Дерзкая и желанная - Анна Бартон

– Стало быть, родственников ожидается много?

Герцог пожал плечами.

– Мне пришлось арендовать два коттеджа ниже по дороге, чтобы разместить всех. Должны прибыть завтра. Я сообщил, что свадьба в любом случае состоится в воскресенье, успеют они или нет. И это не шутка.

Джеймс потер подбородок.

– Моя мать тоже планирует приехать завтра. Возможно с Ральфом.

– Аннабелл на меня сердита, – продолжал Хантфорд. – Говорит, что у Оливии должно быть настоящее свадебное платье, а такое может сшить только она. Не удивлюсь, если шьет даже в дороге.

– Она такая молодец! – Это вам не простая герцогиня.

Взгляд Хантфорда смягчился.

– Для Оливии она готова горы свернуть.

– Как и я.

Герцог искоса взглянул на него.

– Я не шучу! – горячо признался Джеймс. – Признаюсь: еще месяц назад и не помышлял о женитьбе, но чем больше времени провожу с Оливией, тем четче сознаю, как мне повезло. Скажу тебе еще кое-что.

Сердитый взгляд Хантфорда предостерег, что для новостей дурного свойства он выбрал не лучшее время.

– Я отменил свою поездку в Египет.

Джеймс еще днем, хотя и с сожалением, отправил письмо организатору экспедиции, чтобы было время предложить освободившееся место в группе кому-то еще. Сделать выбрать между Оливией и экспедицией было не трудно, и он знал, что поступил правильно, но пока еще не привык к мысли, что эта глава его жизни закрылась, даже не успев начаться.

– Хорошо, – одобрительно кивнул Хантфорд. – Ты принял правильное решение, даже если Оливия этого не понимает. Кто знает? Может, еще будет время для подобной поездки… позже.

– Конечно, – отозвался Джеймс с уверенностью, которой отнюдь не испытывал. Они оба знали, что это был его единственный шанс. И он ускользнул.

Хантфорд что-то проворчал, и потом они сидели молча, словно те несколько произнесенных фраз исчерпали их словарный запас. И все же атмосфера между ними заметно улучшилась, и хотя такой, как прежде, пока не стала, Хантфорд начал оттаивать.

Наконец, сделав большой глоток эля и со стуком опустив стакан на стойку, герцог сказал:

– Вижу, твой глаз почти зажил. Надо было врезать посильнее.

Джеймс фыркнул.

– Тогда тебе пришлось бы присутствовать не на свадьбе, а на похоронах.

Хантфорд вскинул бровь и, осушив свой стакан, заметил:

– То-то и оно. Слава богу, нога Оливии тоже получше.

Но Джеймса беспокоило, что ее терзает не только нога. Во время их последней встречи она казалась отстраненной, и он подозревал, что дело тут не только в предсвадебном волнении.

– А как она вообще?

– Неплохо, насколько это возможно. Потрясение все-таки изрядное.

Джеймс кивнул, хотя и подумал, что потрясение от их внезапной помолвки должно бы уже пройти, особенно после тех незабываемых часов, которые они провели у реки.

– Оливия, похоже, справляется с этим лучше меня, но, с другой стороны, у нее было чуть больше времени, чтобы привыкнуть к этой мысли.

– О том, чтобы выйти за меня?

– Нет. Что у нас есть еще одна сестра.

Джеймс чуть не поперхнулся элем.

– Что?

– А, так она не рассказала тебе. Полагаю, сочла это семейным делом.

Но ведь он Оливии скоро тоже будет не чужим.

– Еще одна Шербурн?

– Да. И она здесь.

Господь всемогущий! Неудивительно, что Оливия ведет себя так странно.

– А это имеет какое-то отношение к письму вашего отца?

– Имеет. Купи нам еще выпивку, и я все расскажу.

Джеймс слушал Хантфорда и представлял, как Оливия читает письмо в первый раз. Семья для нее все, и отцовское откровение, должно быть, сильно потрясло ее.

– Мне надо ее видеть. – Джеймс понял, что должен поговорить с Оливией.

– Я пригласил их с Софией пообедать с нами, но Хилди передала, что приглашение отклонено.

– Не странно ли это?

– Вероятно, решили поболтать на женские темы, – предположил герцог, – узнать друг друга получше.

Но Джеймс не был в этом уверен. Он взглянул на свой брегет.

– Мне придется вернуться в коттедж Хэмфри. Его пожилой экономке понадобится помощь с уборкой главных комнат перед приездом моих родных. Боюсь, предстоит серьезная битва с книгами и котами.

– Твои родные? Приезжает кто-то еще кроме матери?

– Надеюсь, мой брат Ральф.

– Постой, у тебя есть брат? А почему ты никогда не упоминал о нем?

– У Ральфа частичный паралич, так что я мало кому о нем говорил. Но теперь все изменится.

Хантфорд задумчиво кивнул.

– С удовольствием познакомлюсь с ним.

– А я с удовольствием представлю его тебе. – Джеймс соскользнул с табурета. – Когда увидишь Оливию, передай, пожалуйста, что я прошу ее завтра уделить мне немного времени.

– Передать-то я могу, – неопределенно ответил Хантфорд, – но у женщин странные идеи насчет того, что жениху нельзя видеть невесту перед свадьбой. После воскресенья у вас будет куча времени, чтобы побыть вместе.

– Да, конечно. – Джеймс задался вопросом, сможет ли он забраться по стене к окну Оливии.

– Еще одно, Эверилл.

Джеймс посмотрел герцогу в глаза.

– Даже и не думай о том, чтобы нанести полуночный визит в комнату моей сестры.

Проклятье.

– И в мыслях этого не было.

* * *

На следующее утро Оуэн перевез Оливию и Софию из гостиницы в один из арендованных им коттеджей. Она должна была делить комнату с Софией, поскольку та больше ни с кем еще не познакомилась. Оуэн, Аннабелл и их прелестная дочурка Элизабет займут вторую спальню. Третья предназначалась для их сестры Роуз и сестры Аннабелл Дафны. Ее муж Бенджамин приехать не сможет. Второй коттедж отводился для тети Юстас и еще нескольких двоюродных тетушек, которые услышали о свадьбе и настояли на том, чтобы приехать, невзирая на подагру, несварение и множество других недугов.

Несмотря на решение не придавать событие широкой огласке, устроить семейное торжество, родных собралось много, и Оливию согревала их поддержка, но совесть все же грызла. Они приезжают на свадьбу, а свадьбы, как она недавно решила, не будет.

Кучер занес сумки Оливии и Софии к ним в комнату, и добрая женщина, которую Оуэн нанял в качестве экономки, открыла окно, чтобы впустить свежий воздух.

– Если вам что понадобится, мои дорогие, только скажите. Ленч будет готов приблизительно через час.