Играя в любовь - Тереза Ромейн

– Мы? – удивился Эдмунд.

– Да, мы: ты и я.

– Почему?

И лишь его растерянный вид не позволил Джейн отпустить пару шуточек и ответить по возможности серьезно:

– Потому что мы муж и жена.

– Разве это имеет значение?

Джейн закатила глаза:

– Ладно, хорошо. Потому что я гений – сам это признал, – а союз с гением никому еще не повредил. Кроме того, по твоим же словам, я нравлюсь Беллами… или мне следует теперь называть его Тернером?

– Ты разочарована?

– Нет, скорее огорчена: стало быть, все его истории про слонов и выеденного яйца не стоят.

– В этом можешь не сомневаться: вся его жизнь – сплошной обман.

– Он нашел себе под стать и компанию: Шерингбрук – шулер, Тернер – лжец. Всю нашу совместную жизнь, начиная с помолвки, сопровождают темные личности.

– Мы и сами-то не особенно светлые, – усмехнулся Эдмунд. – Картежница и предатель – знатная парочка.

– Похоже, я растеряла свои навыки.

– Не стоит сомневаться в себе.

– Не стоит? – Джейн мрачно усмехнулась. – Как тогда объяснить тот проигрыш, что в корне изменил мою судьбу?

– Ты жалеешь?

– Мы ходим по кругу! Предлагаю перестать заниматься самобичеванием и заняться более конструктивными вещами.

– Мне кажется, ты зря в себе разочаровалась, – не поддержал ее Эдмунд. – Даже тогда, у Шерингбрука, ты выглядела как настоящая благородная леди, да и с ролью баронессы справлялась прекрасно. Что касается маскарада… в жизни не видел более игривой служанки.

Джейн недоверчиво посмотрела на него.

– Тебе правда… понравилось?

На миг их взгляды пересеклись, и она поняла, что он прекрасно помнит ту ночь, когда между ними промелькнул огонек настоящей страсти.

– Мне вот что пришло в голову, – начала было Джейн.

– Да, и мне, – перебил ее Эдмунд. – Ты так хорошо справилась с той ролью… может, попробуешь еще?

– Кого сыграть на этот раз?

– Ну… думаю, богатую знатную даму с тайными пороками…

Джейн не смогла подавить смешок, а он добавил:

– Такую же, какой ты предстала во время игры с Шерингбруком. Тогда ты выглядела весьма… убедительно.

Эдмунд окинул ее недвусмысленным взглядом с головы до ног, и Джейн чопорно ответила:

– Благодарю. То была действительно гениальная игра, поскольку я и не богата, и вовсе не соблазнительна.

– Конечно, – улыбнулся Эдмунд, – ты вела себя как настоящая леди.

Джейн оторопела.

– А о чем подумала ты?

«Настоящая леди» пришла в себя и немного сбивчиво ответила:

– Ну, вообще-то почти о том же. Если Тернер не знает, что мне известно, кто он на самом деле, и даже не подозревает, что я заподозрила в нем…

– Позволь вмешаться, пока ты не запутала нас обоих. – Эдмунд поднялся и принялся медленно ходить по комнате. – Для начала скажи, согласна ли принять участие в небольшой интриге, чтобы вывести злейшего врага твоего мужа на чистую воду?

– Да, безусловно.

– Мы, разумеется, приложим все усилия, чтобы обеспечить твою безопасность.

Вряд ли с Тернером ей может грозить большая опасность, чем за карточным столом с Шерингбруком и его компанией. Джейн была готова полностью довериться Эдмунду, поэтому лишь спросила:

– Нам не понадобится помощь со стороны?

– Мы это обдумаем, но я тебе благодарен заранее: без твоей помощи мне Тернера не одолеть.

– Так поступила бы любая на моем месте.

– Нет, любая не отправилась бы зарабатывать состояние игрой в покер, – возразил Эдмунд. – Не рискнула бы пойти на подобное. На такие поступки способна только Джейн Тиндалл, честная, но хитрая, строптивая, но добрая сердцем, великолепная в любой роли: будь то служанка или баронесса.

Героиня дифирамба аж прослезилась и подумала: «Он нуждается во мне, я ему небезразлична». Джейн и не надеялась когда-нибудь подобраться так близко к его сердцу…

После детальной разработки гениального, на его взгляд, плана Эдмунд едва ли не с радостью выслушал сообщение Пая о визите «мистера Беллами» и распорядился:

– Проводите его в кабинет.

Декорации были готовы. На столе красовался полупустой стакан виски, стояли немытые чашки из-под кофе, тарелка с остатками заветренных сандвичей, и довершал картину смятый, весь в пятнах шейный платок. Сам Эдмунд постарался выглядеть в соответствии со сценарием: небритый, неопрятный, сгорбился в кресле, словно после бессонной ночи.

Гость прибыл в добром расположении духа и, по-хозяйски устроившись в кресле напротив, воскликнул:

– Ну что же, любезный лордишка, похоже, холостяцкая жизнь не сахар? Кажется, кто-то провел последние сутки не вполне благопристойно.

Эдмунд вяло потер челюсть, заросшую жесткой щетиной.

– День в палате лордов, полный препирательств, после ночи в доме Хавьера.

– О, так ты все же пытался попасть на аудиенцию к прекрасной даме!

В ответ раздался горький смех.

– Да, но она отказалась меня принять. Так что будь все проклято: и она, и вы, и ваши рубины! Полночи там просидел, но она так и не вышла. Вот я и вернулся домой.

Эдмунд икнул для убедительности, а Тернер, вмиг помрачнев, процедил: