка. Я послушно запиваю лекарства водой и отдаю ей пустые стаканчики.

– Все? Довольна?

– Почти. Теперь ложись в постель, тебе нельзя напрягаться.

Неожиданно ей самой становится смешно от нелепости данной ситуации, и мы оба начинаем хохотать.

– Знаешь, если доктор меня сегодня не выпишет, я в любом случае трахну тебя прямо здесь, на этой инвалидной койке, – с угрозой произношу я, укладываясь поперек кровати. – Ну или в туалете. Как тебе?

Кэтрин подбирает с дивана пакет с эмблемой «Старбакса» и ехидно усмехается.

– Не надейся. У тебя рука болит.

– А при чем тут рука? Для того, чем я предлагаю заняться, достаточно моего члена. Мне даже необязательно шевелиться. Просто сядешь на меня верхом, и все.

– Ах так, да? Всю тяжелую работу мне?

Я невинно хлопаю ресницами.

– Сама же сказала, мне нельзя напрягаться.

– Хитрец, – юркнув мимо меня к столику, Кэтрин методично выкладывает из пакета маленькие квадратные коробочки, а я молча наблюдаю за ней, удрученный чередой своих мыслей.

Дома нам многое предстоит обсудить. Ее безрассудную встречу с Гарсиа, наши странные, порой невыносимые отношения, наше будущее…

Сможем ли мы и дальше быть вместе? Получится ли у нас наладить взаимопонимание, создать семью? И, пожалуй, самый главный и животрепещущий вопрос – захочет ли она выйти за меня замуж? Кэтрин еще слишком молода для принятия каких-то глобальных решений, и ей наверняка понадобится совет. К кому она обратится в первую очередь? Правильно, к своим родителям. А они вряд ли одобрят наш поспешный брак. В частности Шэрил. Чертова женщина явно не горит желанием породниться со мной, что в принципе вполне предсказуемо.

Пока я копаюсь в своей почте, параллельно размышляя о проблемах насущных, Кэтрин подает мне чай, круассаны и нарезает ненавистные мне киви в тарелку.

– Дженни Брук полетит в Мексику. Рейнольдс выбрал ее из всех наших претенденток, съемки намечены на следующий понедельник.

– Ты расстроилась? – я отрываюсь от телефона и смотрю ей в спину.

– Не-а, – она оборачивается. – Нет. Роберт, я многое переосмыслила за последние сутки и в общем-то я не против находиться в твоей тени. Отдать тебе руль и стать твоим пассажиром. Тем более что главенствовать у тебя получается гораздо лучше.

– Я рад, что ты к этому пришла.

– Не сомневаюсь, – с упреком произносит она, намекая на мой скверный характер.

Нет, так не пойдет.

– Кэтрин, – я жестом прошу ее подойти ближе. – Послушай, возможно, это прозвучит эгоистично и в некотором роде так оно и есть, но я абсолютно убежден, что закулисные дрязги, сплетни и прочая подковерная грязь не для тебя. – Она согласно кивает, затем ложится рядом и осторожно обнимает меня за шею. – Я не позволю тебе скучать, слышишь? Мы будем путешествовать. Я куплю тебе все, что ты пожелаешь. Если захочешь, новую квартиру или дом. Ты хочешь дом?

– Не хочу, – отказывается она, свернувшись у меня под боком. – Мне вообще безразличны все эти блага. А ты то и дело обещаешь мне золотые горы, задабриваешь меня… – она гладит меня по груди и вздыхает. – Пойми, единственное, что мне действительно нужно, – это ты сам. Ну и немного мороженого.

Рассмеявшись, я целую ее в макушку и бережно стискиваю ее хрупкое, горячо любимое мной тело в своих руках.

– Я знаю, дорогая. И я очень ценю твою бескорыстность, правда, но раз уж тебе довелось связать свою судьбу с моей, существуют определенные правила, с которыми тебе придется смириться. Заботиться, обеспечивать и баловать тебя – входит в мои обязанности, и поверь, это нисколько не обременяет меня, а даже наоборот. Кстати, я поговорю с твоим отцом, чтобы он прекратил оплачивать твое обучение. Это сводит меня с ума.

– Нет, не смей! – звонко выпаливает Кэтрин, судорожно отпрянув от меня.

– Почему? Эй, что плохого в моих деньгах? Ты что, брезгуешь ими?

– Разумеется, нет! Но между нами и так большая разница, и я не хочу… черт, мне не нравится быть содержанкой.