Жар желания - Джулия Гарвуд

Сэм находился в нескольких милях от квартиры Лайры, когда детектив позвонил и спросил, не хочет ли он понаблюдать за допросом. Сэм немедленно развернулся и поехал в участок. Он не удовольствуется ролью наблюдателя. У него накопилось немало вопросов к обвиняемым.

О'Малли увидел, как он поднимается по лестнице. На Сэме были удобные джинсы и белая рубашка. Детектив в том же самом помятом синем костюме, который носил три дня из пяти, позавидовал ему:

— Неплохой дресс-код у вас, федералов!

— Я не на работе, — сухо уведомил Сэм.

Пока они шли по коридору, О'Малли сказал:

— Послушайте, я не выполнил вашего задания и прошу меня простить. И еще я очень ценю то, что вы признали нас главными в проводимой операции.

— Это сделал Трапп.

— Да, но сказали ему вы. Все равно спасибо.

— Они уже здесь?

— Только что прибыли. Джонсон в одной комнате, Фоули — в другой. Ждем помощника прокурора.

— Пойдем.

— Прокурора ждать не будете?

— Нет.

Сэм вошел в наблюдательную, оглядел Джонсона, нервно обкусывавшего ногти и выплевывавшего их на пол. Молодой. Почти подросток.

Сэм немного помедлил, прежде чем перейти коридор и посмотреть на Фоули. Мужчина средних лет развалился на стуле и со скучающим видом барабанил пальцами по столу.

— Я начну с Джонсона.

Детектив пошел за Сэмом в допросную, где ждал Джонсон. Когда он представил агента, Джонсон ухмыльнулся. Сэм не видел рук Джонсона под столом.

— Он в наручниках? — спросил он О'Малли.

— Что, боишься меня? — съязвил Джонсон, но Сэм его проигнорировал.

— Какое это имеет значение? — удивился детектив.

— Если он в наручниках, я не смогу впечатать его в стену.

Судя по взгляду, которым он окатил Джонсона, угроза была нешуточной. Но заключенного она не убедила. .

— Ты этого не сделаешь. Агентам ФБР такое запрещено!

— Сегодня я не агент. Я в отпуске, — сообщил Сэм и, повернувшись к О'Малли, спросил: — Не хотите взять мой пистолет и подождать немного за дверью?

— Ты меня не тронешь! — прорычал Джонсон. — Я свои права знаю! Это незаконно!

Сэм шагнул к столу, и Джонсон съежился.

— Я не просто агент, — сообщил Сэм. — Я тот агент, которого ты пытался убить в Перейсо-парке, а вот это незаконно. Так что я могу делать с тобой все, что угодно.

Помощник прокурора стоял в комнате наблюдений, когда Джонсон завопил, что требует адвоката.

— Класс, — пробормотал он. — Агент Кинкейд так его запугал, что он теперь рта не откроет.

— Погодите, — посоветовал стоявший рядом детектив Мурен. — Посмотрим, что будет делать Кинкейд.

Сэм улыбнулся Джонсону, прежде чем приказать детективу:

— Зовите адвоката, да побыстрее. Как только его переведут отсюда, он мертвец.

Сообщив это, Сэм сделал вид, что уходит.

— Погоди! — завопил Джонсон. — То есть как это «мертвец»?

— Ты не слышал? — удивился Сэм. — Детектив, вы ему ничего не сказали?

— Не хотел пугать, — подыграл детектив.

Сэм покачал головой:

— Бросаете его на съедение Флинну?

Он снова пошел к двери.

— Что вы слышали? — выпалил Джонсон.

Сэм повернулся, прислонился к стене и сложил руки на груди.

— Флинн считает, будто ты раскололся. Его люди только и ждут, чтобы тебя похитить и убить. По крайней мере так говорят.

— Но я слова не сказал! Почему Флинн считает меня крысой?

Сэм улыбнулся:

— Я его убедил. Молись, Джонсон.

Он в третий раз повернулся, чтобы уйти. В коридоре его догнал истерический вопль Джонсона:

— Я хочу заключить сделку! Все скажу, но желаю защиту свидетелей и все такоеееее!

Когда Сэм вернулся в допросную, помощник прокурора немедленно последовал за ним. Джонсон знал помощника, потому что тот уже допрашивал его раньше.

— Теперь я сам, — сказал помощник Сэму. — Позвольте сказать…

— Я остаюсь, — перебил Сэм.

— Но это…

— Он стрелял в федерального агента. Я могу одним звонком взять контроль над расследованием.

— Если хотите остаться, дело ваше, спорить не стану. Только не вмешивайтесь.

О'Малли тоже решил остаться. Подражая Сэму, он прислонился к стене и стал слушать.

Джонсон обращался исключительно к Сэму:

— Я не стрелял. Вел машину, и только. Стрелял Фоули. Ему было велено убить девчонку.

— Кем велено? — спросил помощник прокурора.

— Флинном.

— Он объяснил почему?

— Нет, но мы с Фоули сообразили. Должок старому приятелю. Я слышал, как он говорил Фоули, что несколько лет назад у этого приятеля имелся компромат на Флинна. Тот тип мог обнародовать компромат и спалить Флинна, но он этого не сделал. И не пытался шантажировать. Приятель сказал что, как в «Крестном отце», когда-нибудь попросит одолжения, и тогда Флинн ему поможет.

— Одолжение заключается в том, чтобы избавиться от Лайры Прескотт?

— Да.

— Кто этот приятель?

— Не знаю. Флинн никогда не упоминал его имени при мне или Фоули. Так сделка будет?

— Он ничего не говорил о приятеле? — допытывался Сэм.

— Только то, что давно его знает и он на него не донес.

— Что общего все это имеет с Мерриамом? — спросил помощник прокурора.

— Вы, парни, все не так поняли, — засмеялся Джонсон. — Флинн никогда не стал бы связываться с Мерриамом. Пару лет назад у них возникли какие-то совместные делишки, и сукин сын пытался обуть Флинна на пару сотен штук. Флинн в жизни не сделал бы ему одолжения.

— Но почему именно Лайра Прескотт стала мишенью?

— Флинн что-то говорил насчет того, что девчонка сильно подгадила его приятелю и ему тоже. Теперь они не могут выбрасывать на свалку то, от чего хотят избавиться без лишнего шума.

Сэм ощутил настоятельную необходимость найти Лайру. В голове крутилась тысяча вопросов, на которые еще предстояло найти ответ. Но оно было ясно: человек, стремившийся покончить с Лайрой, по-прежнему разгуливал на свободе.

Он поспешил выйти. Детектив ринулся за ним.

— Что вы обо всем этом думаете, Сэм?

— Лайра засняла что-то еще. Очень важное. Нужно еще раз посмотреть фильм.

Он помчался на квартиру Лайры. Сидни открыла дверь и немедленно почувствовала: что-то неладно.