Белые лилии - Саманта Кристи

–Чего еще ты мне не рассказал, Дикс?

Хотя Мейсон уже две недели помогает мне готовиться к вечеринке, мы впервые встретились после нашего последнего похода в бар. Вечеринка, которую мы готовим,– это больше, чем не-деньрожденная вечеринка для Скайлар. По совету Бэйлор, мы совмещаем ее с вечеринкой в честь будущего ребенка.

–Не рассказал?– переспрашивает Мейсон, когда мы перемещаем последние запакованные коробки на цокольный этаж.

Я аккуратно ставлю коробку в кладовку. Потом достаю из кармана маркер и подписываю: «Школьные вещи Эрин». Если рассуждать логически, то я, конечно, понимаю, что нет никакого смысла все это хранить. Там в основном фотографии класса, письма и сертификаты. Но я не могу заставить себя выбросить пять лет жизни Эрин в мусорное ведро. Мне и так тяжело было освобождать кабинет.

–В смысле, какие еще секреты ты мне не рассказываешь?– Я закрываю маркер колпачком и смотрю на Мейсона.– Сначала ты не рассказал мне про письма, которые Эрин написала. Потом утаил информацию о том, что Скайлар с кем-то встречается. А теперь я выясняю, что моя жена сделала себе татуировку. Чего еще я не знаю, черт побери? Ты, кажется, знаешь о моей жизни гораздо больше, чем я.

Мейсон поднимает руки в знак капитуляции.

–Эрин заставила меня поклястья, что я ничего никому не скажу, дружище. Ну а чего ты ожидал? Эрин не из тех, кому можно что-то пообещать, а потом не сдержать обещания.

Чувство вины растекается по каждой клеточке моего тела. Я думаю об обещании, которое нарушил, когда сбежал. Это был единственный раз, когда я подвел Эрин. Подвел Скайлар и ребенка. Подвел самых важных для меня людей. Я поклялся исправить свою чудовищную ошибку. Возможно, эта вечеринка как раз и даст мне такую возможность.

–Сколько всего писем она написала?– ворчу я, пока мы тащим большой стол, который спустили вниз и теперь пытаемся запихнуть в угол.

Мейсон качает головой и с сочувствием смотрит на меня.

–Извини. Не могу сказать. Ты получишь письма, когда и если это потребуется. Ясное указание Эрин. Я дал ей слово. Слово скаута!

Когда мы возвращаемся к лестнице, я шлепаю его по затылку.

–Блин, ты же даже не был бойскаутом!

Он, смеясь, пытается увернуться.

–Так как у вас дела со Скайлар?

Я фыркаю носом.

–Эта женщина – просто ходячее противоречие. Я знаю, что она меня хочет. Я это чувствую. Она сдерживается, но я никак не могу понять почему. И этот говнюк Джон все еще тут крутится. Жаль, что она его еще не отшила. Я ее не понимаю, Дикс.

Мы стоим в дверях бывшего кабинета, разглядывая плоды своего труда. Я добавил последний штрих – цветы, которые доставили сегодня утром вместе со всем остальным.

Мейсон поправляет картину, которую мы повесили.

–Может, она думает, что ты просто выполняешь последнее желание Эрин? Ты ей говорил, что это не так?– Он вопросительно смотрит на меня.– Может, пора уже сделать широкий жест, друг мой?

–Разве не для этого мы устраиваем вечеринку?

Мейсон смеется:

–Кто угодно может организовать вечеринку, Грифф. Важно, что ты сделаешь на вечеринке.

Я киваю, обдумывая его слова, и тут у меня в кармане вибрирует телефон. Увидев высветившееся на экране имя, я улыбаюсь. Я провожу пальцем по экрану, отвечая на звонок, и включаю громкую связь.

–Привет, Пайпер! Спасибо, что перезвонила. Я знаю, что у вас там уже поздно.

–Ты хотел со мной поговорить про вечеринку, которую организуешь для Скайлар? Не знаю, чем я могу тебе помочь из Стамбула.

Я незнаком сПайпер лично. Но Скайлар иБэйлор так много о ней говорят, что мне кажется, что мы уже встречались. Мне хорошо известно, что она редко приезжает домой. Скайлар сказала, что в последний раз Пайпер приезжала на свадьбу Бэйлор, и то всего на два дня.

Я знаю, что шансов у меня немного, но все равно спрашиваю:

–Я бы хотел сделать Скайлар сюрприз и пригласить на вечеринку тебя.

После долгой паузы Пайпер отвечает:

–Я не могу, Гриффин.

–Я с удовольствием оплачу тебе билеты в оба конца. Я даже настаиваю на этом, Пайпер. Было бы очень здорово, если бы ты приехала.

–Нет, вряд ли,– говорит она.– Дело не в деньгах. Я просто не могу.

–Ты говорила сБэйлор? Она сказала, что это вечеринка в честь дня рождения и в честь будущего ребенка? Я знаю, что для Скайлар и всех остальных членов вашей семьи это очень важно.

–Нет, Гриффин,– Пайпер повышает голос.– Просто забудь об этом. Я пришлю подарки. Я позвоню Скайлар. Но я не смогу приехать. Извини.

Я смотрю на Мейсона: может, у него будут какие-нибудь гениальные идеи? Он пожимает плечами.

–Пожалуйста, подумай об этом,– прошу я.– Я сделаю все, что угодно, лишь бы ты приехала.

Я слышу, как она тяжело вздыхает в трубку.

–Какими еще словами тебе это объяснить? Я не приеду. Я уже сказала Бэйлор, когда она меня упрашивала. Мне пора. Уже поздно.

Я даже не успеваю попрощаться, потому что Пайпер вешает трубку.

–Ну и стерва!– говорит Мейсон, собираясь уходить.– Невозможно даже представить себе, что она родственница двух других сестер Митчелл. Что с ней случилось?

–Не знаю. Но она вовсе не создала у меня впечатления того милого человека, каким они все ее считают.

Я провожаю Мейсона до двери.

–Спасибо, дружище! Ты мне очень помог. Ты хороший друг.

Он наклоняется и обнимает меня так, как могут обниматься только двое уверенных в себе гетеросексуальных мужчин.

–Я всегда готов тебе помочь, Грифф. Ты же знаешь.

–Пап, перестань уже извиняться!

Я закатываю глаза, потому что мой отец этого не видит: мы говорим по телефону. Каждый раз, когда мы разговариваем – а в последнее время это происходит примерно раз в неделю,– он говорит, как сожалеет о том, что оставил нас с мамой. Я откидываюсь на спинку дивана и размышляю о том, что был бы лицемером, если бы не простил его после того, как сам, в сущности, сделал то же самое.

Ну ладно, я сбежал всего на пару месяцев, а он не появлялся у нас несколько лет, но я пытаюсь проявить к нему снисхождение и наладить отношения. Я бы не сказал, что мы теперь будем ездить вместе в отпуск. Но я открыт для общения. Даже дружелюбен. Эрин была бы счастлива.