Calendar Girl. Долго и счастливо! - Одри Карлан

Я прошлась по комнате, обнаружила дверь в ванную и сделала свои дела тихо, как мышка. Потом нашла чемодан, достала штаны для йоги, толстовку Уэса и уютные теплые тапочки. Миссис Крофт заверила, что они мне пригодятся, и оказалась права. Надо поблагодарить ее за предусмотрительность.

Утеплившись, я вышла из комнаты и спустилась по лестнице. На полпути остановилась. Противоположная от меня стена представляла собой сплошное окно, за которым раскинулись бесконечные горы. Белоснежные, с черными и зелеными точками там, где камни и деревья. Дух захватывает, иначе и не скажешь. Я завороженно подошла к французскому окну и раздвинула стекла, впуская в душу и тело порыв ледяного воздуха. Уставилась на то, что явно было божьим творением, и у меня изо рта вырывались облачка пара.

Переведя взгляд в сторону пляжа и Тихого океана, я почувствовала умиротворение и безмятежность. Горы спокойствия не внушали. Величественные, нереальные, они казались фотографией.

Ой!

Из ниоткуда вокруг меня сомкнулись две руки и утащили в тепло.

Подбородок Уэса уткнулся мне в ямочку между шеей и плечом.

– Красотища, да?

Я медленно выдохнула:

– Не просто красотища.

Уэс поцеловал меня в шею, согревая меня теплом своего тела.

– Рад, что тебе понравилось, поскольку это наш дом на ближайшие две с половиной недели, – пробормотал он мне в шею, и от звука его голоса по спине пробежала дрожь.

– Не стану жаловаться, – отозвалась я, продолжая восхищаться матерью-природой.

Он хмыкнул.

– Это ты сейчас говоришь. Посмотрим, как ты запоешь через пару дней, когда нам придется выкапывать машину из-под снега.

Я поджала губы и сморщила нос. Уэсу ужасно нравилось, когда я так делала. Он взглянул на меня, заулыбался и поцеловал в щеку.

– Как насчет завтрака? – спросил он.

При упоминании завтрака мой желудок заурчал.

– Придется согласиться на этот раз, – попыталась сострить я.

Он ухмыльнулся и оставил меня созерцать окрестности.

– Не стой тут слишком долго. Отморозишь попу.

– Надеюсь, только обвисшие части. – Я хлопнула его по заднице.

Уэс оказался прав, через несколько минут я промерзла до костей и вернулась в дом помочь ему с завтраком.

По пути я обнаружила теплую шаль на мягком кресле и набросила ее на плечи.

Уэс суетился у плиты, поджаривая бекон. Сказал, что заранее заказал доставку продуктов. Нам придется выезжать в магазин, но основное уже есть: яйца, бекон, молоко, масло и кофе, за что я была особенно благодарна.

Я занялась приготовлением кофе, пока Уэс жарил бекон и нагревал вторую сковородку для яичницы.

– Чем ты хочешь сегодня заняться? – спросил он, выгибая брови.

Я закатила глаза.

– Не этим самым.

Он застыл.

– Ладно, этим, но не прямо сейчас. Я ужасно хочу осмотреть окрестности. Съездить в город, купить продукты, узнать, где местные выставляют свои шедевры. Мне нужно понять, как все подать. Через несколько дней приедет съемочная группа, надо подготовиться.

Уилл кивнул и продолжил готовить завтрак. Мы поели, приняли душ, в процессе он напомнил мне, что я вовсе не против этого самого, а потом мы сели в машину и поехали в город.

* * *

Центр города поразил меня своей красотой. Я выпрыгнула из машины и закружилась, умирая от восторга. Город был словно в чаше величественных гор. Вокруг сновали люди, приехавшие за покупками. Яркие цвета их одежды контрастировали с заснеженными склонами на заднем плане.

– Теперь я понимаю, – прошептала я, рассматривая всю эту красоту.

– Что понимаешь? – спросил Уэс, беря меня за руку. Даже сквозь кожу и шерсть перчатки я чувствовала тепло его ладони.

– Почему люди так сюда стремятся. Тут чудесно. Я бывала на озере Тахо, видела горы, каталась на лыжах, но это ни в какое сравнение не идет. – Я медленно выдохнула, пытаясь рассмотреть все и сразу и зная, что это невозможно. Слишком много всего. Надеюсь, что в ближайшие две недели я постепенно изучу это великолепие, чтобы потом мысленно возвращаться сюда, когда я буду умирать от теплового удара в Южной Калифорнии.

Мы смотрели на величественные горы.

– Ах, вот что ты имеешь в виду. Я был здесь много раз. Любопытно будет посмотреть на эти края твоими глазами.

Я улыбнулась и сжала его ладонь.

– Куда сначала? – спросила я, полагаясь на его вкус.

Он притянул меня к себе, обнимая за плечи.

– Выпьем что-нибудь горячее вот тут, – он указал на кафе «Колорадо», – а потом прогуляемся. Как тебе?

Я прижалась к нему.

– С тобой – куда угодно. – И я потерлась подбородком о его шею.

Уэс широко улыбнулся, его зеленые глаза радостно засияли. Я растаяла на месте. Видеть, как ему хорошо и спокойно, – больше мне ничего не надо для счастья.

Уж не знаю почему, но меня непреодолимо тянуло к Уэсу. Он проник мне в самое сердце. От этого мне одновременно было очень хорошо и ужасно страшно. Но счастье перевешивало, и так должно было быть всегда, ведь скоро мы собирались пожениться.

Трудно было поверить, что через три недели я стану миссис Уэс Ченнинг. Я никак не могла это осознать.

По дороге Уэс показывал мне разные ресторанчики и бары, куда можно заходить под настроение. Мы дошли до Мейн-стрит, и я сразу же обратила внимание на необычное розовое здание на углу с простой вывеской «Кафе-кондитерская на Мейн-стрит».

Я спросила Уэса:

– Ты был в этом славном местечке?

Он начал отвечать, и тут из кафе вышла женщина примерно моего роста. Стройная, в тонком кожаном пальто до колен с поясом на талии. Ярко-розовый шарф, развевавшийся на ветру, подчеркивал ее длинную шею. До боли знакомые иссиня-черные локоны падали на плечи. Я прищурилась, пытаясь рассмотреть ее лицо, но она опустила голову, копаясь в сумке.

– А еще у них лучшие яйца-бенедикт… – краем уха я слышала голос Уэса, но я не могла оторвать взгляд от этой женщины. У меня мурашки побежали по коже.

Ее фигура и волосы казались мне очень знакомыми. В глубинах памяти что-то мучительно шевелилось, и я сделала несколько шагов в сторону кондитерской. Женщина достала из сумки темные очки и, перед тем как надеть их, взглянула мне в глаза. Я выдохнула и дернулась назад, с размаху налетев на Уэса.

– Это же… – У меня перехватило дыхание, охваченная эмоциями, я не могла выдавить ни слова.

Злость.

Гнев.

Отчаяние.

Беспомощность.

Эти чувства сшибли меня с ног, словно поезд на полном ходу.