Легенда о яблоке. Часть 2 - Ана Ховская

– Да, она – очень полезный человечек!– с нескрываемой теплотой отозвался Ахматов.– Передай Майку, чтобы предупредил ее о встрече в воскресенье. И пусть она подготовит исчерпывающую информацию о своей разработке. А я обо всем сообщу Макстейну… Кстати, твоя остановка.

Ахматов притормозил. Андерсон открыл дверцу машины, но, прежде чем выйти, не сдержал любопытства и спросил:

– Можно личный вопрос?

– Валяй…

– Ты пригласишь в театр Мэдисон?

На лице Ахматова напряженно заиграли жилки. Спустя несколько секунд он загадочно улыбнулся, не отрицая, но и не подтверждая догадок коллеги.

– До встречи, Тед!

Андерсон почувствовал, что снова проявил бестактность, улыбнулся извиняющейся улыбкой и вышел на тротуар.

***

София не спала всю ночь, упрямо работая над «Цербером», чтобы разочарование и обида не одолели ее. Глаза слипались от усталости и слезились от напряжения. Но действия Софии были точны и обдуманны. Она не простила бы себе и малейшей ошибки.

Время летело незаметно, сменяя глубокую ночь предутренней зарей. И, когда София поняла, что ей осталось совсем немного до завершения, отстранилась от компьютера и оттолкнулась ногами от пола. Кресло вместе с ней глухо прокатилось по паркету, замедлило ход на середине комнаты. Девушка сладко потянулась, размяла кисти рук и обмякла в кресле. От общего утомления в мыслях уже не было волнения, обиды и грусти, а было желание провалиться в сон и оставить все решения на потом. Лень было даже подумать, чтобы встать и лечь в постель.

В форточку ворвался свежий поток воздуха, и София почувствовала, что сегодня будет чудесное утро, и что если бы она не была смертельно уставшей и не хотела спать, то непременно бы прогулялась с сестрой или матерью по любимым местам Хьюстона. Середина августа в этом году отличалась от всех прошлых лет своей ласковой безветренной погодой. София вспомнила августовские пыльные туманы в Эль-Пачито, а затем дожди, прибивающие эту пыль к окнам, которую впоследствии трудно было отмыть. Она вяло улыбнулась своим воспоминаниям, невольно отмечая, что нисколько не жалеет о своем переезде в Хьюстон. Хотя ей часто снилось их поместье, пышный сад, клумбы с азалиями, даже их запах щекотал в носу при пробуждении. Тогда ностальгические нотки трогали ее душу, и единственное, о чем она могла сожалеть, так это о расставании с Джинжер, с которой было связано много незабываемых событий. Именно Джинжер привела Софию к шалашу из кустов шиповника, где она встретила своего Мистера «Х»…

«Кому достался мой рыжий дьяволенок?»– подумала София, чувствуя, что уже сползает с кресла от бессилия.

Она лениво добралась до постели и, не раздеваясь, с головой завернулась в одеяло. Сон мгновенно поразил ее сознание. Но во сне София не отдыхала. Ей снились алгоритмы, коды, шифры, нули и единицы и пальцы невольно искали клавиши клавиатуры; вперемешку возникали лица Ахматова и рыжей Фурье; Майк снова напоминал ей о встрече с оперативной группой; Стивенсон пытался научить ее новым тактическим уловкам; а потом она карабкалась на скалу невероятных размеров без страховки, с диким ужасом и с замиранием сердца, а сверху на нее смотрели до боли знакомые глаза, и губы шептали: «Иди ко мне!»

И вдруг она проснулась, смутно отдавая себе отчет в том, что это был сон. И тут же ее напугал звонок домофона. София выбралась из-под одеяла, поправила на себе одежду, мысленно возмущаясь, что та очень измята и непригодна для встречи незваных гостей. Пробегая мимо часов, она сердито заметила, что двенадцать – слишком ранний час, и она могла бы еще поспать.

– Кто там?– спросонья недовольно проговорила София в домофон.

– Добрый день, София! Уверен, что ты не ждала меня, но сегодня такой чудесный день, и у меня к тебе не менее приятное предложение,– невероятно дружелюбно проговорил мужской голос, который только звучал во сне.

София оторопела и сделала шаг в сторону зеркала. В этот момент она выглядела ужасно: взъерошенные волосы, заспанное лицо и пьяные глаза.

– Э-э…– вырвалось у нее в ответ,– конечно, я вас не ждала, Алекс… Совсем не ждала… А что вы хотите?

– Может, ты позволишь мне войти и все объяснить?– ответил Ахматов.

«Ну да, неудобно держать его там»,– подумала София и нажала на кнопку «пропуск». Затем она метнулась в ванную, сорвала с крючка махровый халат, закрутила банное полотенце вокруг головы и вернулась к входной двери.

Рассеянно поправляя на себе одежду, и, пальцами разглаживая кожу лица, чтобы удалить заспанное выражение, София прислушалась к шагам за дверью. «Что он здесь забыл?!– теперь уже стала рассуждать она.– Я ему ясно сказала, что не хочу встречаться с ним. Или я была неубедительна? Вот глупая: почему я опять волнуюсь, как школьница?»

В дверь раздался деликатный стук. Девушка глубоко вдохнула и так же выдохнула, помогая себе плавными движениями рук. Восстановив дыхание и настроившись на ровный тон, протянула руку к щеколде и повернула ее. Отперев дверь, отшагнула назад и уверенно вопросительно уставилась на мужчину.

Ахматов выглядел потрясающе. София смотрела на него и чувствовала стыд от слишком откровенного любования им, но не могла отвести глаз. Его удивительное лицо – идеально симметричное, одухотворенное и поразительно красивое всегда вызывало в ней трепет. Ясные глаза, крепкие скулы, волевой подбородок, гладко выбритая кожа без изъяна, чувственные губы – не большие, не маленькие, и ровные здоровые зубы, которые показались, когда он улыбнулся открытой, радостной улыбкой.

– Я тебя разбудил?– вскинул одну бровь Алекс и окинул девушку любующимся взглядом.

В розовом халате, с полотенцем на голове, без макияжа она выглядела еще обаятельнее – естественная, нежная и трогательная.

– Да,– призналась она и смущенно помяла губами: от его глаз ничего не утаишь.

– И даже в этом ты выглядишь очаровательно,– с неподдельным восхищением заметил Алекс и оперся плечом на дверной косяк.– Я могу войти?

София отреагировала на комплимент легким румянцем.

– Уж если все равно разбудили меня, то уделю вам несколько минут,– сразу ограничила Мэдисон и жестом пригласила войти.

Ахматов вошел и прикрыл за собой дверь, но проходить дальше холла не пытался, так как девушка смотрела на него настороженно.

– Мне нескольких минут хватит, но тебе понадобится чуть больше времени, чтобы собраться,– уверенно заявил он.

И София поразилась безаппеляционности его тона.

– Что это значит?– недоуменно спросила она и скрестила руки на груди.

– Мне предложили два билета на премьеру спектакля. Это маленький театр в центре Хьюстон-авеню. Мне кажется, это интересно. Пойдем вместе сегодня в три часа? А до спектакля мы могли бы где-нибудь пообедать?

«Спектакль?! Это что-то новенькое! И как мне себя вести? Опять начать все заново?!»– пронеслось в мыслях Софии.